Экономика дает государству время образумиться

Скорее всего, напрасно

20 апреля 2014 в 18:22, просмотров: 16167
Экономика дает государству время образумиться
фото: Геннадий Черкасов

Поразительно, но факт: в 2014 году ухудшение социально-экономического состояния России, вызывавшее ужас у специалистов по меньшей мере с 2011 года (когда удорожание нефти впервые не вызвало ускорения роста ВВП), как минимум приостановилось. Скольжение нашей страны по наклонной плоскости хозяйственной и общественной деградации временно прекратилось, хотя и довольно дорогой ценой.

Прежде всего прервалось затухание экономического роста: хоть и на совершенно недостаточном уровне в 0,8%, но он остался на уровне I квартала прошлого года. При этом, если в январе и феврале он составил ничтожные 0,1 и 0,3%, то в марте ускорился и существенно превысил 1%. Да, этот уровень совершенно недостаточен даже для поддержания социально-политической стабильности (не говоря уже о геополитических «понтах»), но безусловное улучшение налицо.

Промышленный спад I квартала прошлого года (на 1,2%) сменился пусть и слабым, но ростом (на 1,1%). При этом улучшилась структура промышленности: в обрабатывающих отраслях спад на 1,4% сменился ростом на 2,4%, добывающие перешли от сокращения выпуска на 0,3% к его увеличению на 0,8% (несмотря на спад добычи газа и угля на 1,4 и 1,7% соответственно), а в сфере естественных монополий — производстве и распределении электроэнергии, газа и воды, — прошлогодний спад в 2,8% из-за теплой зимы усугубился до 3,7%.

«Без шума и пыли», похоже, удалось преодолеть скандальный кризис грузовых перевозок по железным дорогам: их сокращение на 5% сменилось в I квартале этого года ростом на 6,7% и избавило автотранспорт от непосильной перегрузки прошлого года.

Активизация хозяйственной деятельности привела к благополучию федерального бюджета. Жертвам либеральной пропаганды, рассказывающей о жесточайшем бюджетном кризисе и обосновывающей уничтожение социальной сферы и погружение масс людей в искусственно созданную нехваткой денег в бюджете нищету, трудно принять мысль, что он буквально захлебывается от денег. Но это правда, подтверждаемая официальной статистикой Минфина.

I квартал сведен с профицитом в 110,1 млрд руб. (0,7% ВВП) при намеченном на год дефиците в 0,5% ВВП (389,6 млрд руб.). При этом неиспользуемые остатки на счетах выросли за три месяца с 6,6 до 7,5 трлн руб.: более полугода Россия может не собирать налоги и таможенные платежи — и этого не заметит никто, кроме бухгалтеров из казначейства!

При этом государство от бессмысленного наращивания долгов перешло к их погашению, уменьшив внутренний долг на 40 млрд и погасив внешний на эквивалент 28 млрд руб.

Внешний долг страны, в последние годы чрезмерно увеличивавшийся, в I квартале сократился, пусть и немного — на 3,4 млрд долл. (до 723,9 млрд) за счет снижения госдолга. И это хорошо, так как он уже превысил пороговый для слабых коррумпированных и монополизированных экономик уровень в 30% ВВП.

Продолжается удушение экономики в «петле Кудрина», при которой главным приоритетом правительства является вывод средств бюджета за рубеж, «навстречу санкциям». В результате крупнейшие и наиболее успешные налогоплательщики занимают у Запада свои собственные средства, ранее уплаченные «родному» государству в виде налогов, а остальные задыхаются в искусственно организованном правительственными либералами денежном голоде.

Но даже в этой петле в I квартале существенно, на 13,6%, выросло положительное сальдо текущих операций платежного баланса — в первую очередь за счет оздоровления внешней торговли. Если в аналогичном периоде прошлого года экспорт упал на 4,5% при росте импорта на 6,8% (что резко ухудшило платежный баланс), то в I квартале этого снижение экспорта на 1,8% было с лихвой компенсировано сокращением импорта на 7,1%.

Уменьшение импорта связано с инвестиционным кризисом: присоединение к ВТО на кабальных, по сути дела колониальных условиях (в отличие от того же Китая), привело к резкому переходу от инвестиционного роста к спаду. Ведь в каждую страну в общем случае идут либо товары, либо инвестиции, и раскрытие ее для товарного импорта делает инвестиции просто избыточными. Соответственно, закупки за рубежом оборудования и иных инвестиционных товаров драматически сократилось.

К слову сказать, постсоветское пространство демонстрирует не только экономическую, но и политическую пагубность присоединения к ВТО на заведомо кабальных условиях. В самом деле: первой присоединилась Киргизия — и после двух революций говорить о киргизской государственности в настоящее время можно лишь с определенной натяжкой, в рамках дипломатических отношений.

Второй присоединилась Грузия: получила «революцию роз», а затем не менее драматическое, хотя и вполне законное отстранение от власти Саакашвили, а государственность сохранилась после авантюрного нападения на Южную Осетию в 2008 году лишь милостью президента Медведева.

Третьей к ВТО присоединилась Молдавия: получила государственный переворот апреля 2009 года и, по сути, распад государственности, воспринимаемой огромной частью населения как «оккупационный режим», с фактическим выделением вслед за Приднестровьем еще и Гагаузии.

Последней к ВТО присоединилась Украина — и после распада государственности и утраты территориальной целостности в силу массовых протестов она на глазах погружается в разруху наподобие времен гражданской войны.

На фоне этих вполне очевидных перспектив для России, присоединившейся к ВТО вслед за Украиной, инвестиционный спад I квартала в 4,8% выглядит скорее хорошей новостью — тем более что он с 7,0% в январе снизился до 3,5% в феврале и 4,3% в марте.

Даже чистый отток частного капитала, составивший в I квартале 50,6 млрд долл., вызывает шок лишь на первый взгляд. Да, эта величина намного превышает уровень аналогичных периодов прошлых лет и сопоставима с оттоком капитала за все 2012 и 2013 годы (соответственно 53,9 и 59,7 млрд). Однако основную часть потерь страна понесла в январе и феврале, когда бегство частного капитала из-за паники, вызванной неадекватностью политики Банка России, самоустранившегося от обеспечения валютной стабильности, составило соответственно 17 и 18 млрд долл.

В марте же вместо ожидавшегося скачка до 30–40 млрд долл. он, напротив, сократился до 15,6 млрд долл.: с одной стороны, частный бизнес скептически отнесся к угрозе западных санкций, с другой — часть капиталов, испугавшись санкций, не бежала на Запад, а, напротив, вернулась с него.

Сыграла свою роль и нормализация политики Банка России, забывшего о либеральных заявлениях в стиле 90-х годов и вернувшегося, насколько можно судить, к исполнению своих обязанностей на валютном рынке.

Весьма ценно, что вывод капиталов из России по «черным» каналам, не поддающимся наблюдению государства, в I квартале сократился с 6,7 до 6,3 млрд долл., а по «серым» схемам рухнул в 4,4 раза: с 9,2 до 2,1 млрд. Это наглядный признак повышения степени легальности российской экономики, расширения сферы ее законного функционирования.

Вместе с тем нельзя забывать, что описываемое улучшение ситуации было достигнуто дорогой ценой: ослаблением рубля, шедшим с середины октября по середину марта. Результатом стало ускорение инфляции (в марте ее официальный уровень вырос втрое, с 0,3 до 1,0%) и снижение реальных доходов населения даже по официальным данным на 2,4% в I квартале, а в марте — и вовсе на 6,8%. А ведь в реальности большинство россиян беднеет, насколько можно судить по изменению массового потребительского поведения и заявлениям представителей сферы торговли и услуг, еще с лета прошлого года!

Поскольку основные пороки российской экономики — коррупция, произвол монополий и отказ государства от развития — остались без изменений, наша страна получила лишь временную передышку: скорее всего, до осени.

Если российское общество упустит это время, не добьется замены самовлюбленных либералов правительства Медведева на компетентных работяг, если государство не успеет принять на 2015 год бюджет развития (или не успеет силами нового правительства переверстать традиционный бюджет распила в бюджет развития) — экономика неминуемо перейдет в спад.

Разумеется, ухудшение экономической обстановки будет провоцировать репрессии, а те будут расширять социальный протест и возвращать его в политическую плоскость, — и в этой дурной спирали мы рухнем в системный кризис, на фоне которого не только сегодняшняя, но и завтрашняя Украина опять покажется островом покоя и демократии.

Больно смотреть, как мы транжирим так дорого оплаченное нами время.



Партнеры