Домашние задания наших детей — самые большие в мире

Потому что учителя перекладывают объяснение пройденного на родителей

22 июля 2012 в 15:07, просмотров: 9646

Сегодняшний школьник не справляется с домашним заданием уже начиная с 1-го класса. Родители объясняют это непомерной сложностью школьной программы и, бросив дела, садятся с детьми за уроки, вновь и вновь объясняя им, как решать задачки и писать сочинения. Либо на все время учебы нанимают репетиторов. В истинных масштабах и причинах этого бедствия попытался разобраться «МК».

Домашние задания наших детей — самые большие в мире
фото: Геннадий Черкасов

Учителя: «Школьная математика требует глубокой перестройки!»

По мнению подавляющего большинства учителей, целый ряд школьных предметов перегружен избыточными сложностями и должен быть скорректирован:

— Проблема содержания школьной программы, конечно, существует, — заявил «МК» учитель математики московской гимназии № 1518 Юрий Фирсов. — Взять хотя бы нашу школьную математику: она требует глубокой перестройки!

По словам учителя-практика, детям нужен не набор мертвых знаний, которые выветриваются из голов сразу после выпускного бала, а то, что пригодится в жизни, — логика, умение рассуждать. Этому учит геометрия, а потому этот предмет важен и нужен. Но — внимание: не весь целиком, а только планиметрия. А вот стереометрия в нынешнем объеме — это совершенно лишнее.

Впустую, по словам математика, расходуются также время и силы учеников при изучении ряда других разделов его дисциплины. Например, на полугодичный курс тригонометрии — науки, которая развивалась исключительно для нужд астрономии и геодезии и нужной крайне ограниченному числу людей. «В школе же этот предмет — мертворожденный, не нужный». Не нужен в школе и начальный матанализ, убежден он: «Может, дети формальную технику и усваивают. Но понять как следует не могут! Высшую математику надо преподавать в вузах — на хорошей системе аксиом и определений. А в школе это приемлемо разве что в математических классах. То же — с теорией вероятностей и математической статистикой в нынешнем объеме — по одному часу в 7-м, 8-м и 9-м классах. Между тем задачи на теорию вероятностей включены в ЕГЭ, и под ЕГЭ уже перестраиваются школьные учебники!».

Вывод педагога очевиден: сокращение этих и других «ненужных» тем позволит покончить с пустой тратой сил школьников. А сэкономленное время использовать под качественное усвоение действительно необходимых знаний. Но главная трудность, по мнению математика, — убедить методиста. «Ведь если он всю жизнь разрабатывал стереометрию, а ему вдруг говорят, что она не нужна, конечно, он закричит: караул, выхолащивают школьные знания!».

Однако так думают не все.

Методисты: «По качеству математики нашу школу догнала даже американская»

— Последние 40 лет школьная программа в нашей стране не усложняется, а, напротив, упрощается, — заверила «МК» глава центра оценки качества образования Института содержания и методов обучения Галина Ковалева. — Основная содержательная реформа среднего образования прошла у нас к началу 70-х годов ХХ века. Она должна была обеспечить преемственность между средним и высшим образованием и привести школьные предметы в соответствие с последними достижениями тогдашней науки — как естественной (космос, ядерная физика и т. д.), так и гуманитарной. Вот тогда наша школьная программа действительно усложнилась: за исключением высшей математики ее практически подняли до вузовского уровня. Однако с тех пор мы занимались только ее разгрузкой и фактически не добавляли ничего нового. Едва ли не единственное исключение составило добавление теории вероятностей на уровне понимания школьников в 2004 году. Но это новшество нельзя считать слишком сложным. А вот содержание, скажем, школьной физики застряло на уровне XIX века — классическая физика, а не современная физика частиц. Тот же дисбаланс между состоянием науки и школьными предметами характерен для биологии, других областей знания.

Впрочем, сложности с освоением школьного материала у нас и в самом деле имеются, признала Галина Ковалева: «Вон внуку моих друзей, первокласснику, задали на дом такие задания, что друзья — между прочим, кандидаты и доктора наук — не знали, как к ним подступиться. Но все почему? Не из-за программы, а потому что училки не объяснили, как их делать. И это, заметьте, в очень хорошей, известной школе!». Именно в школе, подчеркнула глава центра оценки качества образования, и коренится проблема с усвоением материала. И связана она не со школьной программой, а со значительным ухудшением учебного процесса, прежде всего качества преподавания.

В последние годы наши учителя стали плохо учить. Причин много: и обострение проблемы кадров (средний возраст российского учителя — выше 50 лет, а стареющие педагоги не хотят учиться новому); и предельная формализация работы учителя, достигнутая стараниями расплодившихся чиновников; и старение материально-технической базы школы. В таких условиях бедной марьиванне неинтересно, да и некогда придумывать что-то новое — все свое время она тратит на заполнение никому не нужных форм отчетности. А на уроках талдычит детям содержание учебников и не объясняет, что с ним делать, перекладывая свою работу на домашние задания и на родителей. По этой причине по объему домашнего задания Россия и идет впереди 40 ведущих стран мира! Столько, сколько у нас, детям не задают на дом нигде! А наш бедный ученик приходит домой с десятком задачек по математике, которые учитель не объяснил, как решать, и пристает с ними к маме и папе. А тех учили по-другому, и они не могут помочь!

С учителями, сокрушается Ковалева, у нас действительно беда:

— Недавно наш центр в виде теста для учителей попросил их переформулировать задачку для младших классов так, чтобы сделать ее более легкой для слабых ребят и более трудной для сильных. Так, 20–30% учителей не смогли этого сделать. Так они и учат — читают детям учебники и ничего не объясняют. А вот в Японии сначала решают задачку в классе, а потом ее же задают на дом, но просят решить ее другим способом. А на следующий день в классе все вместе обсуждают результаты. Там учебный процесс нацелен на развитие. А у нас — на долбежку! И наши дети быстро теряют интерес к учебе. По качеству обучения математики нашу школу догнала даже американская! Это национальная катастрофа!

Единственный выход, по словам Ковалевой, учить учителей по-новому, а тех, что уже есть, переучивать. Тем более что новый стандарт прямо предполагает новые требования к обучению. «А наших учителей 20 лет назад учили учить предмет, а не готовить детей для жизни. На то же нацелена и наша система повышения квалификации. Поэтому сдвинуть проблему с мертвой точки без помощи государства нельзя». Частично ее разрешит лишь переход старшей школы на новый стандарт. Он, по словам Ковалевой, предполагает выбор. А дети, мотивированные на успех, будут лучше заниматься тем, что, по их мнению, им нужно.

Дети, собственно, так и поступают. Но, увы: даже в самых лучших школах — с помощью родителей и репетиторов.

Родители и дети: «Учиться без помощи старших? Это невозможно»

— Это только раньше мальчишка прибегал из школы, кидал портфель и до вечера гонял во дворе в футбол. А потом заканчивал университет и становился гениальным физиком, — вздыхает мама московской семиклассницы-лицеистки Лизы. — Сейчас, чтобы ребенок хорошо учился даже в самой лучшей школе, дома с ним обязательно должны заниматься дополнительно — родители или репетиторы. И ни на что, кроме домашних заданий, времени не остается: дочка каждый день ложится спать в час-два ночи, так что все наши кружки пришлось бросить.

Родители занимались с Лизой после уроков с первого школьного дня. В младших классах — потому что в прогимназии, где она тогда училась, учителя, по словам мамы, ничего не объясняли, а новые материалы давали на дом — пусть, дескать, родители объяснят. А усвоил ли ребенок материал, нет ли, там никого не интересовало — гнали галопом по Европам. «Естественно, по всем предметам мы были вынуждены заниматься дома дополнительно. Папа учил математике и русскому языку (у него, к счастью, два высших образования — филологическое и техническое). А я — всем остальным предметам».

Промучившись так четыре года, в 5-й класс решили идти в другую школу. Но снова не задалось: некоторых предметов (например, русского языка) там не было полгода. Так что весь год девочка фактически проучилась дома, а в 6-й класс снова пошла в другую школу. И снова математику папа объяснял дома. Правда, русский в новой школе был, и более того — на прекрасном уровне. Но, должно быть, по этой причине русистку, по словам мамы, «быстро сожрали, и она ушла — тогда ушли и мы».

Сейчас Лиза учится в одном из лучших московских лицеев, и родители счастливы. Но программа очень сложная. И математику, призналась мама, по-прежнему объясняет папа — того, что дает учитель, недостаточно. Задачи по физике тоже помогает решать папа. Есть у Лизы и репетиторы по двум иностранным языкам: лицей очень хорош, настаивает мама, но в школе язык как следует не выучишь. Для этого нужны индивидуальные занятия, а в школьных языковых группах сильные вперемешку со слабыми: те, кто занимался с преподавателями, легко ведут диалог, а кто учит языки только в школе, не понимают простейших вопросов.

Таким образом, подводит итог мама, если родители сидят за уроками со своими детьми, те получают «пятерки». У тех же, кто рассчитывает только на школу, дети приносят «двойки» и «тройки».

Траты российских семей на частные уроки, репетиторов и подарки учителям, по последним оценкам экспертов, превысили 100 млрд. рублей в год.



Партнеры