Зомби, go home!

Американским мутантам не добраться до наших сердец

21 декабря 2007 в 14:47, просмотров: 244

28 декабря исполняется 112 лет со дня первого публичного показа “Синематографа братьев Люмьер” в “Гран-кафе” на бульваре Капуцинов в Париже. С того момента принято считать эпоху кинематографа открытой. Какие же плоды пожинаем мы в сто двенадцатый сезон этого праздника, который всегда с тобой?

Отступление и наказание

Самым пафосным событием в мире мирового кинематографа является, пожалуй, церемония раздачи “Оскаров” от Американской академии киноискусств. В этом году получил, наконец, свою первую золотую статуэтку живой классик американского и мирового кинематографа Мартин Скорсезе за картину “Отступники”. Фильм этот — ремейк малоизвестного гонконгского боевика. И в общем-то очевидно, что “Оскара” Скорсезе дали по совокупности заслуг, за выслугу лет. Просто не могли не дать.

Да, конечно, это ладно скроенный триллер. Как всегда совершенно на месте Джек Николсон. И даже Мэтт Дэймон гораздо убедительнее, чем в очередном дурашливом продолжении собирающейся стать бесконечной саги про “Борна”.

Но все же фильм не выходит за рамки рядового криминального чтива. Единственный, кто заставляет обратить на себя внимание, это любимец школьниц Леонардо Ди Каприо. Даже те, кто ранее, надо заметить, совершенно несправедливо считал его лишь носителем смазливого личика для постеров, после предыдущей его работы в “Кровавом алмазе” заговорили о том, что-де мальчик-то вырос. В “Отступниках” же стало и вовсе совершенно очевидно, что Ди Каприо на самом деле серьезный драматический актер.

Автор жжёт!

После “Оскара” последовал Каннский фестиваль, где очередной балкано-цыганский карнавал продемонстрировал Кустурица в фильме “Обещание”. Присутствовал Квентин Тарантино со своей частью совместного с Робертом Родригесом проекта, посвященного имитации “би-мувис” синема. Забавные, но интересные скорее только киноманам стилизации. Вообще, что и традиционно для Канн, программа в основном состояла из камерного и авторского кинематографа.

На проходящем в начале лета сочинском фестивале “Кинотавр” основные лавры собрал фильм Алексея Попогребского “Простые вещи”. Тихая, интеллигентная картина, однозначно напомнившая всем по настроению позднесоветскую меланхолическую бытовуху. История врача-анестезиолога, тихая и внешне недрайвовая, проняла не то ностальгической ноткой, не то внутренней, надтреснутой, негромогласной достоевщиной. А может быть, была вытянута титаническими усилиями Леонида Броневого и Сергея Пуспекалиса.

В противовес ей на том же “Кинотавре” выступила дебютная работа Алексея Мизгирева “Кремень”. Вся целиком из девяностых с их агрессивным инфантилизмом, утробным ницшеанством и законами джунглей. Жесткая, злая и достаточно поверхностная, но все же попадающая прямо в цель страшилка.

В конце лета, на предъюбилейном XXIX Московском Международном кинофестивале среди сонма старого и нового кинематографа были представлены все тот же вездесущий Кустурица, замечательная кинобиография Эдит Пиаф (“Жизнь в розовом свете” Оливье Даана), “Чингисхан: всадник Апокалипсиса” Синъитиро Савая, удивительная антиутопия аргентинского режиссера Эстебана Сапира “Антенна”. Экспериментальный фильм Сапира, пожалуй, был самым красивым и необычным из всех новинок необъятной программы фестиваля. Громыхнул там и последний фильм от режиссера всенародно любимых “Брата” и “Брата-2”.

заГРУЗили по полной

Самым скандальным фильмом года у нас стало очередное творение Алексея Балабанова “Груз 200”. Еще задолго до официальной презентации фильма, после предварительного его просмотра, счастливцы, по долгу службы попавшие на это мероприятие, с удовольствием везде, где только можно, обсуждали тему “а не отменить ли его прокат вообще”. Тем не менее фильм пошел в люди, но с особыми ограничительными пометками. На самом деле ничего экстраординарного в мировом масштабе фильм не содержит.

Как и в прошлых своих работах, Балабанов привносит на отечественную почву давно обкатанные на Западе жанры, нагружая их особой местной задушевностью, большим мастером которой, безусловно, является. Дошла очередь и до воплощения распространившейся в последнее время тенденции использовать наработки эстетических нигилистов, мастеров трешевого цеха, в массовом кинематографе. Спору нет, образы их безжалостны и агрессивны, но необходимость привлекать их не всегда оправданна. Фильм просто оставляет неприятное ощущение неудавшейся провокации, нечистоплотной попытки незаметно ударить побольнее.

Игра в непонятки

Казалось бы, что может быть загадочней и непонятней сериала Дэвида Линча “Твин Пикс”, который в начале девяностых произвел эффект разорвавшейся бомбы, особенно на не привыкшую к смысловым турбулентностям молодежь нашей страны. Тогда даже стены Московского университета были испещрены надписями “Кто убил Лору Палмер?”. Со временем оказалось, что это просто очень милый сериал, насыщенный намеками, без какой бы то ни было попытки дать ответы на возникающие при этом вопросы.

Потом был “Малхолланд-драйв”. Все запутались в нем настолько, что потребовали от режиссера объяснений, и ему пришлось давать свои знаменитые 10 подсказок.

Однако прошло еще немного времени, и вышла новая картина мэтра загадочности. Околокиношная мифология с аллюзиями на байки польских цыган и захватывающей чехардой декораций. На сей раз в красивом и радужно-запутанном фильме не понятно вообще ничего. Даже Лора Дерн, игравшая главную героиню, признается, что не понимает, кого она играла. Но наученный горьким опытом мастер уверяет, что ничего понимать и не следует.

Фонтан — не фонтан

Давно ожидавшийся фильм пришел в наши кинотеатры ранней весной. Это “Фонтан” Даррена Аронофски, главного мистагога и каббалиста современного кинематографа. Аронофски стал неожиданно популярен после умопомрачительной нумерологической шарады “Пи”, балансирующей на тонкой черте, отделяющей мистику от откровенного безумия. “Фонтан” запускался в производство еще в 2002 году, причем на главную роль подписался, создав серьезный ажиотаж вокруг проекта, сам Брэд Питт.

Но не вышло чего-то, и ушедший на несколько лет в подполье Аронофски только теперь представил настоянное на полутьме и шепотах исследование жизни и смерти. Картина, мечущаяся из времен испанского завоевания Латинской Америки в наши дни и куда-то в безвременье. При создании фильма Аронофски попытался практически отказаться от компьютерной графики, вместо которой для спецэффектов был использован революционный метод микросъемок химических реакций. Вышло зачаровывающе.

Посчитали — прослезились

Не обошлось без магии цифр и в этом году. Предложил нам ее Джоэль Шумахер. После экранизации “Призрака оперы”, самого кассового в истории театра мюзикла, режиссер подвел некие итоги своей творческой деятельности и обнаружил, что следующий фильм в его карьере будет двадцать третьим по счету. А надо отметить, что число 23 очень непростое, особенно в американской культуре. С чего все началось, не совсем ясно. Вряд ли с особо сильного переживания по поводу того факта, что в латинском алфавите 23 буквы, а у человека 23 хромосомные пары.

Как бы то ни было, если взять даты жизни Шекспира или Курта Кобейна или просто произвольные цифры, встретившиеся по пути, и особым образом их сложить, потом перемножить и что-нибудь отнять, то частенько выпадает цифра 23. Этот факт давно взяли на вооружение представители многих направлений нетрадиционного американского мистицизма. Этим же занят и Джим Кэрри в последнем фильме Шумахера “Роковое число 23”. И надо сказать, что Кэрри, отставив свое привычное и милое сердцу паясничанье, крайне убедительно протаскивает зрителя по этапам разверзающейся паранойи.

Тени забытых предков

Неужели? “Крепкий орешек-4”. Один из главных героев конца восьмидесятых — начала девяностых Джон МакКлейн снова с нами. Пахнуло старым забытым духом видеосалонов, размещенных по ДЭЗам, и домашних просмотров пятидесятой копии, где движутся какие-то тени и характерный носовой прононс за кадром комментирует происходящее, а также слышатся смешки, посторонние разговоры и позвякивание какой-то стеклотары.

Пахнуло и пропало. Что-то, увы, не то. Да, МакКлейн по-прежнему крушит все подряд, что только попадается ему на пути. А современные компьютерные технологии позволяют ему это делать в доселе невиданных и совершенно бессовестных размерах. А как же еще спасти от безумных хакеров, которые уже всех опутали и вот-вот рванет боекомплект? И только один островок свободы перемещается среди жертв и разрушений. Он и летает на крыле нарисованного самолета, и сбивает вертолеты машинами, а вокруг все горит и вращается, и молотят воздух ногами специально подготовленные балеруны.

В общем, все что нужно для хорошего экшна. Но только удельный вес спецэффектов превращает все происходящее в форменный мультик, а сам Крепкий Орешек редко-редко натягивает свою фирменную ухмылку а-ля Клинт Иствуд, а так все больше читается в его лице нестерпимое желание уйти на покой. Укатали сивку да крутые горки.

Чингисхан по-русски

Особенно урожайными выдались последние годы для фигуры Чингисхана. Пару лет назад весь мир был сражен тридцатисерийной сагой китайских кинематографистов, описывающей весь жизненный путь одного из величайших завоевателей древности. Он, к слову, вышел в один год с телевизионной биографической драмой от BBC и австрийским документальным фильмом, посвященным тому же персонажу. И вот в этом году опять дуплет. Сразу две картины о судьбе Тэмучина. Детство Чингисхана в фильме Сергея Бодрова “Монгол”. И снятый в Монголии фильм японского режиссера Синъитиро Савая “Чингисхан: всадник Апокалипсиса”. Конечно, возникает желание сравнивать, сравнивать и сравнивать — особенно с китайским эпическим полотном, которое, конечно, не в пример всем остальным подробнее и детальнее погружается в материал.

Картины Бодрова и Савая оказались весьма удачными. Первый ударяет скорее по части психологической проработки персонажей, выворачиванию аспектов внутреннего опыта. Японский же по части костюмированной, батальной зрелищности. И оба выгодно выделяются на фоне идущей одновременно с ними в прокате развесистой клюквы под названием “1612”, оно же “Хроники смутного времени”, и жуткого компьютерного зрелища “300 спартанцев”. На самом деле у Владимира Хотиненко в “1612” вышло довольно приятное романтическое фэнтези по мотивам истории Государства Российского. Доброе, красивое и по-хорошему так, по-детски захватывающее. Хотя это вовсе и не детское кино. “Спартанцы” же были полностью поглощены виртуальной стихией и больше напоминают компьютерную игру, чем кинематограф.

Кино от противного

Но уж кто оторвался по полной в текущем году — это любители кровавой каши, отвязных зомби и прочих человеконенавистнических пряностей. Как из рога изобилия просыпались сиквелы и ремейки всего, чего только можно было в этой связи представить. Продолжает свою кровавую вакханалию не для слабонервных Джон “Пила” уже в четвертой серии своих приключений. Не расслабляться: обещана на будущий год и пятая.

Какие-то военизированные деятели во главе с известным музыкантом Генри Роллинзом бестолково сражаются с мутантами в “Повороте не туда-2”. Собственно, интересно скорее поклонникам группы “Роллинз бэнд” и интересующимся, во что в очередной раз превратился классический слэшер 1981 года “Перед самым рассветом”, вольным ремейком которого стал недавний первый “Поворот не туда”.

Какая-то до зубов вооруженная шайка солдат разбирается с мутантами и в “У холмов есть глаза-2”, разумеется, сиквеле прошлогоднего одноименного фильма, а по совместительству вариациях по мотивам старых одноименных ужастиков Уэса Крейвена.

Любителям киношных новшеств подсунули в качестве фильма с объемным изображением “Ночь живых мертвецов 3D”, созданный с оглядкой на самый главный зомби-фильм (одноименную ленту Джорджа А.Ромеро 1968 года). В целом картина выглядит более чем болезненно.

Сторонники зомби-тематики, а также поклонники зеленых глаз Миллы Йовович могли насладиться всем этим в очередном сиквеле. В третьей картине из цикла “Обитель зла”. Там же наблюдались совершенно инфернальные сцены многочисленного умножения персоны мадам Йовович как в живом, так и в мертвом виде. Очень бы хотелось увидеть в следующей серии армию Йовович, переговаривающихся на русском языке с акцентом и сметающих последние бастионы “обителей зла” вместе с остатками рассудка.

“Пиратские” копии

Нечто подобное можно было наблюдать и в веселом пасквиле на морских корсаров “Пираты Карибского моря-3”, где принудительному клонированию подвергся другой киногерой — Джонни Депп. Фильм этот, кстати, возглавил десятку самых кассовых фильмов в России за этот год. Вообще хит-парад выглядит на данный момент приблизительно следующим образом:

1. “Пираты Карибского моря-3” ($30,9 млн.)
2. “Шрек Третий” ($23,1 млн.)
3. “Волкодав” ($20 млн.)
4. “Гарри Поттер и Орден Феникса” ($16,3 млн.)
5. “Жара” ($15,6 млн.)
6. “Трансформеры” ($15,2 млн.)
7. “Человек-паук-3” ($13,9 млн.)
8. “Ночь в музее” ($12,9 млн.)
9. “Такси-4” ($12,1 млн.)
10. “Бой с тенью-2” ($11,8 млн.)

В основном, как водится ныне, почти все — продолжения предыдущих серий. Самое глубокое проникновение — пятый фильм про Гарри Поттера. И, что характерно, это все либо прямо детские фильмы, либо фильмы для семейного просмотра. Значит, все же кино остается явлением скорее семейного отдыха, несмотря на разбуянившийся на экранах анархистский брутал.



Партнеры