Бог им судьба

Как сложилась жизнь героев наших публикаций за 2008 год

25 декабря 2008 в 16:58, просмотров: 1317

Весь год мы рассказывали о детях и семьях, попавших в беду. В конце декабря принято подводить итоги. “МК” по сложившейся традиции решил выяснить, что изменилось за прошедшее после публикации время в судьбах этих людей. Мы надеялись рассказать вам радостные рождественские истории, но, к сожалению, в жизни сказочный happy-end получается далеко не всегда.

Отказники ждут помощи

Уже второй год на страницах газеты мы публикуем фотографии детей, которые ждут родителей. Благодаря этому уже несколько десятков малышей нашли свои семьи, и все же остается много тех, кто по-прежнему ждет пап и мам.

Приятно осознавать, что с нашей помощью очаровательные крохи Олечка, Сережа, Алеша, Ванюша уже дома. Нашел близких людей и 15-летний Дима. Есть несколько людей, которые серьезно заинтересовались судьбами ребят, чьи фотографии мы опубликовали совсем недавно, 1 декабря, — надеемся, что 3-летний Данила, 4-летние Алина и Алеша тоже вскоре найдут своих родителей.

Но, к сожалению, те дети, которым больше всего нужна помощь, — 4-летняя Карина, у которой возникли проблемы с моторикой после неудачной операции, 5-летняя Лена, которая очень плохо растет, а также годовалая Анечка с хрупкостью костной ткани — так никого и не дождались. Хотя только с помощью близких людей эти ребята могут выздороветь. В противном случае их ждет специализированный детдом и с 18 лет — растительное существование в доме престарелых.

— Удивительно, но почему-то не везет с родителями и 6-летнему Сереже, которого мама отдала в детский дом, когда у нее появилась другая семья, — вздыхает начальник Талдомской опеки Ольга Смольникова. — Нормальный общительный ребенок. Одни потенциальные родители взяли его на время, потом вернули — “слишком он хороший, и это настораживает, ведь так не бывает”. Странная логика! А у Сережи в деле появился еще один отказ, который пугает других усыновителей.

В статье “Родители в отказе” (“МК” от 8 августа) мы рассказывали о ребятах, которых приемные родители сначала взяли в свою семью, а потом, словно бракованную покупку, снова вернули государству. Так, детей, изъятых года два назад из неблагополучной семьи — 8-летнюю Марину, 6-летнего Илюшу и 4-летнюю Наташу, — теперь, после их возвращения от первых приемных родителей, разлучили, отдали в разные семьи. К счастью, все у них более-менее нормально — дети привыкают к новым родственникам и вроде бы не скучают друг по другу. Конечно, есть трудности притирки характеров, тем более что для ребят это уже третьи взрослые, претендующие на звание родителей. Поэтому пока проходит период адаптации, семьи не хотели бы, чтобы дети встречались между собой. “Может быть, в будущем, — неуверенно говорит приемная мама Наташи. — Пока я боюсь — вдруг после встречи она начнет скучать, и наш душевный контакт, который только-только установился, утратится”.

Возвратов приемных детей по-прежнему немало. Например, москвичка Юлия сначала усыновила 2-летнего Захара, а через год решила, что могла бы “потянуть” и его старших братьев — 9-летнего Дениса и 10-летнего Матвея. Долго ездила к ребятам, убеждала опеку, что хорошо воспитает всех троих. Но, как часто бывает в таких случаях, Юлия не учла влияние своих родственников. Бабушка изначально была настроена против старших мальчиков и постепенно смогла переубедить дочь — как говорится, капля камень точит. Сначала Юлия отдала в детский дом “на перевоспитание” Матвея. Мальчик был расстроен и напуган, его радовала только мысль, что вскоре он снова вернется в ставшую родной семью. Но теперь, перед Новым годом, Юлия хочет расставить все точки над “i” и официально отказаться от обоих старших братьев. Она обещает, что будет их навещать и брать на каникулы, но это слабое утешение для детей, которые снова теряют маму.

Встреча с мамой

В статье “Родители или вредители?” от 6 октября мы писали о 9-месячном Славике Паршине, который родился с тяжелыми заболеваниями и всю свою недолгую жизнь провел по больницам. Ребенку помогали все — врачи, медсестры, волонтеры, просто случайные люди, оказавшиеся рядом с малышом, но только не родители. За все это время они ни разу не навестили мальчика…

К счастью, в жизни Славика произошла перемена: его родители наконец-то с ним. 23-летняя мама Ирина после публикации решила все-таки навестить сына. Общение с малышом настолько ей понравилось, что теперь они с гражданским мужем ездят к ребенку регулярно. Родители постепенно привыкают к своему младшему сыну, к особенностям его здоровья. Хотя мальчик идет на поправку, состояние малыша еще неважное. Сейчас мальчик находится в социальном отделении Филатовской больницы. Медперсонал привязался к улыбчивому малышу, и молодой маме часто идут навстречу — например, разрешают подольше погулять с малышом в парке. Мальчик неплохо развивается: много двигается, учится сидеть, активно интересуется игрушками и вообще окружающим миром.

— В минувшие выходные Славику исполнился годик, — рассказывает его мама. — Ему подарили специальный гамачок для тех, кто учится сидеть, много игрушек. А утром перед больницей мы со старшими сыновьями попили чай с тортом. Мальчики очень ждут своего младшего братишку, даже в садике все время рассказывают, как будут играть со Славиком, когда его выпишут домой.

— Очень важно то, что Ирина старается быть хорошей матерью, — говорит подруга молодой мамы Арина. — Она стала больше заниматься и старшими детьми, готовится к встрече маленького — своими силами делает ремонт в квартире, часто навещает его. Надо сказать, ваша статья помогла ей увидеть себя со стороны. Ирина по-своему любит детей, просто у нее не было опыта жизни в нормальной семье (ее мама выпивала. — Авт.), поэтому она и не представляет, каково это — воспитывать малышей...

* * *

17 ноября в заметке “Фильтр милосердия” мы описали трагическую ситуацию, сложившуюся в семье Александра, Елены и их 6 детей. В кризис 1998 года семья потеряла все свои накопления и переехала в единственную оставшуюся у них собственность — в маленький домик под Черноголовкой. Стали жить плодами своих рук, в вере и любви. И все было в этой семье замечательно, пока не заболела мама. В этом году, когда Елена рожала шестого ребенка, врачи поставили ей страшный диагноз — запущенная опухоль.

Елена, а вместе с нею и вся семья мужественно борется с тяжелым недугом. Пока новорожденную Христину взяла на воспитание родная тетка. Остальные дети остаются с папой. Он часто, по нескольку раз в неделю он ездит к жене на другой конец Московской области и ночью дежурит у ее кровати. К сожалению, состояние здоровья Елены не улучшается. Но на новогодние праздники ее обещают отпустить к семье, ведь дети мечтают встретить Рождество вместе с мамой.

— Спасибо всем читателям, которые откликнулись после вашей публикации, — немного стесняясь, говорит Александр. Видно, как он устал. 3-летняя Серафима забирается к папе на колени. Большой, потрескавшейся от работы ладонью он гладит ее кудряшки. — Мне неловко, что я своими проблемами беспокою стольких людей… Однажды перед нашим домиком остановился автомобиль, незнакомый мужчина предложил мне сесть в салон. Я удивился и даже немного испугался: чего ему от меня надо? Оказалось, после вашей статьи он собрал нам много детской одежды, купил подарков и разыскивал меня по всей Черноголовке, чтобы все это вручить. Я так растерялся, что даже не спросил, как его зовут.

Но теперь благодаря этому доброму человеку у детей есть обновки к Рождеству и Новому году — надеюсь, жена порадуется…

Оля вернулась домой

 p-11-3.jpg

Оля  снова со своей семьей.

20 июня в рубрике “Погода в доме” вышла статья “Олюся в стране чудес”. В ней мы рассказали о 14-летней Оле Шелковенковой, которая обратилась в органы опеки с просьбой “защитить ее от жестокого обращения родителей”. На поверку, правда, выяснилось, что “жестокость” Олиных мамы и папы заключается в том, что они не разрешают дочери гулять по ночам с сомнительной компанией, курить и выпивать. Но официальная бумага, написанная Олей, получила ход. Органы опеки забрали Олю из семьи и отправили в муниципальный приют для детей-сирот. А в суд отправился иск от органов опеки с просьбой лишить Олиных родителей родительских прав.

На тот момент, когда писалась статья, Оля находилась в приюте, дело в суде, а Олины родители — в шоке. Оказавшись в муниципальном учреждении, девочка получила вожделенную свободу вести сомнительный образ жизни и общаться с сомнительными личностями. В статье мы поднимали вопрос: неужели, если родители мешают ребенку пить, курить и гулять, следует лишать их родительских прав? И как могли органы опеки забрать подростка из благополучной семьи, толком не разобравшись, в чем в данном случае проблема “отцов и детей”?

Мы позвонили маме Оли и поинтересовались, как обстоят дела с ее дочерью сегодня. Вот что рассказала нам Елена Петровна Шелковенкова:

— Мы так благодарны “МК”! После выхода вашей статьи суд, который до этого не рассматривал наши апелляции и затягивал рассмотрение дела, сразу вынес решение: иск органов опеки о лишении нас родительских прав отклонить на основании того, что опека не предоставила достаточно доказательств нашего “жестокого обращения” с ребенком. Также суд постановил удовлетворить иск родителей к органам опеки и вернуть ребенка домой. Правда, никаких объяснений, на каком основании в принципе произошло отобрание ребенка, нам дано так и не было.

Сейчас Оле исполнилось 15, она живет дома с мамой, папой и младшим братом, учится в школе. До этого, правда, ей пришлось провести некоторое время в больнице — все-таки она испытала тяжелый психологический шок. В старую школу Оля вернуться не захотела и пошла в другую. Мы очень благодарны заместителю начальника управления Департамента образования Северо-Западного округа Москвы, она помогла Оле устроиться в эту школу. Сейчас Оля старается хорошо учиться и хорошо себя вести. Она знает: чтобы ее сняли с учета инспекции по делам несовершеннолетних, нужна характеристика из школы. Правда, иногда Оля все-таки показывает характер, она очень свободолюбивая девочка. “Я все буду решать сама!” — вот ее коронное выражение.

На Новый год Оля отправится в подростковый зимний лагерь “Черная речка”, что в Ярославской области. Путевку ей предоставил городской департамент по семейной и молодежной политике. В лагере вожатыми будут студенты-психологи, которые организуют для подростков не только специальные занятия, но и полезный досуг.

Снова вместе

8 августа “МК” опубликовал историю “Дети раздора” — о том, как после трагической гибели матери оставшиеся родственники никак не могли поделить детей — 11-летнюю Машу и 9-летнего Кирилла. Обеспеченный отец пытался отнять ребят у бабушки с дедушкой и через суд, и с помощью милиции, и просто силой. Тогда дети предпочли отправиться в приют.

Как говорится, не знаешь, где найдешь, где потеряешь, — именно в социальном приюте для детей и подростков “Отрадное” взрослым членам этой семьи помогли хоть как-то найти общий язык. Конечно, процесс примирения был нелегким, иногда беседа специалистов приюта с враждующими сторонами занимала несколько часов. Но результат отрадный: теперь дети снова живут с бабушкой, а с отцом встречаются по выходным и праздникам. “Самое главное, изменилось отношение ребят к папе, — отмечают специалисты, работающие с этой семьей. — Теперь они тянутся к нему, радуются, когда он встречает их после школы, а не боятся, как раньше”.

— Отец сейчас много работает, и ему в последнее время редко удается вырваться к детям, — говорит бабушка Наталья Ивановна. — Но дети все равно чувствуют себя более спокойно и уверенно, чем летом. Недавно, например, ездили с папой на экскурсию в Переславль-Залесский. Простудились, правда, после этого, зато полны впечатлений и положительных эмоций, которых им в последнее время так не хватало!

Алименты пока и не снятся

p-11-1.jpg

Наталья и Богдан так и не дождались алиментов.
 

21 ноября в статье “Любовь уходит, алименты остаются” “МК” напечатал истории нескольких женщин, пытающихся добиться положенного их детям по закону — алиментов. Но, кажется, судьба в лице судебных приставов и прочих представителей власти, обязанных исполнять закон, работает против них.

Когда Наталья Федорова носила под сердцем долгожданного ребенка, ее муж полюбил другую. Грустная история, но в жизни так случается. Вот только поведение супруга по отношению к жене и маленькому сыну Богдану поражает своей циничностью: он, весьма обеспеченный человек, делает все, чтобы не только не платить положенных по закону алиментов, но и оставить малыша с мамой на улице. Война между бывшими супругами идет с переменным успехом — на стороне отца деньги и беспардонный цинизм, на стороне мамы и ребенка — закон.

— В середине ноября суд постановил признать за Богданом право на отцовское жилье до совершеннолетия, а за мной до достижения сыном трех лет. Ни Федоров, ни другие лица не имеют права чинить нам препятствия в проживании в квартире, — рассказывает Наталья. — Но бывший муж придумал хитрый ход — пока шел суд, оформил фиктивное дарение жилой площади своей новой жене, чтобы ребенку ничего не досталось. Эту сделку суд признал незаконной.

Конечно, бывший муж будет биться до конца со мной и нашим сыном за свою собственность. Он уже подал жалобу в Мосгорсуд.

Проблемы, свалившиеся на хрупкие плечи Натальи, огромные: на работе возможно сокращение в связи с кризисом, а жилье приходится снимать, на какие деньги растить сынишку, просто непонятно. Маленький Богдан надрывно кашляет — только начал ходить в садик и тут же заболел. Наталья мучительно прикидывает, с кем оставить ребенка послезавтра утром, когда ее ждут на работе:

— Няни сейчас дорого стоят. Я на своей еде экономлю, и все равно ни на что не хватает.

— После публикации начали поступать нормальные алименты?

— Что вы! Евгений только сказал, что я всех смешу и ничего от него я все равно не получу. На заявление о возбуждении уголовного дела по поводу уклонения от уплаты алиментов — тоже никакого ответа. Звонили из прокуратуры, вызывали в ГУВД, упрекали за то, что подняла шум, но воз и ныне там.

— Проверка по делу Федоровой проведена, отчет отправлен в вышестоящую инстанцию, — сказала нам помощник прокурора Северо-Западного округа Анна Октябрьская. — Больше ничего об этом деле я вам сказать не могу.

Можно ничего и не говорить — главное, результатов этой проверки не видно. А в это время Евгений Федоров готовит иск об оспаривании отцовства в отношении двухлетнего Богдана. Его цель — не пускать сына в квартиру и не платить алименты еще годик-два. Пока суд будет разбираться с отцовством, в котором Федоров на самом деле и не сомневается, исполнительное производство по алиментам не сдвинется с места. Должник останется при своих деньгах, имуществе и квартире. Скорее всего, добьется отмены выезда из России. В общем, просто малина для нерадивых папаш! Только как в это время выжить маме с ее малышом?

У Людмилы Грязновой, которая не может получить алименты на дочь с 2004 года, после публикации потребовали заявление о том, что она не имеет претензий к приставам. За это обещали сами получить в суде дубликат исполнительного листа, чтобы начать взыскание. Людмила отказалась что-либо писать и 4 декабря, взяв у пристава соответствующую справку, отправилась  в архив Бутырского суда. Там ей предложили звонить через неделю.

Дозвониться удалось только через 10 дней. Оказалось, что материальные проблемы Грязновой-младшей никак не вписываются в предновогодние судейские хлопоты. На днях очень занятый председатель суда поручил решение проблем с дубликатом судье Нивейкиной Н.Е. Но и она до окончания новогодних каникул недоступна, хотя решить вопрос с дубликатом можно за пять минут. С 22 декабря закрылись на подготовку годовых отчетов все судебные канцелярии, поэтому надежда на получение алиментов теряется где-то в тумане будущего года. Видимо, под бой курантов Людмиле и ее дочери нужно загадать, чтобы в наступающем году приставы и судьи хотя бы просто исполняли свои профессиональные обязанности.

Поиск продолжается

 p-11-4.jpg

Мама не оставляет надежды встретиться с сыном — Арсением Куликовым.

В статье “Мать лишили сына и покоя” от 14 ноября 2008 мы рассказали историю Ирины Гаховой, которая уже восьмой год ищет своего сына. Арсения прячет от матери его собственный отец. Вся информация о ребенке, которую он сообщает правоохранительным органам, оказывается лживой. Что на самом деле творится с Арсением Куликовым? И почему папа скрывает его не только от мамы, но и от государственных органов?

За прошедшее после публикации время мама так и не получила никакой новой информации о сыне. Раза два Владимир Куликов, отец Арсения, звонил в правоохранительные органы, сообщая о том, какой плохой матерью была Ирина.

— После этого прокуратура Коломны, где до сих пор прописаны мы с Сеней, снова обходила преподавателей сына, соседок и прочих знакомых, которые в очередной раз рассказывали, кто и как на самом деле занимался воспитанием ребенка, — говорит Ирина Гахова. — Не понимаю, почему прокуратура занимается этими вопросами, ведь я даже не претендую на то, чтобы забирать у Куликова сына. Понимаю, мальчик вырос, привык к папе и ему вряд ли захочется резко менять свою жизнь. Мне хотя бы встретиться с Сеней, увидеть, что у него все в порядке, может, чем-то помочь или просто встречаться время от времени. Когда прокурор озвучил эту мысль Куликову, он обещал подумать и снова пропал.

Хорошо, что после нашей публикации разыскное дело, которое закрыли в Коломне под предлогом того, что мальчик нашелся и живет в Белгороде (при этом следователь уже знал, что Арсения там нет!), вновь открыли. Мальчик опять в федеральном розыске.

И мы снова обращаемся к вам, дорогие читатели: если вы что-нибудь знаете о судьбе Арсения Куликова, звоните, пожалуйста, нам в редакцию по тел. 250-72-72, доб. 7406.

Дорогие друзья!

Отказники и дети из семей, оказавшихся в тяжелой жизненной ситуации, мечтают о сказке и подарках Деда Мороза.

Если вы хотите порадовать этих малышей или можете им помочь, обращайтесь по телефону 8-906-037-50-93 (с 11 до 24 часов) или на сайт www.otkazniki.ru.



Партнеры