Предатели по оружию

Спецназ Внутренних войск обвиняет чеченских коллег в измене

14 июля 2010 в 16:54, просмотров: 196132

Конфликт, грозящий закончиться кровопролитием, зреет между спецназом внутренних войск и их чеченскими “коллегами”. Наши разведчики считают, что в ходе одной из спецопераций в Чечне батальон “Север”, сформированный из местных жителей, совершил предательство. А именно: бойцы “Севера” выдали боевикам местонахождение спецназовцев, похитили оружие и амуницию военных, вывезли трупы бандитов с места боя для передачи родственникам. Но самое страшное обвинение — они стреляли по своим. Уголовное дело, возбужденное после операции, спустили на тормозах, и спецназовцы теперь говорят, что могут разобраться по-своему. “МК” попытался разобраться в ситуации.

Предатели по оружию
Фото: "МК".

Официально в феврале этого года информационные агентства сообщили: “4 февраля в предгорной части Грозненско-сельского и Урус-Мартановского районов Чечни между селениями Дачу-Барзой и Алхазурово был обнаружен отряд из полутора десятков боевиков.

 

Спецназовцы вступили в бой и уничтожили не менее пяти бандитов. Есть жертвы среди военнослужащих. Попавшие в засаду лейтенант Павел Петрачков, прапорщик Айрат Гальянов, сержант Ильгам Гасимов, ефрейтор Антон Байгузин и рядовой Степан Селиванов погибли на месте. Еще семеро военнослужащих, среди которых были и офицеры, получили тяжелые ранения”.

 

В распоряжение “МК” попали детальные отчеты командиров и бойцов разведподразделений, которые проводили эту операцию. Это 15-й и 29-й отряды специального назначения внутренних войск. И, судя по их рапортам, ход событий был иным, чем сообщалось официально.

* * *

 

Задача была поставлена 3 февраля. “Суть: провести разведывательно-поисковые мероприятия юго-восточнее села Комсомольское, в районе слияния реки Гойчу. Задача: обнаружение баз боевиков, тайников, схронов, при обнаружении членов бандгрупп принять меры к их задержанию, в случае оказания вооруженного сопротивления уничтожить. В группах иметь авианаводчиков, корректировщиков огня артиллерии, саперов со средствами инженерной разведки и разминирования, санитарных инструкторов со средствами оказания первой медицинской помощи. Вывод групп осуществить наземным способом из пункта постоянной дислокации Ханкала”.

 

Таким образом, 4 февраля рано утром спецназовцы были уже на месте и начали спецоперацию. Выставили посты по рубежу блокирования, провели инженерное оборудование позиций. Затем вперед двинулись бойцы 29-го отряда и бойцы чеченского батальона “Север”. Наши военные, которые шли впереди, вплотную подошли к базе боевиков, которую так сразу и не заметишь. Их как будто заманивали. Видимо, наблюдатели боевиков, которые были выставлены по периметру, видели и знали, что они идут, но не подавали вида. Наши военные наткнулись на базу, кишащую “духами”, которые проводили так называемую шуру — совещание всей районной ваххабитской шушеры. Завязался бой, боевики пошли на прорыв.

 

Между тем в рапорте спецназовцев написано: “В ходе боестолкновения по непонятным причинам военнослужащими 248-го осмб (это как раз чеченский батальон “Север”. — “МК”) никаких действий по наращиванию усилий в интересах 29-го отряда предпринято не было. Огонь в сторону противника военнослужащими 248-го осмб не открывался. В непосредственной близости от групп 29-го отряда выдвигались до пяти человек из состава 248-го осмб с целью организации взаимодействия между отрядом и батальоном. В момент подхода разведчиков к возможному расположению позиции противника военнослужащие батальона стали громко кричать “Аллаху акбар!”, тем самым вскрыв реальное положение разведчиков на местности”.

 

То есть, по свидетельствам российских спецназовцев, их чеченские коллеги в самый ответственный момент дали себя обнаружить и попали под огонь боевиков. После этого завязался бой, в котором боевики, соответственно, имели несколько более выгодное положение. Осколочное ранение плеча и слепое осколочное ранение грудной клетки получил прапорщик Галяуов. Он лежал там до начала эвакуации раненых, но до госпиталя не дотянул — умер от потери крови (в первом официальном сообщении о потерях о нем нет ни слова). Ефрейтору Кирьянову повезло больше, он выжил со слепым осколочным ранением правого плеча. С ефрейтором получилась странность: ранение он получил от снаряда ВОГ-30, но спецназовцы докладывали, что у боевиков гранатометов с такими снарядами не было. В отчете написано: “анализ ранений, полученных военнослужащими отрядов спецназа, дает основания полагать, что они были получены в результате огня со стороны 248-го осмб”.

 

Кроме того, в своем рапорте один из непосредственных руководителей операции также указал, что со стороны позиций “Севера” по спецназовцам был открыт огонь. Ранение получил еще и майор Злобин. Он, кстати, продолжал закидывать боевиков гранатами, пока не потерял сознание.

 

Вызвало у спецназовцев вопросы и положение тела их погибшего товарища — лейтенанта Петрачкова. Он получил смертельное ранение в голову, но почему-то лежал головой по направлению к базе боевиков, а не наоборот, как было бы, если бы в него попали с позиций бандитов.


* * *


В общем, спецназовцы тем не менее продолжали теснить боевиков. Военные докладывали по радиостанциям о количестве убитых ими “духов” — на момент 13.30 по московскому времени было доложено об 11 ликвидированных сепаратистах. Но в отчете сказано, что “при осмотре района боестолкновения были обнаружены лишь пять тел”. Среди них, например, тело Шамиля Авхадова — эмира Урус-Мартановского района, под ним лежала граната РГД-5 без предохранительной чеки. Также был найден Ибрагим Газиев с российским и заграничным паспортом. И Руслан Бикаев, медик боевиков, при нем нашли списки баз, маршруты передвижения, переговорные таблицы, сумку с медикаментами и автомат Калашникова.

 

Забрать трупы с собой отходящие боевики не смогли бы физически. Да и спецназовцы видели, как те спешно отходили. Но зато в отчете военные указывают, что ночью после операции, перед прочесыванием местности в светлое время суток, по дороге на село Комсомольское из района операции осуществлялось интенсивное движение автомобилей “Урал”. Из этого спецназовцы сделали вывод, что изъятое на базе и трупы боевиков были вывезены, чтобы потом передать их родственникам.

 

Более того, в бою рядовой Селиванов утратил бесшумную снайперскую винтовку, которой вооружены спецподразделения. Боевиков ведь погнали дальше, а следом шел батальон “Север”. Винтовку разведчики потом не нашли. А еще в бою они снимали и бросали тяжелые рюкзаки с провизией и имуществом. Но когда после преследования вернулись обратно на место боя, то, цитата: “рюкзаки были разукомплектованы, личные вещи и горное снаряжение отсутствовало”.

 

Спецназовцы считают, что батальон “Север” выходил по рациям на боевиков и сдавал им позиции наших военных. Звукозапись радиоперехвата и его распечатка есть в отделе радиоэлектронной разведки.

Вот выдержка из нее:

 

УКВ Частота 4**,** МГц.

 

04.02.2010 г.

 

14:02 чеченский язык

 

“1” — “Руслан” муж.


“2” — “Комиссар” муж.


“3” — “Заур” муж.


“1” — Будь внимателен, они недалеко, они на горе, здесь их один. Слышишь, тебе надо обратно, эти говорят по центральной, там и русские идут, ты понял?


“2” — Понял.


“3” — Эти говорят, дорогу покажут.


“2” — Понял. Понял.


“1” — Смотри, будь внимателен, они наверху, на горе позиции заняли, ложитесь, я бы мог открыть огонь.


“2” — Слышишь, Руслан, что там?


“1” — Комиссар, слышишь ты? Если ты слышишь, они на горе 62/52.


“2” — Слышишь, Руслан, Заур, слышите кто-нибудь…


“1” — … они убили одного русского, как понял?


“3” — … нет, слева русские, справа вы, на этой горе что за село, я не знаю…


“2” — Ты опять не прошел… это я — Комиссар, Заур.

 

Частота 4**,** МГц.

 

04.02.2010 г.

 

14:59 чеченский язык

 

“1” — На какой он машине, этот “Ливан”? “Урал” уже приехал.


“3” — На “Урале” Байсар.


“1” — Где вы?


“3” — Мы здесь, где эта машина застряла.


“2” — Слышишь, Гладиатор, сейчас “Урал” подъедет, сядете в него.

 

Разведчики не исключают, что позывной “Заур” принадлежит бандглаварю Ножай-Юртовского района Авдорханову Заурбеку Зелимхановичу, 1973 г.р. Но “слухачи” эту информацию категорически отвергли. Говорят, позывной “Заур” принадлежал бойцу батальона “Север”. А вот позывной “Комиссар” совершенно точно принадлежит заместителю командира батальона “Север” Абдулу Муталиеву. То есть все переговоры велись между чеченскими военными.

 

Но в УФСБ Чечни “МК” рассказали, что их пеленгатор, который был развернут в районе операции, зафиксировал звонок из района нахождения бойцов “Севера” в район базы боевиков. Позже, по словам чекистов, на базе нашли один из “духовских” телефонов, и эта информация подтвердилась.

 

Один из выживших участников того боя рассказал “МК”, что перед этой кровавой спецоперацией имела место ссора между спецназовцами и батальоном “Север”.

 

— Во время спецоперации “чехи” начали наезжать на наших пацанов. 29-й отряд же “уфимский” — они, мол, и говорят: вы же мусульмане, как мы, так какого черта приехали сюда в Чечню своих братьев мочить? Пацаны завелись, начались повышенные тона, терки и непонимание. Да нам по барабану, что будет с этим делом, прокурорских прижали, “уголовку” замяли, но мы-то знаем, что отомстим. У нас будет свое правосудие. Думаете, это первый косяк “чехов”? Да мы все от них шарахаемся, они же бывшие “духи”. По лесу бегали, нас мочили, потом по амнистии устроились в ментовку и батальоны эти, типа вэвэшные. Поверьте, между ними и теми “духами”, с которыми мы воюем, психологической разницы нет. Но “духи” хоть чистые противники — жертвуют всем ради своего чертова джихада: живут в лесу, жрут всякую хрень, мерзнут, болеют…

 

— А почему нельзя ходить без чеченских коллег на спецоперации?

 

— Сто раз этот вопрос поднимали, и с командованием разговаривали, и скандалили — без толку. Такая “политика партии”: мир, дружба и единое целое с чеченским народом. Все от них пытаются отмазаться, но не у всех получается.

 

* * *

То, что чеченские силовики наживаются на чужих результатах, федералы заметили уже давно. Вот что после операции 4 февраля, которая прошла с такими боями, потерями и помехами со стороны “Севера”, заявил президент Чечни Рамзан Кадыров: “Благодаря высокому профессионализму сотрудников удалось не только нейтрализовать бандитов, но и избежать потерь среди личного состава”.

 

После всякой спецоперации Кадыров говорит о профессионализме чеченских милиционеров. Например, 30 июня в Грозном на проспекте Путина, когда смертник подошел и взорвал себя возле милицейского “уазика”, президент Чечни заявил, что сотрудники МВД заметили его и пытались поймать — и таким образом предотвратили теракт. Но свидетели говорят, что человек в камуфляже целенаправленно шел к машине с милиционерами и взорвался рядом с ними. А милиционеры не погибли только потому, что “УАЗ” оказался бронированным. Да и останки террориста — голова и две ноги в берцах — валялись прямо рядом с машиной. Ну и если включить логику, то станет понятно, что ни один человек не станет подходить к смертнику и проверять его документы: “Товарищ потенциальный шахид, предъявите паспорт, вы слишком подозрительный”. Тем не менее в Москву дошла информация, что чеченские силовики не прошляпили теракт, а грамотно предотвратили его. И все они будут награждены. Так сказал Рамзан Кадыров.

 

А еще многие в Чечне знают, как недавно проходила ликвидация иорданского наемника Ясера. Говорят, что его отравили. Взяли пособника, который носил продукты его банде, дали ему две банки меда, смешанного с ядом. Причем новым, который наносит летальный удар по организму через неделю. Пособник вернулся, ему дали антидот и денежную премию, а трупы Ясера и его бойцов потом скинули “кадыровцам” в Грозный. Федералы называют их “спецназ — лаковые туфли”.

 

* * *

 

После спецоперации 4 февраля было много шума на Ханкале, да и вообще в Северо-Кавказском военном округе. Возмущались все — от солдата до генерала. Пытался поднять этот вопрос даже командующий объединенной группировкой войск и сил генерал Николай Сивак. Вскоре его сняли с должности.

 

История с этим боем — очень показательна. Сразу в голове все раскладывается по полочкам: понятно, что творится в Чечне. Жаль ребят, солдат и офицеров. 21-летний Степа Селиванов, который был снайпером, установил за несколько дней до своей последней спецоперации статус в социальной сети: “Чечня — дело тонкое, братуха”. Теперь там множество соболезнований от друзей, близких и просто пользователей. Статус на Степиной страничке больше никогда не поменяется.

 


Чечня—Москва.

P.S. Просим считать этот материал официальным обращением в Генеральную прокуратуру РФ.



Партнеры