На встречу со смертью

Террористки могут прятать взрывные устройства в имплантах груди или зашивать в ягодицы и в живот

08.10.2013 в 20:12, просмотров: 6666

Лихие 90-е ознаменовались серией громких заказных убийств и криминальных разборок. Как правило, люди квитались друг с другом посредством самодельных взрывных устройств. Взрывали достаточно банально — как правило, подбрасывали взрывчатку в автомобиль…

С тех пор технический прогресс продвинулся на несколько шагов вперед. Сегодня народные умельцы стали гораздо изощреннее в своих фантазиях.

Мы посетили секретный объект на базе боевого подразделения, входящего в состав ОМОН ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.  На какие ухищрения идут современные террористы-самоучки, чтобы рассчитаться с обидчиками, почему саперы считают, что россияне живут на пороховой бочке, и какие сюрпризы готовят специалисты по взрывам миру — в материале «МК».

На встречу со смертью

Набережная канала Грибоедова.

Монументальное здание рядом с историческими памятниками.

О том, что здесь базируется питерский ОМОН, свидетельствуют лишь незаметная вывеска и пара припаркованных полицейских машин.

Охрана. Пропуск. Выхожу на просторный двор.

Плутаю меж многочисленными входами-выходами. Преодолеваю пяток лестничных проемов. Кабинет начальника.

Здесь — небольшой экскурс в историю подразделения и соответствующие ЦУ:

— Вы только не пишите, что у нас музей взрывчатых веществ, — благословляет меня перед походом на засекреченный объект начальник ОМОН ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. — Все наши экспонаты — для служебного пользования, так сказать, учебное пособие. Врага надо знать в лицо. На общее обозрение мы такие вещи выставлять не рискнем. Иначе решат, что мы здесь выпускаем инструкцию для начинающих террористов.

Коридоры виляют змейкой. Еще пара лестниц вниз. Передо мной — металлическая дверь. За ней комната сотрудников инженерно-технического отдела — группа разминирования, взрывотехники, кинологи.

Переступаю порог под тревожный вой сирены.

— Все, собираемся, вызов поступил, на объект выезжаем, — командует здоровенный детина в форме.

Всю информацию саперы делят на три категории. «Угроза взрыва» — проверка сообщения о якобы заложенном взрывном устройстве. «Бесхоз» — обследование брошенных, потерянных, забытых вещей и предметов на наличие взрывчатых веществ и взрывных устройств. «Особый случай» — обследование обнаруженных боеприпасов, различных взрывных устройств, имитаций и муляжей, подозрительных предметов. Всего же специалистам по разминированию приходится подниматься по тревоге в среднем до 3 раз в сутки, то есть — порядка 1000 выездов в год.

«Мина замедленного действия»

Прохожу в святая святых саперного взвода.

На стеллажах — эхо войны: мины, гранаты, оружие времен ВОВ.

— В наших краях шли ожесточенные бои, поэтому ничего удивительного в том, что петербуржцы по сей день гуляют по минному полю, — объясняют собеседники наличие огромного наследия прошлого в закромах. — До наших дней сохранились в целости и сохранности тысячи боеприпасов с тех времен.

На прибитой к стене полке — надпись «Опасно». Здесь — целый арсенал боевого оружия.

— В городе постоянно находят боевые гранаты. Они лежали на глубине 5–10 метров больше полувека, а сейчас земля начала выталкивать опасные предметы наружу. Некоторые такие находки могли бы взорваться в любой момент, поэтому их относят к повышенному классу опасности. Дело в том, что с годами взрывчатое вещество в земле начинает разлагаться, образует соли, которые очень чувствительны к малейшему прикосновению. Так что взрыв может произойти, если на наконечник гранаты сядет муха. А в снаряде может оказаться взрывчатых веществ килограммов десять…

По слухам, не один «черный копатель» в буквальном смысле погорел на собственном любопытстве.

— Судите сами, некий умник откапывает в земле снаряд, тащит найденное добро домой и давай разбирать его — ковырять, выкручивать наконечник, который, как правило, с трудом поддается… Но если поддался, пиши пропало — взрыв неминуем, — поясняет один из омоновцев. — Зимой подобные ЧП — редкость, видимо, тяжело на морозе копать. А вот летом мы на такие происшествия по два раза в неделю выезжаем. Как правило, после этих экспериментов людям руки-ноги и отрывает. Вот вам наглядный пример: в прошлом году совсем юный парнишка принес домой гранату. Начал ее сверлить. Досверлился до взрыва. Перебило парню тазобедренную артерию. Пока вызвали «скорую», мальчишка истек кровью и умер. Несколько лет назад два бомжа привезли в пункт металлоприемки опасный снаряд калибра 152 миллиметра. Тому человеку, который держал снаряд, оторвало голову, полтуловища и руки. Его приятелю снесло голову. Проходящему мимо парню осколок попал в печень. Он скончался на месте…

фото: Ирина Боброва

Несмотря на избитое выражение «сапер ошибается один раз», у сотрудников группы разминирования над страхом преобладает здоровый цинизм.

— Вот перед вами осколок минометной мины времен войны — если в лоб прилетит, мало не покажется, — пытается шутить один из саперов. — Это противотанковая мина — в ней 7 кг взрывчатки, она перебивает гусеницу и выбивает два трапа у танка. Представьте, что останется от человека, если он ее заденет! Видите, у меня в руках «шкатулка» — противопехотная мина времен войны. Если на нее наступить, то оторвет ногу — как минимум до паха, ну а дальше как повезет. Миноискатель эту вещицу практически не берет. Также периодически мы натыкаемся на реактивную систему залпового огня «Град». Недавно группа лиц кавказской национальности раздобыла на полигоне 400 алюминиевых взрывателей от системы залпового огня. Мужики начали пилить их болгаркой, чтобы затем сдать в пункт приемки цветных металлов. Первый же распил «вышел комом» — снаряд сразу взорвался. Одному из любителей легкой наживы разорвало щеку, у второго кишки вылезли наружу…

Одна из самых опасных ручных гранат времен ВОВ — РГД 33. Те, которые не сработали во время войны, сегодня лежат в земле и ждут своего часа.

Финские мины, противотанковые натовские гранатометы, летающий лом — все это смертельное оружие до сих пор представляет открытую угрозу для жителей России.

— В прошлом году на Выборгском шоссе просел участок дороги. Строители засыпали-засыпали землю — все впустую. Решили копнуть глубже. В итоге напоролись на гигантское количество брикетов взрывчатки. Позже саперы извлекли на поверхность 80 брикетов, каждый весом 1 кг. Это были финские мины, с помощью которых предполагалось взорвать танк. Каким чудом все это не рвануло — до сих пор непонятно. А три года назад на проспекте Стачек нашли 300 гранат… Также много хлопот доставили нам строительные работы нового терминала аэропорта «Пулково». Когда строители принялись рыть взлетную полосу, мы каждый день туда выезжали — обезвреживали снаряды времен ВОВ.

«Смертельный кофе»

Снаряды, оружие, гранаты, мины — все это, конечно, интересно. Не спорю. Но, пожалуй, самые любопытные экспонаты инженерно-технического подразделения собраны в соседней комнатке. Речь не о наследии времен войны, которое изготовлялось в промышленных масштабах. Передо мной — штучные экземпляры, эксклюзивы наших дней.

На протяжении многих лет здесь собирали смертельные игрушки, слепленные народными умельцами собственными руками.

— В лихие 90-е люди взрывали друг друга со страшной силой, — начал беседу один из омоновцев. — Один старожил нашего отряда рассказывал, что за 20 лет службы на его счету накопилось 150 обезвреженных самодельных взрывных устройств. Большая часть пришлась как раз на 90-е годы. Я лично обезвредил за три месяца 7 подобных вещичек. Такие экспонаты, как правило, не хранятся в загашниках — они либо уничтожаются, либо становятся вещественными доказательствами в уголовном деле или сдаются в ФСБ.

Сотрудники боевого подразделения выкладывают на стол два десятка макетов самодельных взрывных устройств.

— Экскурсии сюда мы не проводим, на всеобщее обозрение макеты не выставляем — это ведь можно трактовать как пособие для боевиков. Все эти вещи мы находили не только в нашем городе, но и в Чечне...

Передо мной — обычная кофейная кружка грязно-бежевого цвета.

— Кружка вылеплена из взрывчатого вещества — пластита, а вот на ее дне закреплен детонатор, — поясняют мне принцип действия одного экспоната. — Если эту посудину покрасить, то чашка напоминает изделие из папье-маше. Вот такая чашка убила одного крупного бизнесмена, когда он решил испить кофейку. Ему оторвало голову, когда он приподнял кружку… А вот портсигар, сделанный подобным образом. Не правда ли, «хороший» подарок врагу? Открываешь его, чтобы достать сигару, — и раздается взрыв.

Поднимаю небольшую часть стандартной батареи отопления.

— Вот вам батарея, начиненная взрывчаткой. При срабатывании взрывного устройства убивает всех, кто находится рядом, так как батарея дает много мелких осколков, — поясняют собеседники. — Посмотрите на консервную банку и туалетную бумагу с детонатором — это чисто наше изобретение. Инструкцию по изготовлению мы обнаружили в конспектах чеченских боевиков. Таким образом мы предупреждаем новобранцев перед отправкой в Чечню, с какими неожиданностями они могут там столкнуться. Люди должны быть готовыми ко всему. Считайте, что здесь наши военные проходят так называемый мастер-класс. Кстати, боевики собственные мины делали по образу и подобию противопехотных мин времен ВОВ — брали две деревяшки, прикрепляли к ним кусок пластита, начиненного гайками. Внешнее сходство — налицо.

фото: Ирина Боброва

По слухам, на второй чеченской войне саперам за разминирование взрывоопасного предмета 1-й степени сложности платили 15 рублей 54 копейки, 2-й степени — 10 рублей 36 копеек. В 2000 году цены немного подросли.

Беру в руки видеокассету с заманчивой надписью «Крутейшая порнуха» — еще одна «фишка» террористов-самоучек.

— Одному такому любителю острых виртуальных ощущений эта кассета могла сослужить недобрую службу. Механизм простой. Вставляешь кассету в приемник, она начинает крутиться, и при определенном витке взрыватель снимается с предохранительного взвода. Конечно, вероятность осечки исключить нельзя. Если человек смотрел бы кассету на диване, то скорее всего выжил бы — взорвался бы только телевизор.

Подобные самодельные взрывные устройства предназначаются, как правило, конкретным людям.

— Пару недель назад мы выезжали в Усть-Ижору, где взорвали женщину. В почтовый ящик ей подложили 100 граммов пластичного вещества. Она открыла ящик, а через 3–4 секунды раздался взрыв. Женщина скончалась до приезда «скорой» от осколочного ранения, хотя это странно, обычно в таких случаях отрывает руки-ноги. Позже выяснилось, что убийство дамы организовал ее сосед, которому она не соглашалась продать свой кусок земли…

— Где же обычный человек может взять пластит?

— Пластичное взрывчатое вещество выпускается в промышленных масштабах для армии и силовых структур. Так же, как тротил. Например, тротиловые шашки выпускаются для горнодобывающей и военной промышленности.

— Но я же не могу прийти на предприятие и купить тротил, пластит…

— Вы — не можете. У предприятия, которое закупает такие вещи, должна быть лицензия, а сама организация обязана стоять на контроле ФСБ.

— И все же каким образом взрывчатое вещество оказывается в руках простых смертных?

— «Простой смертный» мог оказаться военным, мог купить нужное ему взрывчатое вещество у такого же военного — познакомиться с каким-нибудь прапорщиком, начальником склада ракетно-боевого вооружения, договориться о цене — и дело в шляпе. Сплошь и рядом — случаи банальной кражи, если у человека есть доступ на склады.

«Во время саммита саперам поступало по 25 вызовов за сутки»

Украсть, договориться, купить взрывчатку — для простого человека эта задача не по силам. Гораздо проще открыть Интернет, поставить перед поисковиком соответствующие задачи — и рецепт самодельного взрывного устройства перед вами. На соответствующих сайтах указывается, что создаваемые устройства рекомендуется «использовать в городском бою против живой силы», что «почти все компоненты можно взять из кабинета химии в школе», в хозяйственном магазине, аптеке. На некоторых сайтах содержатся обращения: «террористам на заметку», «опытный террорист», описываются способы увеличения поражающей мощности — увеличение числа осколков, способы маскировки изготовленных взрывных устройств. Вот примерная выдержка с одного из сайтов: «На нашем сайте вас научат, как быстро сделать самодельную бомбу, чтобы взорвать поезд».

Однако, по мнению сотрудников правоохранительных органов, изготовить взрывчатое вещество в домашних условиях непросто. Здесь непременно возникнут проблемы: покупка комплектующих взрывного устройства, отсутствие навыка его изготовления и опасность самоподрыва.

Мои собеседники утверждают, что сооружать взрывизделия посредством интернетовских инструкций и вовсе занятие бесполезное: «Соответствующие органы строго контролируют подобные сайты, вносят туда свои коррективы. Если следовать данным инструкциям досконально, поэтапно, то, поверьте, у вас ничего не получится».

— Несколько лет назад на заправке одному бизнесмену бросили под машину кусок пластита, сверху к нему был прикреплен мобильный телефон. Мужчина тут же связался с полицией. Нам пришлось уничтожать опасный предмет. Взрывчатку делали непрофессионально, поэтому, когда включили тумблер и бросили брикет, при ударе от батарейки отошел контакт, и взрывоопасная коробка перестала питаться. А недавно один молодой гражданин попросту поджег самодельную взрывчатку в подворотне: решил проверить поражающий эффект. Итог мероприятия — два пальца долой. Позже в его доме обнаружили целый арсенал смесей, которые он варил, чтобы потом использовать для своих экспериментов.

Перебираю смертельное оружие, выложенное на столе. Взгляд падает на обычный фонарик «с сюрпризом» и состаренный винтажный кошелек.

— Иногда люди сами не понимают что творят. Изготовляют в домашних условиях взрывчатку, оставляют ее в людном месте и ждут отдачи от своей работы. Вот история фонарика. Недалеко от моста Александра Невского некий строитель заметил этот фонарик. Поднял его, включил — в итоге остался без руки. Кошелек — это беспроигрышный вариант. Не всякий прохожий преодолеет в себе соблазн пройти мимо такой находки. Недавно некий изобретатель прикрепил взрывное устройство внутри портмоне, там же замаскировал детонатор и размыкатель. Подошел обычный человек, поднял — лишился руки.

фото: Ирина Боброва

— И много таких случаев в последнее время?

— С каждым годом у нас проходит все больше заявок именно по таким нестандартным подрывам. Несколько лет назад не повезло двум скинхедам. Парни варили смесь, чтобы потом из любопытства проверить: взорвется или нет? Во время процесса не рассчитали разницу температур — видимо, неважно у них обстояли дела с химией в школе. Когда они принялись заливать горячую смесь в холодную, разница температур дала о себе знать: взрывчатая смесь сработала у них в руках. Одного из тех мальчишек еле откачали врачи. В прошлом году два пацана сделали из китайских петард горючую смесь. Затем все это взорвали на пустыре, но отбежать не успели. Одному оторвало пальцы…

— Новогодние праздники с петардами и фейерверками — головная боль для вас?

— Обычно у нас весело на Новый год… Например, случай 4-летней давности шокировал нас. Мужик пришел к своей бывшей жене и ребенку. Взял с собой пять батарей петард. Жена не пустила его на порог. Он не нашел ничего более увлекательного, чем обустроиться на лестничной клетке. Выпил две бутылки водки, поджег одну из петард и продолжил отмечать праздник. Не заметил, как от одной батареи вспыхнули и остальные. Товарищ скончался от страшных ожогов: на нем загорелся синтетический спортивный костюм.

— В прошлом году в Пятигорске террорист-самоучка изготовил взрывчатку, высушил ее на батарее, та взорвалась у него в руках. Говорят, парень тоже плохо изучал химию в школе…

— Нашим ребятам чудом удалось избежать ЧП из-за подобной глупости. Дело в том, что из ОМОНа в «горячую точку» отправляли человек пятьдесят. Двое из них — саперы, которые не могли проконтролировать действия остальных. В итоге наши пацаны заметили на земле детонирующий шнур, который приняли за бельевую веревку. Натянули ее меж деревьев на палящем солнце и повесили сушить белье… Взрыва удалась избежать чудом: детонатор мог сработать в любой момент.

— Насколько часто вам приходится выезжать на ложные вызовы?

— Достаточно часто. Особенно много ложных вызовов приходится на период проведения саммита в Питере. Например, в этом году у нас было аж 9 заявок за сутки. В 2006 году эта цифра доходила до 25. Приходилось работать круглые сутки. Но работа во время саммита осложнялась тем, что приходилось заранее согласовывать с работниками госзащиты и сотрудниками ФСБ места подрывов найденных предметов, маршруты нашего следования, ведь, как правило, многие улицы на этот период времени перекрывали, и добраться в нужное место становилось проблематично.

* * *

На протяжении 50 лет террористы придумывают бомбы и ищут лазейки в системах охраны и безопасности. Они прячут свои смертоносные «игрушки» в самых неожиданных местах. Качественный скачок был отмечен несколько лет назад, когда террористы стали прятать заряды в трусы или в прямую кишку. Это самый лучший способ обойти строгий контроль.

Недавно британские спецслужбы выдвинули предположение о том, что террористки могут прятать взрывные устройства в имплантах груди или бедер. Мужчине взрывчатку можно зашить в ягодицы или в живот. Для того чтобы произошел взрыв, террористу достаточно будет ввести при помощи шприца специальное вещество для химической реакции. Обнаружить взрывчатку, спрятанную таким образом, крайне трудно. Для ее выявления нужна специальная рентгенотехника, так как обычные сканеры, которыми оснащено большинство аэропортов, не в силах справиться с таким заданием.

Еще одним из самых изощренных способов отправки опасной тары является провоз взрывчатки внутри животных. Подобный случай уже имел место быть: взрывчатые вещества и детонаторы были спрятаны в собаках путем хирургического вмешательства. Однако животные погибли до того, как попали на борт самолета. Вполне вероятно, что они бы не вызвали подозрения у служб безопасности аэропорта. Бомбы, спрятанные в животных, невозможно обнаружить даже с помощью самых современных сканеров.



Партнеры