МК АвтоВзгляд Охотники.ру WomanHit.ru

Политологи объяснили слова Путина об обиде Макрона на Россию из-за Африки

Почему президент Франции усилил антироссийскую риторику

В вышедшем в среду, 13 марта, интервью Владимира Путина Дмитрию Киселёву российский лидер ответил на вопрос о причине антироссийской риторики президента Франции Эммануэля Макрона. Путин связал это с неудачами Парижа на Африканском континенте, а высказывания Макрона – это демонстрация обиды на Москву в этом вопросе. При этом российский президент недоумевает, на что можно обижаться, ведь «РФ не стремилась выдавить Париж с континента», а изъявили желание сотрудничать с Москвой сами африканские лидеры. «МК» попросил экспертов прокомментировать это заявление и оценить, действительно ли Макрон антироссийской риторикой прикрывает собственные внутре- и внешнеполитические провалы.

Фото: kremlin.ru

То, что президент Франции нарастил антироссийскую риторику – очевидно. Как очевидно и то, что даже для него это стало чем-то нетипичным. Ранее он публично настаивал на необходимости продолжать диалог с Москвой. Зарубежные аналитики по-разному трактовали причину такого разворота: это и попытка доказать (особенно канцлеру ФРГ Олафу Шольцу), что именно Париж – один из главных спонсоров Украины, попытка повысить свой вес на международной арене и перетянуть на свою сторону внутреннего «зрителя».

Причин потери рейтинга Макрона накопилось предостаточно: от протестов внутри страны до постепенного ухода Парижа с Африканского континента в последние годы. И как раз в этом Владимир Путин увидел причину нарастания подобной враждебной риторики со стороны Макрона. Ведь Африка повернула свой взор в сторону России, а Москва в свою очередь протянула дружескую руку Африке.

«Да, я думаю, что обида какая-то есть. Но когда мы с ним поддерживали контакты прямые, достаточно откровенно говорили на эту тему. Мы не лезли в Африку и не выдавливали оттуда Францию. Просто африканские лидеры некоторых стран договаривались с российскими экономическими операторами, хотели с ними работать, не хотели в чем-то работать с французами. Это была даже не наша инициатива, это была инициатива со стороны наших африканских друзей. Но за что на нас в этой связи обижаться, непонятно», – отметил Путин.

– Проблема между Африкой и Францией была связана с тем, что Франция обеспечивала безопасность этих стран и боролась с вооруженным радикализмом. С точки зрения многих африканских военных, она боролась недостаточно успешно, – напоминает политолог Алексей Макаркин. – Были перевороты в Мали, Буркина-Фасо, Нигере. Главной претензией к Франции было то, что она недостаточно эффективно боролась с мятежниками, и поэтому надо искать альтернативу. То есть то государство, которое поможет бороться более эффективно. Это было недовольство абсолютно разных военных (в Нигере – генералы, в Буркина-Фасо и Мали – офицеры), которые настроены весьма антифранцузски.

Вторая претензия – Франция поддерживала в этих странах политиков, которые приходили к власти на выборах, но этих политиков обвиняли в неэффективности, коррумпированности, неспособности решить стоящие перед страной проблемы. Соответственно, военные решили, что могут управлять успешнее. А Франция, которая настаивает на том, чтобы выполнялись все демократические процедуры, с точки зрения этих военных, на практике способствует консервации неэффективных и коррумпированных режимов.

Все это, отмечает эксперт, и подняло восстание против Пятой республики. Единственное исключение – это ЦАР: «Там к России за поддержкой обратился избранный на выборах гражданский президент Фостен-Арканж Туадера. Кстати, получивший образование во Франции. Так что у ЦАР не было недовольства со стороны военных гражданскими политиками. Но вторая причина была – она сводилась к тому, что Туадера, возглавив страну, где часто происходят военные перевороты, посчитал, что Франция недостаточно эффективно борется с повстанцами, и он обратился к России».

Что касается ЦАР, подмечает Алексей Макаркин, то Туадера, в отличие от, например, Буркина-Фасо, не хочет полностью рвать отношения с Францией. Он маневрирует. Тем более, что он избранный на выборах президент и к нему нельзя предъявить претензии, что он совершил переворот. Там сохраняются отношения с Парижем, хотя уже на другом уровне и ситуация носит более сложный характер.

– Во всех этих странах было очевидное разочарование Францией, – продолжает политолог. – Соответственно, эти государства качнулись к России, потому что, а куда им идти? Америка с Францией сталкиваться не будет. Россия готова предоставить им разные виды поддержки в разных сферах. РФ демонстрирует, что она возвращается в Африку. И идет туда с конкретными предложениями к этим странам в политической, экономической и военно-технической областях.

– Ну действительно, Макрону есть на что обидеться на данном этапе.

– На данном этапе – да. Тем более, что ключевая страна – это Нигер. А Нигер – это уран. Если уж мы говорим про экономическую составляющую, то в этом смысле Нигер для Франции наиболее значим, и Парижу пришлось искать урановые альтернативы.

Кандидат политических наук, старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Арина Преображенская же считает, что Африка для Франции – это один из пунктов в списке необоснованных претензий Макрона к России:

– Конечно, здесь есть как внешние причины в позиции Макрона, так и внутренние. Там не только Африка играет роль, но и избирательная кампания в Европарламент. Партия Макрона демонстрирует все больший разрыв с «Национальным объединением». Здесь логика простая: кто не с нами, тот «пропутинец» или даже «путинский шпион». Это простая конструкция, которая уже помогла Макрону в 2022 году избраться президентом. А если это действует, то почему бы и не повторить?

Арина Преображенская уточняет, что такой разрыв между Макроном и правым «Национальным объединением» Марин Ле Пен возникла потому, что не блестящая ситуация в экономике, социальной сфере, в образовании, откатились в медицине, также мало платят полицейским. Провальна и сельскохозяйственная политика: «Получается, гораздо приятнее обсуждать Путина, чем рассматривать реальные проблемы. Может, Макрон действительно искренен, потому что терпит поражение неолиберальная Европа. Он себя все чаще воспринимает как европеец, чем француз. Все чаяния его восточноевропейских партнеров он воспринимает как свои. Поэтому не исключено, что он искренне считает, что во всем виновата Россия».

Политолог также обращает внимание на заявления экс-президента США Дональда Трампа, который убеждает мир: в случае своей победы на президентских выборах, финансировать Украину он не намерен. В этом контексте, подчеркивает эксперт, Макрон в своей нарциссической натуре рванулся возглавить в Европе эту коалицию.

– В парламенте Франции состоялось обсуждение двустороннего договора с Украиной. Макрона упрекали в том, что он действует сам и никак не советуется ни с народом, ни с законодательной властью, – отмечает Арина Преображенская. – Голосование имело чисто символический характер, тем не менее все выступили и озвучили свои позиции. И, конечно, Путину они припомнили все (в том числе и то, что было давно опровергнуто). В подъеме цен во Франции тоже он оказался виноват. Африка тоже там звучала, но через запятую. Неудобно же признавать, что это их политика привела к тому, что они туда вошли и довольно часто поддерживали коррупционные режимы, не пользующиеся популярностью у народа. Французские транснациональные корпорации тоже вели себя там довольно хищнически. Не будут же французские политики это признавать.

– Фактически, в комплексе антироссийских претензий Африка – это одна из частей?

– Да. Ему обидно, видимо, что его посредническая деятельность не получилась тогда. Да и ему вообще свойственно давать разноречивые импульсы. Удивляться этому не надо. Ему кажется, что коммуникации достаточно. Она у него стала самоцелью. У Макрона есть комплекс отличника, с детства любил понравиться. Он интуитивно в разговоре с кем-то ищет, что человеку может понравиться и начинает говорить именно это.

Получайте вечернюю рассылку лучшего в «МК» - подпишитесь на наш Telegram

Самое интересное

Фотогалерея

Что еще почитать

Видео

В регионах