mk.ru : Московский комсомолец

Объединенный институт ядерных исследований в Дубне не слишком похож на место, где строится ускоритель, призванный раскрыть тайны образования Вселенной. Строения облупились и явно требуют ремонта. Сам будущий коллайдер тяжелых ионов расположился в видавшем виды здании лаборатории высоких энергий — на месте знаменитого синхрофазотрона, который воспел еще Высоцкий. Из закольцованной трубы длиной 250 метров убрали старую “начинку” — расчистили место новым технологиям. Здесь (если хватит денег) столкнутся пучки ядер золота, разогнанные навстречу друг другу, — и ученые получат максимально плотную ядерную материю, а заодно и информацию о первом этапе эволюции Вселенной. Удастся разобраться, какие силы притянули кварки друг к другу.

— У нас условия, недоступные в других лабораториях, — уверяет директор лаборатории Владимир Кекелидзе. — В БАКе слишком большие скорости — его создатели просчитались. Для того, что мы теперь сделаем за год, им потребовалась бы тысяча лет.

В частности, на БАКе не получается изучить переход от кварковой материи к ядерной. А российская установка подойдет для этого идеально. При этом первые результаты работы в российском коллайдере будут получены в более короткие сроки и с более высокой точностью, что позволит России стать одним из лидеров в области физики высоких энергий.

Но российская НИКА БАКу все же не столько конкурент, сколько дополнение — “младшая сестра”, уверяет ученый.

— Мы “находимся” как бы ближе к началу Вселенной, — пытается на понятном обывателю языке объяснить Кекелидзе.

Перспективы у дубнинских разработок, конечно, фантастические. Изучение переходов материи из одного вида в другой откроет нам дорогу в новую энергетику. Пучки заряженных частиц помогут перерабатывать ядерные отходы. Одна проблема — денег мало.

— У нашего института не хватает финансирования, чтобы адекватно вкладываться в проект, — признает ученый. — Обратимся к Владимиру Путину за поддержкой. Минимум, который нужен, — $300 млн. А в идеале — $1 млрд.

От России понадобится примерно половина этих денег — остальное вложат другие страны-участники.

Деньги ученые попросили в конце экскурсии по лаборатории — после того, как премьеру была вручена деталь синхрофазотрона, на которой почему-то значилось название строящегося коллайдера. Но Путин в ответ промолчал. Тем не менее без таких установок, как НИКА, невозможно представить выход на новые рубежи, заметил он позже на заседании правительственной комиссии по инновациям:

— Такие проекты — вопрос национального престижа, прорыв в будущее. Только так можно бороться с утечкой мозгов, против которой бессмысленны административные меры.

Но денег так сразу не дал.

— Подобные мегапроекты — дорогое предприятие, — пояснил ВВП. — Для начала нужно разработать дорожную карту, провести международную экспертизу.