mk.ru : Московский комсомолец

Фондов бесчисленное множество. Фонды вытворяют жуткие махинации; и делают они это так часто, что само слово “фонд” уже вызывает подозрение (из-за этого безвинно страдают честные фонды).

И вот очередной безвестный фонд с бессмысленным названием “Федерация” устроил концерт для сбора денег на лечение детей с онкологическими заболеваниями. О концерте этом заговорил весь мир, потому что там были звёзды Голливуда, а главное — там был Путин. А самое главное — он там играл на пианино и что-то пел. Это был его бенефис, его премьера. (Если он прежде где-нибудь пел, то не публично, репетировал в кругу нелегалов.) Говорили даже, что это “предвыборный ход” — мол, Путин собрался на второй срок и добывает себе популярность во всех кругах: ездит на “Lada-Калине”, катается с байкерами, грустит с футбольными фанатами, а теперь вот запел ради больных детей.
Поговорили и забыли. Прошло три месяца. Вдруг мама одного из тяжело больных детей сообщила, что надежды её не сбылись, собранные деньги исчезли. Как говорили в прошлом веке: финансы поют романсы.

Человечество привычно возмутилось: позор! воровать деньги у смертельно больных!.. Но главное здесь, повторим, не дети и не деньги, а Путин. И значит, надо сказать фонду “Федерация” большое спасибо.

“Федерация” совершила неслыханную дерзость: подорвала престиж ВВП. Деньги — чепуха; сколько бы там ни собрали, для Путина (при его возможностях) это гроши, он ворочает сотнями миллиардов долларов. Но его могущество держится не на богатстве, а на всеобщем страхе. У него репутация человека, с которым шутки плохи, очень плохи. Он сам не раз излагал свой жизненный принцип: “Кто нас обидит — дня не проживёт”. И он это доказал. Некоторые его обидчики мертвы, некоторые — в бегах, некоторые — в тюрьме. Можно, конечно, сказать, что они живы; но разве это жизнь? Он и целые страны не задумывался наказать: чуть что не по нём — перекрывал им газ или еще чего-нибудь придумывал; а если Саакашвили еще не повешен за …, то ведь еще не вечер.

А тут, вообразите, он на глазах у всего мира поёт в кругу голливудских звёзд, а деньги (собранные под его имя) стибрили. Это хуже, чем покушение на убийство.

В глазах одних Путин — кумир, в глазах других — враг, для кого-то — демон, для кого-то — лидер, для кого-то — злодей. Всё это — высокие, пафосные роли. А тут — лох.

Жлобы из “Федерации” об этом не думали. Они думали только, как стырить, скоммуниздить, сфедерачить. А в результате Путин впервые за много лет оказался в шкуре простого человека, которого все кидают, как хотят.

Он тщательно берёгся от любых унижений, от ситуаций, где его место “Первого” хоть самую малость могло быть поставлено под сомнение. Он, как предполагают, именно поэтому не ходил на заседания правительства, которые вёл президент Медведев, не хотел оказаться на экране телевизоров в роли подчинённого.

Случались, конечно, покушения на светлый образ. Появились, например, в интернете фотографии роскошного дворца, который, как уверяли, построен для Путина. Появились признания сбежавшего строителя, который рассказал, сколько стоит дворец и кто давал деньги…

Скандал вышел из-под контроля, и Кожин (управляющий делами президента) вынужден был публично оправдываться: мол, к его ведомству и к Путину дворец не имеет отношения. Но вышло еще хуже. В печати появились документы (договор на строительство), где стоит подпись Кожина, ай-яй-яй. А теперь дворец якобы купил один знакомый Путина у другого знакомого Путина, но разве эта формальность изменила что-нибудь в наших представлениях? Разве нам не всё равно, на кого записаны богатства? Мы привыкли, что не только министры, губернаторы и депутаты, но даже сержанты милиции норовят записать свои особняки и “мерседесы” на какого-нибудь семиюродного брата.

История с дворцом для власти гораздо хуже, чем разгоны митингов на Триумфальной. Там власть сильная и жёсткая, а дворец — это слабость, жадность и порочность. А тут еще какие-то малопристойные вечеринки малоодетых девушек под лозунгом “Хочу премьера”… И то и другое сводит кумира с политических небес на грешную землю. Он перестаёт быть богом, с которым невозможна борьба на равных.

“Федерация” подхватила эту революцию. (У русского глагола “подхватить” — несколько смыслов. Можно подхватить в смысле помочь; например, подхватить бревно. А можно подхватить какую-нибудь заразу.) Ничтожная “Федерация”, сама того не желая, вдруг показала масштаб ферзя. Это такая очень важная, очень сильная шахматная фигурка, которую очень берегут, изредка жертвуют и в которую может превратиться любая пешка.

Вероятно, ловкачи из “Федерации” уже сменили имена, явки, сделали себе фальшивые документы и пластические операции… Но, зная характер ВВП, за их благополучие мы бы не дали и дохлой сухой мухи, как сказал говорящий Сверчок бестолковому Буратино. А для тех, кто не читал старую сказку, скажем понятнее: у Литвиненко было больше шансов после чая с полонием, чем у этих уродов.