Юноши и “дедушки”

Минобороны раздает призывникам сомнительные инструкции по выживанию в Российской армии

9 августа 2010 в 16:33, просмотров: 19932

Пострадавшему от дедовщины солдату следует не нарушать закон, проявлять мужество, прятаться на территории воинской части, но ни в коем случае не сводить счеты с жизнью. Эти советы содержатся в памятках, выданных призывникам в разных концах страны.

Юноши и “дедушки”
Рисунок Алексея Меринова.

Таких документов в распоряжении “МК” имеется три: из Московского военного института радиоэлектроники Космических войск (Кубинка), из 200-й отдельной мотострелковой бригады (Печенга) и из в/ч 15689 — это центр управления полетами военных спутников в Краснознаменске. Несмотря на эту достаточно широкую географию, советы и их дословные формулировки практически не отличаются, что позволяет предположить, что подобные памятки получают новобранцы по всей стране.

Суть напутствия состоит в основном в изложении прописных истин. Первым делом воспитатели напоминают солдатам, что “ни при каких обстоятельствах не следует нарушать закон”. Также рекомендуется “не давать повода унижать или шантажировать себя” и “не делать ничего такого, за что потом будет стыдно”.


В случае если первогодке старослужащие угрожают физической расправой, памятка по-отечески наставляет его: “Не подавай виду, что тебе страшно, прояви мужество. Таким образом ты одержишь психологическую и нравственную победу”. По шее, конечно, получишь, но нравственную победу одержишь.


В случае, когда “обидчики готовы наброситься на тебя с кулаками”, памятка рекомендует успокаивать себя мантрой: “Закон на моей стороне. Справедливость восторжествует”. Отбиваться от нападающих следует героически, но осторожно: “…будьте мужчиной до конца. Но не превышайте мер необходимой самообороны”.


Обидчикам так просто с рук ничего не сойдет: “Дай им понять, что вынужден будешь доложить о случившемся командиру”. В этом ведь нет ничего плохого: “Обращаясь к сержанту, офицеру, помни — это не признак слабости, а признак силы. Таким образом, ты говоришь: “Я сам могу справиться с обидчиком, но не хочу чинить самосуд”.


Вероятно, армейские воспитатели отчетливо себе представляют, каким образом солдат может чинить самосуд над обидчиками, поэтому заклинают его: “Исключи даже мысль о применении оружия”, а заодно и “об оставлении части, не говоря уже о самоубийстве в знак протеста”.


Альтернативой самоволке брошюра полагает следующий алгоритм действий: “В самом крайнем случае спрячьтесь на территории воинской части и находитесь там до тех пор, пока в часть не прибудут представители высшего командования для разбирательства по поводу Вашего отсутствия”. Сколько времени потребуется хорониться в каком-нибудь сарае и чем при этом питаться — в памятке не уточняется.


Под конец рекомендуется не уподобляться обидчикам и “вновь прочувствовать свою боль и обиду, если вдруг увидишь, что твои сослуживцы обижают других”.


В информационной части памятки, после статьи УК о нарушении уставных отношений, идут еще три статьи о наркотиках: изготовление и оборот, хищение и вымогательство, склонение к употреблению. Тема эта, очевидно, животрепещущая, одна из брошюр взывает: “Защити себя, своих друзей и близких от наркотического яда, звоните”, дальше приведен номер мобильного одного из сотрудников ФСКН.
Кроме него указаны еще пять-шесть телефонов доверия, иногда даже телефоны отца и матери новобранца. Последним идет телефон особиста части и после него финальное воззвание: “Воин, знай! Безвыходных ситуаций не бывает!”


Несмотря на кажущуюся нелепость этого документа, он четко демонстрирует основные язвы, поразившие современную призывную армию, — полную юридическую безграмотность солдат, их инфантильность, склонность к насилию, наркоманию и, конечно, полную неспособность офицеров справиться с этими напастями.

Фрагмент памятки.



Партнеры