“Меня посадили правильно…”

Шамиль Бураев, бывший убийца Политковской. Первое интервью на свободе

5 июня 2008 в 15:47, просмотров: 1661

Его арестовали 13 сентября 2007 года. Среди всех обвиняемых по делу Политковской он был самым старшим и внешне самым похожим на убийцу. Видимо, поэтому задержанный всего лишь за пособничество Шамиль Бураев фигурировал в СМИ, то как один из организаторов, то как связующее звено между исполнителями и заказчиком. Прошло 9 месяцев, и Бураев вышел на свободу. Формально обвинения с него еще не сняты, но сам факт его освобождения из-под стражи — пусть косвенно, но убедительно — свидетельствует о его невиновности. В этом интервью мы не будем касаться тайны следствия. Во-первых, это незаконно, а во-вторых, прокуратура сама обещала раскрыть все эти тайны уже 20 июня. Мы просто проследим цепь событий, благодаря которым законопослушный и заслуженный человек (с именными часами от Путина и орденом Мужества) оказался в тюрьме на долгих девять месяцев.


Надлежащее поведение

Перед началом беседы приведу цитаты из двух постановлений, подписанных старшим следователем по особо важным делам Главного следственного управления Следственного комитета при Прокуратуре Российской Федерации, государственным советником юстиции 3-го класса Гарибяном Петросом Владимировичем. Первое постановление от 3 июня 2008 года называется “Об изменении меры пресечения”. И вот что оно гласит: “Настоящее уголовное дело возбуждено по факту убийства Политковской А.С… 13.09.2007 задержан Бураев Шамиль Дусиевич, которому 14.09.2007 Басманным судом г. Москвы избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а 20.09.2007 ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, п.п. “б” и “ж” ч. 2 ст. 105 УК РФ (пособничество в убийстве, совершенное организованной группой человека, выполнявшего общественный долг. — В.Р.).

В настоящее время все необходимые следственные действия и оперативно-разыскные мероприятия в отношении Бураева Ш.Д. проведены, вследствие чего он не сможет воспрепятствовать производству по делу. Кроме того, ранее он к уголовной ответственности не привлекался, от органов предварительного следствия не скрывался и обязуется являться по первому требованию следователя, является гражданином Российской Федерации, имеет постоянное место проживания и положительно характеризуется, имеет на иждивении четверых несовершеннолетних детей и отца, 1902 года рождения. Установлено, что непосредственного участия в убийстве Политковской А.С. Бураев не принимал, его роль в совершении преступления носила вспомогательный характер… Меру пресечения в отношении обвиняемого изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении”.
Уточним, что, находясь под подпиской о невыезде, Шамиль Бураев не имеет права покидать Москву.

А теперь второе постановление от 4 июня 2008 года. “Об удовлетворении ходатайства”. Цитата: “Поступило ходатайство обвиняемого Бураева, в котором он просит разрешить ему выезд в Чеченскую Республику к своему престарелому отцу… Данное ходатайство подлежит удовлетворению…”

Таким образом, невиновность Шамиля Бураева, о которой долдонил ваш покорный слуга, получила документальное подтверждение. Никакие несовершеннолетние дети и положительные характеристики не вытащили бы Шамиля из тюрьмы, если бы следователь был уверен в том, что Бураев играл хоть какую-то роль в убийстве Политковской. Пусть вспомогательную — не важно. Слишком тяжкое и резонансное преступление. Кроме того, общеизвестно, что заказчики и организаторы находятся на свободе и у следствия должна быть гарантия, что Бураев не станет с ними связываться и не разгласит какие-нибудь следственные тайны. Но Гарибян Бураева отпускает, и не только под подписку, но даже в Чечню. И это лучшее доказательство невиновности Бураева, пока еще обвиняемого, но уже свободного. А раз следователь по особо важным делам доверяет Бураеву, значит, и у читателей нет никаких оснований ему не верить. Итак, интервью.

10 тонн лимонной кислоты

— Вспоминая все, что со мной произошло, я прихожу к неожиданному для себя выводу. У следствия были железные основания меня посадить. Я знал всех, кого подозревают в этом убийстве. И Махмудовых, и Рягузова, и Хаджикурбанова.

— Махмудовы Ибрагим и Джабраил, которые еще сидят, как и ты, из Ачхой-Мартана. Ты там с ними общался?

— Я с ними не общался. Чего мне с ними общаться, кто они такие — детвора. Но я хорошо знал их дядю по матери Ломали Гайтукаева. С ним мы жили по соседству. И почти одногодки. Я с 58-го года, он — с 57-го. Вместе выросли. Но особо не дружили. А с 90-го года и не общались вовсе. Для этого была веская причина. Тогда мой двоюродный брат Рашид Бураев, ныне покойный, украл у Гайтукаевых лимонную кислоту, тонн 10, она у них дома в мешках стояла. И с тех пор между Бураевыми и Гайтукаевыми была объявлена официальная вражда. Они нам, как провинившимся, постоянно угрожали. За кражу, конечно, никто никого не убивает, но деньги полагается вернуть. Причем деньги требовали с меня, я ведь бизнесом занимался, кооператив создал, семенами торговал. Деньги требуют не с того, кто украл, а с того, у кого они есть. С Рашида взять было нечего. А я эти деньги Гайтукаевым не возвращал. Потому что Рашид нам ни в какую не признавался, что кислоту украл он. Так до самой смерти и не признался.

Но когда Ломали Гайтукаев в 2006 году попал в тюрьму за попытку убийства, он обратился ко мне за помощью. Клялся, что ни в чем не виноват, и просил, чтобы я за него поручился. Тогда, дескать, его отпустят под подписку о невыезде. Ко мне в Москву приехал его племянник Махмудов Джабраил. Вот тогда я этого племянника впервые и увидел. И поручительство за Гайтукаева подписал. Правда, его все равно не выпустили.

— Погоди, погоди, ты ж говорил, что у вас с Гайтукаевыми вражда, а он вдруг к тебе за помощью обращается. Вы уже помирились к тому времени? Ты деньги за кислоту вернул?

— Деньги я не вернул. И, думаю, Ломали Гайтукаев обратился ко мне за помощью именно потому, что, по его мнению, я ему был должен. И я кинулся Гайтукаеву помогать, поручительство это подписывать тоже потому, что не был окончательно уверен в том, что Рашид кислоту не крал. Если бы не эта кислота, Гайтукаев бы ко мне и не обратился за помощью. С какой стати? Он мне никто!

Вот так получилось, что, помогая Гайтукаеву, я познакомился с его племянником Джабраилом Махмудовым, который даже был у меня дома.

Вяленое мясо с галушками


— А с Хаджикурбановым ты как познакомился?

— С Хаджикурбановым я познакомился в Москве летом 1999 года перед самой второй войной. И опять же благодаря Гайтукаеву. Но в этом совпадении ничего удивительного нет. Все-таки мы с Ломали односельчане — и у нас по Москве очень много общих знакомых. Офицер УБОПа Хаджикурбанов задерживал Ломали Гайтукаева, и при этом задержании случайно оказался я. Точнее говоря, меня тогда тоже задержали. Дело было так. Мой односельчанин Казбек Нахаев, проживавший в Москве, позвонил мне и пригласил в гости. Ему из Чечни посылка с вяленым мясом пришла и галушками. И мы вместе с Анды Тавсултановым, чемпионом Европы по тяжелой атлетике, поехали к Нахаеву. Покушали, выпили, тут Нахаеву звонит Ломали Гайтукаев, просит приехать. Мы повезли Нахаева к Ломали, и тут нас всех задержали убоповцы.

Гайтукаева положили на землю, надели на него наручники, а нас поставили к машине — ноги на ширине плеч, руки на капот. Проверили документы. А у меня кроме паспорта было еще удостоверение члена парламента Чеченской Республики. Не Ичкерии, а именно Чеченской Республики. 95-го года удостоверение. И вот один из оперативников смотрит в мои документы, потом на меня и спрашивает: “Слушай, Шамиль, а ты меня не узнаешь?”. Нет, говорю, не узнаю. Ну как же так, Шамиль, ты же меня из плена вытащил, от боевиков. Нет, говорю, не помню, я много кого из плена вытаскивал, тебя что-то не узнаю. Он подворачивает свою штанину, показывает мне свою ногу, а там вся лодыжка в шрамах. А теперь, спрашивает, вспомнил? Меня ж они на колючей проволоке за ноги подвешивали. То, что подвешивали, говорю, помню, а вот лица твоего — нет, не помню. Я и до сих пор не могу с уверенностью сказать, что именно я этого парня из плена выручил. Таких случаев у меня много было. И вот этот самый оперативник и был Хаджикурбановым. Закрыли они Гайтукаева, а мы на улице стоим, и Хаджикурбанов мне рассказывает: “Руководство наше этого Гайтукаева заказало нам задержать. Говорят, он за изнасилование малолетней сидел. А у меня пять дочерей…” Нет, говорю, неправда это. Он не за изнасилование сидел, а за мошенничество.

После того случая мы несколько раз общались с Хаджикурбановым, пока я в Чечню не уехал. Он нравился мне как человек. Мне его профессия импонировала. Человек с бандитизмом борется. Он работал по этническим группировкам и по заложникам.

В 2000 году я поступил в Академию государственной службы в Москве. Я приезжал в Москву на сессию, звонил Халжикурбанову, мы с ним встречались.
А спустя три года я познакомился с Рягузовым.

Жареный барашек для ФСБ

— Рягузова я знал с 2002 года. С того времени, как он приехал в командировку в Чечню. Он работал в ФСБ в Гудермесе, кем конкретно — не знаю. Меня Хаджикурбанов с ним познакомил. Он приехал в Чечню проведать Рягузова, привез ему целую сумку гостинцев. Я встретил Хаджикурбанова в аэропорту в Ингушетии. Поехали ко мне домой, я зарезал барана, присовокупил это мясо к гостинцам. А как иначе, раз человек приехал. И мы вдвоем с Хаджикурбановым поехали к Рягузову в Гудермес. Так мы с ним и познакомились.

— А с Рягузовым после знакомства в Гудермесе ты еще виделся?

— Да и не раз вплоть до 2007 года. Я помогал Рягузову, когда он со своим начальником по имени Вадим и с Ломали Гайтукаевым ездили в Чечню по каким-то своим служебным делам.

— А Ломали Гайтукаев здесь при чем?

— Я так понимаю — он им каким-то образом помогал. Думаю, они сдружились еще в 1999 году, когда его при мне задерживали. Спустя двое суток Гайтукаева освободили. И с тех пор он поддерживал отношения с Хаджикурбановым, а после и с Рягузовым. Чем он им помогал — не знаю. Ко мне Рягузов обращался за мелкой помощью. С билетами помочь или водителя найти, чтоб их по Чечне повозил. Я помогал, но в их дела не вникал, нет у меня такой привычки. Первым посадили Хаджикурбанова, Гайтукаев ему передачки возил. В 2006-м Гайтукаева посадили за покушение на убийство кого-то на Украине. За Гайтукаева я по его просьбе поручился, но особо меня все это не интересовало. У них троих были какие-то свои дела. Они вместе ездили в Чечню, постоянно общались, я был не в курсе.

— Если все суммировать, то получается, что все началось с твоего двоюродного брата Рашида, который украл у Гайтукаевых лимонную кислоту. Если бы он ее не украл, Гайтукаев бы не обращался к тебе за помощью. А значит, ты бы и не познакомился с его племянниками Махмудовыми и не поручался за Гайтукаева. Если бы не Гайтукаев, ты бы не встретил Хаджикурбанова и не познакомился бы с Рягузовым. Думаю, Гайтукаевы должны простить Бураевым эти десять тонн кислоты. Ты за нее 9 месяцев в “Матросской Тишине” отсидел…

— Получается, что так.

Чаепитие со старейшиной


— А когда по делу Политковской задержали Махмудовых и Рягузова, ты как отреагировал?

— Я подумал: ничего себе! Всех моих знакомых пересажали. Но мне и в голову не пришло, что буквально через месяц это коснется меня. Еще раз повторяю, я всех их знал. Я всем им так или иначе помогал. Но общих дел с ними никогда не имел. Поэтому у меня не было никаких причин опасаться за свою свободу, а у следствия, напротив, была куча причин, чтобы подозревать меня в причастности. Наверное, когда они выяснили, что я знаком буквально со всеми, они и решили меня взять. А Рягузов по какой-то причине дал на меня показания. Очень туманные, правда. Мол, да, Шамиль Бураев просил у меня выяснить адрес женщины. Фамилию женщины Рягузов точно не помнит. Детский сад какой-то.

— Раз тебя освободили под подписку, можно предположить, что Рягузов уже и отказался от своих показаний. И если суд тебя оправдает, у тебя есть все основания добиваться от прокуратуры компенсации за отсиженные 9 месяцев.

— Основания есть, но я этого делать не буду. И вот по какой причине. Подозревать меня в причастности основания были. И меня арестовали правильно. Но после того как следователи ничего не смогли против меня найти, у них хватило мужества признать свою ошибку и меня освободить. Раз они поступили со мной по-мужски, значит, и я поступлю с ними так же. Никаких исков подавать не буду. Но только в том случае, если следователи и дальше будут вести себя как мужчины.

— Ты вот в Чечню едешь, а у тебя ведь с Рамзаном Кадыровым старый конфликт. Когда ты сидел, высказывались даже предположения, что ты пошел на убийство Политковской для того, чтобы отомстить Рамзану, отец которого в свое время уволил тебя с должности главы Ачхой-Мартановского района.

— Свои отношения с Кадыровыми я выяснил еще при жизни Ахмада-Хаджи. Я поздравил Ахмада-Хаджи с его победой на президентских выборах, а потом мы пили чай у него дома — Ахмад-Хаджи, старейшина нашего тейпа Магомед-Салех Мамадаев и я. И с тех пор никакого конфликта между нами нет. Более того, с течением времени я убедился в том, что эта фамилия вывела Чечню из штопора. Думаю также, что, кроме Кадыровых, на это никто не был способен. Всем остальным просто не хватило бы жесткости.



Партнеры