38:0 в пользу Фетисова

Легендарный хоккеист откровенно рассказал «МК» о причинах ухода с постов президента ЦСКА и председателя совета директоров КХЛ

26 января 2012 в 20:21, просмотров: 10030

Больше 20 лет назад он – любимый миллионами болельщиков хоккеист, победитель всего и вся на свете – не побоялся пойти на открытое противостояние с системой. И – уехал за океан, получив в итоге не жалкие совинтерспортовские копейки, а полноценный энхаэловский контракт. Уехал при этом честно – без побегов под покровом ночи. Так, говорит, воспитан, что никогда не стал бы предавать страну, которая его вырастила...

38:0 в пользу Фетисова
фото: Александр Астафьев

Страна такого не забывает. Мы сейчас даже не про многочисленные его ордена и не про звание заслуженного работника физической культуры. А про то, что, наверное, не случайно Фетисов был переизбран в сенаторы от Приморского края единогласно. Если по-спортивному — победил со счетом 38:0. И за него проголосовали (а голосование было тайным) представители всех имеющихся в тамошнем Заксобрании партий: в том числе и коммунисты, и элдэпэровцы, и «Справедливая Россия»!

...В минувший уик-энд Фетисов снова стал самым обсуждаемым человеком в нашем спорте. Четкие шаги — по-прежнему его стиль: подал в отставку с постов президента хоккейного клуба ЦСКА и председателя совета директоров Континентальной хоккейной лиги (КХЛ) и тут же объяснил свое решение весьма ясно.

Впрочем, на то мы и акулы пера, чтобы вопросы у нас все равно оставались. И потому пригласили мы Фетисова в редакцию «МК» на чашку чая — старый друг нашего издания отказать, конечно, не смог...

«$180.000.000 за 2 минуты»

— Вячеслав Александрович, начнем с главного, как нам представляется. Многие простые болельщики недоумевают: в хоккейном ЦСКА наконец появились деньги, а вы покидаете пост президента клуба. Почему так?

— Ох, недоумевают — это еще ладно. Знали бы вы, сколько в мою сторону летит различных упреков и обвинений... Что ж, готов отвечать за каждое свое решение. Вот вы сказали про деньги. Теперь смотрите, какая ситуация. Когда говорят о бюджете армейского клуба на следующий сезон, фигурирует сумма в 70 млн. долларов. Но — обычно-то 80 процентов бюджета у нас идет на зарплату. А потолок зарплат в КХЛ составляет 30 млн. долларов. И надо очень постараться, чтобы эти 70 млн. потратить! Видимо, люди хотят освоить два бюджета сразу. А я в эти планы не вписываюсь. Понятно?

Три года назад Владимир Стржалковский с Владимиром Потаниным попросили меня помочь ЦСКА. Я понимал, как обстоят дела в российском спорте. И знал, что столкнусь с большими трудностями. Но я вырос в ЦСКА, для меня это родной клуб. Отказать я не мог.

Положение было бедственным. Задержки зарплат достигали трех месяцев. Мы с Виктором Васильевичем Тихоновым, которого мне удалось сохранить в клубе на должности почетного президента (с личным кабинетом, зарплатой и машиной с водителем), бегали по разным кабинетам в поисках денег. В начале же нынешнего сезона «Норникель» продал клуб «Интер РАО». Я пошел к руководству «Интер РАО», где мне сказали: «Мы вас, конечно, знаем, но болеем за питерские „Зенит“ и СКА. Вы можете рассчитывать на 30 процентов оговоренного бюджета».

Сразу объясню, что мне не предлагали 30% за то, что оставлю должность президента ЦСКА, как уже успели написать некоторые газеты. Мне сказали про эти 30%, а остальные 70 предложили искать самому.

Планируемый бюджет был 650 млн. рублей. А те 30 процентов лишь покрыли бы долги клуба. Денег у нас не было даже на предсезонные сборы. Что-то дал я сам, Немчинов занимал деньги...

— У вас?

— Нет. (Смеется.) Положение дел было плачевным, но нужно же строить команду! Нашим активом был молодежный состав, ставший в минувшем сезоне лучшим в МХЛ (Молодежной хоккейной лиге). Поэтому на пост главного тренера и был приглашен Юлиус Шуплер — он может давать результат без внушительных финансовых вливаний, умеет работать с молодежью. А у нас в каждой возрастной группе есть талантливые игроки, выступающие за сборные страны. Мы просили ребят потерпеть, но ситуация к лучшему не менялась. Тогда мы с Тихоновым пошли к Владимиру Путину и рассказали, что самый крутой бренд отечественного спорта — банкрот. Мы благодарны, что премьер нас услышал и отреагировал. Пошел процесс. Таким образом, у нас появился спонсор. «Роснефть».

— Но ведь были и другие предложения...

— Был вариант с «Транснефтью», компания хотела ассоциироваться с брендом ЦСКА. Но в итоге спонсором стала «Роснефть». Нам по большому счету было все равно, кто из них будет. Главное, чтобы была госкомпания с понятной структурой управления... Так мы вышли на подписание договора, в котором принимали участие Путин, Игорь Сечин, я, Тихонов... Присутствовал и глава «Роснефти» Эдуард Худайнатов, с которым мы тогда и познакомились.

Перед подписанием соглашения о совместных действиях многое с ним обговорили. Он интересовался, сколько может стоить арена, как ее назвать. Говорю, назвать ее надо «Роснефть». Он обрадовался: «А что, так можно?». Потом спросил о стоимости. Я ответил, что если исходить из вместимости в 12–13 тысяч зрителей, то с хозяйским подходом можно уложиться примерно в 120 миллионов долларов.

А в соседней комнате Путин разговаривал с Быковым и Билялетдиновым. Потом премьер подошел к нам. Худайнатов сказал ему, что арена будет носить имя «Роснефть». Путин одобрил и спросил о стоимости. Худайнатов без промедления выдал сумму — 300 миллионов! За 2 минуты цена арены выросла более чем в 2,5 раза!

Я сразу оговорился, что не собираюсь касаться строительства, но при необходимости могу помочь. Предложил устроить поездку в Америку, чтобы показать лучшие арены НХЛ. Однако новая наша встреча так и не состоялась.

«Мутко говорил, что я выгоню детей на улицу»

— А в это время начинал разгораться скандал вокруг ледового дворца на Ленинградке.

— Удивительно, но в ЦСКА сразу объявился Виталий Мутко, который ни разу раньше к нам в клуб не заезжал. Собрал совещание детских спортивных школ, на котором сказал: Фетисов сейчас всех вас приватизирует, развалит, а дети останутся на улице. И уехал.

На это отреагировали ветераны, заявившие, что Фетисову не стоит ничего разваливать и приватизировать. Но я-то к этим процессам отношения не имел никакого. Потом Путин приехал и всем все объяснил. Но вышло как в том анекдоте: ложки нашлись, но осадок остался... Думаю, история с дворцом закончится еще не скоро.

— Как подписание соглашения с «Роснефтью» отразилось на команде?

— Команда валилась, а я не мог добиться встречи с Худайнатовым. Он такой занятой парень... Зато назначенный «Роснефтью» новый директор сразу сел в мой президентский кабинет. Потом мне заявили, что такой должности, как президент, в ЦСКА не существует вовсе. Информацию обо мне убрали с официального сайта клуба. Так я стал самозванцем.

Мне непрозрачно намекали, что сам я никто и звать меня никак. Я бы понял, скажи мне перед подписанием, во время разговора с Путиным, что я не нужен клубу, что не видят перспектив совместной работы. Но такого разговора не было!

И что получается? К Худайнатову не попасть, звонил Сечину с просьбой организовать встречу — результат ноль. Просил помочь Александра Медведева, но он ответил, что уже говорил с Худайнатовым. И тот сказал, что встречаться с Фетисовым ему запретил Сечин.

— Но Тихонов в это время встречался с Сечиным...

— Постоянно. Говорю: «Виктор Васильевич, ты что, один к Сечину ходишь?» А он: «Меня приглашают». Прошу: «Ты скажи, что у клуба есть президент, что это, если верить твоим словам, уважаемый человек, лицо ЦСКА». В ответ молчит.

Находиться в такой ситуации долго я не мог. Уехал в отпуск, дал интервью, в котором сказал, что надо встречаться, строить команду, назначить людей, отвечающих за спортивную составляющую. Еще раз подчеркнул, что никакого отношения к бюджету иметь не хочу. У меня никогда права подписи не было. За все время работы в ЦСКА я не подписал ни одного финансового документа! Этим занимались другие люди...

— И тут в центре событий оказался ваш друг, генменеджер ЦСКА Немчинов.

Уже появились якобы мои слова, что он жалкая и ничтожная личность. Но я говорил иначе. Говорил, что он слабый тренер. И это не моя оценка — это подтверждают результаты команды под его руководством, хотя я делал все, чтобы его сохранить на тренерском посту. Говорил, что он слабый менеджер... Хотя и на его человеческие качества я получил возможность взглянуть с другой стороны.

— И были неприятно удивлены...

— Конечно. Он предал друга. Я доверил ему все, в том числе и право подписи.

Я же ему в свое время в «Нью-Джерси» помог, где он стал обладателем Кубка Стэнли. И в ЦСКА поддерживал на всех этапах. Семьями мы дружили, крестили детей друг друга. Моя дочь сейчас в шоке, не может поверить!

— А какие цели преследовал Сечин, запрещая Худайнатову встречаться с вами?

— Не знаю. Это стоит у самого Игоря Ивановича спросить. Никаких конфликтов у нас никогда не было. В свое время мы вместе гоняли на машинах в Тушине. Он, к слову, очень прилично водит! Так что не понимаю, откуда такие рекомендации. Может, существует какой-то мутный департамент, мутное министерство, ведущее свою политику? Так вы или предъявите мне обвинения, или извинитесь!

«Немчинов скидываться на перстни отказался, но себе, по-моему, взял»

— Ну а теперь давайте про КХЛ...

— Александр Медведев постоянно звонит, говорит, что я его бросил. Да, мы много сделали вместе: лига состоялась, запущен молодежный проект, но самое главное, подписан многолетний регламент. Так что по сути должность председателя совета директоров КХЛ стала номинальной. Результатом всего этого стал хоккейный бум в стране. И нужно сказать Александру Ивановичу спасибо, но должность председателя совета директоров КХЛ — номинальная. А главное, я не хочу, чтобы потом кто-то мог сказать, что я, занимая высокий пост в КХЛ, пытаюсь отомстить ЦСКА. Такие разговоры непременно возникли бы при первом удобном случае...

— А случай будет!

— Я, думаю, поступил по-мужски.

Я приходил в ЦСКА недавно. Вручил игрокам «Красной армии» чемпионские перстни и понял, что находиться там мне противно. В месте, где всех знаю и где меня все знают, больше не чувствую себя как дома. Люди какие-то бегают... А несчастный Шуплер оказался меж двух огней. Юлиуса, к слову, выгнали из его кабинета. Сказали ему: «Переодевайся в общей раздевалке».

Новые боссы просто не понимают, что тренер — главная фигура в команде. Как можно ставить на один уровень управляющего парой кухарок, дворников и водителей директора, получившего пост за родство с какой-то шишкой из «Роснефти», — и главного тренера? Нельзя так с людьми поступать!

— Понимающие в хоккее люди в ЦСКА остались?

— Ну главный из них, думаю, Немчинов (с улыбкой)... Несчастный клуб за последние 20 лет перенес слишком много. Армейский хоккей — это честь, достоинство, патриотизм. Это клуб, созданный великим Тарасовым. Это уважение традиций. Именно благодаря этим ценностям мы и выигрывали чемпионат страны столько раз подряд... А потом началась борьба за дворец, в котором чуть ли не стриптиз-клуб устроили, распилы, войны собственников... И эти процессы продолжаются по сей день. Люди мертвой хваткой вцепились в ЦСКА, стараясь урвать свой кусок. И они не разожмут зубы.

Участвовать в этом у меня нет ни малейшего желания. Я пришел с чистыми помыслами, зная, как все должно быть устроено. Но оказался бессилен. Я не имел возможности изменить ситуацию.

— Правда, что чемпионские перстни для молодежной команды армейцев — «Красной армии» — вы сделали за свой счет?

— Руководство сказало, что денег нет и не будет. Пришлось оплатить самому. Я же обещал это ребятам и их родителям сразу после победы в раздевалке. И слово сдержал. Надеюсь, это в какой-то степени поможет парням в их карьерах... Предложил сначала разделить расходы пополам Немчинову, но он отказался. А ведь получает в ЦСКА, я знаю, большую зарплату. При этом один подарочный перстень, насколько я знаю, он себе взял. Как и некоторые из менеджеров...

«Некоторые боятся говорить со мной даже по телефону»

— В этот непростой период вас кто-то удивил своим поведением?

— Знаете, в свое время я заявлял, что не хочу играть под началом Тихонова. Это было зарождением демократии в стране. Это не было конфликтом великого тренера и неблагодарного игрока, а борьба человека с системой. И из той ситуации я вышел достойно. Потому как уважал и себя, и страну, капитаном хоккейной команды которой был долгие годы и, не задумываясь, ложился под шайбу.

Так что сегодня меня вряд ли что-то может удивить. Тогда мне пришлось гораздо сложнее. Хотя вот звоню одному другу, замечательному в прошлом хоккеисту, а он говорит: «Слава, извини, но мне начальство сказало с тобой не общаться...» Я просто положил трубку. Зачем человека подставлять? Вдруг запеленгуют...

Еще ситуация. В конце декабря традиционно собирали друзей. Пришло человек 50, а Немчинов с семьей — нет. Хотя еще летом я понял, что он больше не на моей стороне. Просил его убрать из клуба даму, вращающуюся в ЦСКА уже очень давно и действующую явно не в интересах клуба. Немчинов отказал. Спрашиваю: «Хочешь разменять нашу дружбу?». Говорит: «Понимай как хочешь».

— Что дальше?

— Не знаю. Моя позиция ясна: мне противно находиться в этой ситуации. Когда я возвращался в Россию, жена говорила мне, что я сумасшедший. Спрашивала: зачем? Но я был готов мочить врагов в сортире и сражаться с ветряными мельницами. Я воевал с теми, кто разваливал спорт. Все проекты, которые я начинал, заработали. Я выполнил все поручения президента. И что мы имеем? Жена нервничает, ребенок переживает... Отец, который не пропускал ни одного матча ЦСКА, теперь не знает, что делать. Больше не ходит на хоккей. И я не хожу, кстати, и мои близкие друзья не ходят...

«Нужен нормальный закон, а не закон-импотент!»

— Понимаю, что грязных на руку дельцов хватает не только в спорте. Гаденыши, используя какие-то технологии, просто расшатывают страну, взрывают ее изнутри. И меня это не может не волновать. Как патриота, как человека, имеющего определенный авторитет в нашей стране.

— Вы много говорите о необходимости принятия закона о спортивной подготовке. Дело сдвинулось с мертвой точки?

— Сколько я ни бился, не могу его протолкнуть ни через Госдуму, ни в Совфеде. Но он необходим. Он разделит понятия массового спорта и спорта высших достижений. Этот закон задает стандарты подготовки. Необходимы в первую очередь спортивные сооружения, отвечающие всем требованиям. Например, если это спортивная школа по гребле, то должны быть гребной канал, современные лодки! Нужен квалифицированный персонал с фиксированной оплатой труда, научно-медицинское сопровождение и научно-методическая база, система соревнований, обеспечивающая спортивный принцип отбора... А главное, закон определит систему компенсации за труд. Воспитал, скажем, хоккейную звезду — при продаже школа получает приличную сумму, а половина идет тренеру. Это сумасшедший капитал для любого наставника. Это квартира, машина, достойное образование детям!

В этом случае мы решим проблемы блатных детей, а тренеру будет выгодно соблюдать спортивный принцип.

Мы дискутировали с Мутко по закону. Говорю: «Почему не поддерживаешь?» Отвечает: «Он не своевременный, слишком хорош. Но с поправками мы его будем продвигать. 70 процентов останутся без изменений». А эти 30 процентов изменений и затрагивают новый тип учреждений — те положения, где вводятся новые стандарты. В том числе оплата. Говорю: «Знаешь, Виталий Леонтьевич, чем отличается импотент от нормального мужика? Как раз этими 30 процентами. Вроде все хорошо, а главное не работает!»

Стандарты необходимы. Не могут детские спортивные школы находиться в подвалах! Нельзя наливать воду в бассейн, только если ребята себя хорошо вели. Необходимо реализовать федеральную целевую программу, принятую как закон в 2006 году, в задачи которой в том числе входит и возведение более 4000 объектов. Необходимо провести мониторинг расходов. А то за последние годы бюджеты на строительство выросли в разы, а количество возводимых объектов сократилось с 200 до 30 в год. Куда идут деньги, не знаете?

— Можно ожидать вашего возвращения в хоккей?

— А я из него никуда и не уходил. По-прежнему играю с друзьями, получая удовольствие от игры, к которой приобщается все больше и больше людей в нашей стране. И наш премьер просто на глазах прибавляет, в чем все могли убедиться совсем недавно на «Ходынке». Мужик сказал — мужик сделал« — это принцип настоящего хоккея. Мне не стыдно за свою работу в ЦСКА и КХЛ. Недоговоренности остались только с новыми боссами армейского клуба.

Кстати, расставили все точки над «i» и с Вячеславом Быковым. Договорились о встрече, состоявшейся по его инициативе. Беседовали часа два с глазу на глаз. Я рассказал, как происходило его назначение в ЦСКА, в сборную. Он все понял. А о его уходе в Уфу и ошибках в сборной я ему говорил и раньше. И от своих слов не отказываюсь... В общем, мы поняли друг друга. По крайней мере, Слава прислал потом эсэмэску: «Спасибо за откровенный разговор».

До скорых встреч.




Партнеры