Крикуны

Еще немного — и они станут одной группой, потому как очень уж друг другу подходят. И Удо, и “арийцы” люди немолодые, немодные, но очень уверенные в себе. Именно уверенность в своих взглядах на музыку позволяет им регулярно записывать альбомы, в которых старые клише уже отшлифованы почти до идеала, и никакая мода не остановит этих железных парней. Для фэнов такие группы — просто находка. Можно смело идти на концерт и вслепую покупать новый альбом. Разочарований не будет, потому как поклонники уже лет на десять вперед знают, что им ждать от “Арии” и Удо. Как правило, это хэви образца 1985 года. Совместный “Удо-“арийский” тур тоже не вызывал никаких сомнений. Всякий купивший билет точно знал, что не увидит своих кумиров в окружении симфонического оркестра и этнических барабанщиков. Народ шел на хэви-метал и получил его по полной программе.Как это выгляделоПочти аншлаг, милиция в полной боеготовности, народ самых разных возрастов, отчаянно сотрясающий “козами”. Сцена небольшая, но все три фонаря, выполняющие роль концертного света, мигали очень даже живенько. Гвоздь программы: Удо, завернутый в российский флаг, бегает по сцене, в то время как гитарист играет “Подмосковные вечера”. Пожилые металлюги делали героические лица и громко пели.ПлюсыВсе-таки на “метальном” фронте наша музыка продвинулась довольно далеко. “Арийцы” были ничуть не хуже пожилого немецкого крикуна, и роль хедлайнеров они вполне заслужили. Что касается гера Диркшнайдера, то этот кадр вообще не может быть лучше или хуже. Он, как Ленин в Мавзолее, бессмертен и близок к совершенству.МинусыВряд ли можно испортить таких монстров рока отсутствием спецэффектов, но хоть немного хэви-страха на сцене было бы очень кстати. Строить замки и гильотины занятие, конечно, излишне дорогостоящее, но хотя бы один экранчик для показа лиц народных любимцев... А если бы еще и звучок поделикатнее... Громко — далеко не всегда значит хорошо.Фраза вечеринки“Блин, уже четвертая песня, а я ни одного слова не могу разобрать!” — хныкал очень расстроенный носитель английского языка, лишенный возможности подпевать.