Моя героиня - Мария Волкова. Она не просто жена бойца. Она женщина, прошедшая через шок и отчаяние, но, несмотря ни на что, нашедшая в себе силы не выживать, а жить ради любимого мужа, ради детей, ради будущей встречи. Ее история – это карта женской стойкости.
- Мы познакомились на сайте знакомств. Честно, я до сих пор очень рада, что мы тогда нашли друг друга, - начинает Мария, и в ее глазах на мгновение появляется теплый свет воспоминаний. – Все сложилось так правильно. Общались, потом, когда я была заграницей, он сделал мне предложение. Я прилетела, расписались. Потом обвенчались.
Она с нежностью говорит о дочерях, о том, как мечтали с мужем о своем уголке.
- Хотели не просто квартиру, а именно свой дом. С землей, с запахом дерева, со своим пространством. И мы его купили! - ее голос звенит гордостью. - Это было наше общее детище.
Каждая поклеенная обоина, каждый выбранный вместе светильник стали атрибутами их прочного, нерушимого мира. Супруг баню строил. Тогда еще Маша не знала, что впереди будет крутой поворот. С самого начала СВО, смотря новости, муж иногда бросал как будто невзначай: «Мне надо быть там».
У Марии от этих слов все сжималось внутри в холодный комок. «Только не это, - думала она. - Только не с нами. Не сейчас, когда у нас все так хорошо». Женщина делала вид, что не слышит. Убеждала себя, что это просто сиюминутные мысли, мужская горячность, которая пройдет. Отгораживалась от устрашающей реальности. Весной 2025 года страхи начали материализоваться, муж стал говорить об уходе на фронт не как о мысли, а как о решении. Так началась «тихая мобилизация» ее собственной жизни.
- Муж начал методично, по полочкам, вкладывать в меня умения, которые мне должны были заменить его. «Поезжай сделай сама ТО (технической обслуживание) машины. Запомни, где антифриз. Вот контакты электрика, сантехника». Я злилась. Искренне, по-женски возмущалась: «Да как же так? Ты же здесь! Ты все это умеешь! Зачем мне? - голос Марии дрожит, она снова переживает те моменты непонимания. - А он, спокойно и твердо: «Ты должна это знать». Теперь-то я понимаю: каждый его совет, каждый записанный номер телефона был его молчаливым напутствием: «Научись жить без меня». А я не хотела учиться. Не хотела даже думать об этом.
И вот настал день, когда Сергей произнес вслух свое решение об уходе. Для Марии это был взрыв, после которого наступила абсолютная, оглушающая тишина внутри. Шок. Отрицание. «Не может быть». Начались бесконечные разговоры, уговоры, слезы. Женщина цеплялась за любую мелочь, которая, как ей казалось, могла остановить супруга. Ругалась. Плакала. Говорила о детях, об их недостроенном счастье. Все тщетно. Супруг был непреклонен. В какой-то момент, устав от собственной беспомощности, Маша вдруг увидела в поступке мужа не упрямство, а тяжелую, мужскую ответственность.
- Я поняла, что теперь моя задача не удержать, а поддержать мужа. И не сломаться при этом самой. За две недели до отъезда мне приснился сон. Чей-то голос звучал в голове: «Скажи ему 9, 15». И еще какая-то карта-маршрут. Я вскочила, зарисовала увиденное на бумаге. Сергей тогда еще посмеялся. А потом все сошлось: 9-е число – день когда он уехал, 15:00 - время отправки автобуса. И маршрут точь-в-точь как во сне.
Проводы. Раннее утро, электричка, которая заберет родного человека в другую, чуждую и совершенно не понятную для нее, жизнь.
- Мы попрощались... Мне надо было с младшей ехать обратно. Это было как в тумане. Приехали к старшей дочери, я позвонила его маме, своей, сказала, что мы проводили Сережу. Мне казалось, земля уходит из-под ног.
Первые дни прошли в каком-то оцепенении. Мария признается, что функционировала, как робот: накормить детей, отвезти, прибрать. В собственном горе она упустила переживания младшей дочери. Вечером второго дня Лиза заперлась в своей комнате. Взволнованная мать вошла и увидела, что бедная девочка плачет. Это были не слезы, а самая настоящая истерика. Ребенок не понимал, почему папа, ее опора, уехал. В тот момент Маша осознала страшную и простую вещь: ее слабость – катастрофа для дочерей.
- Я сказала себе, что не имею права сломаться. Я должна быть сильной. Для него. Для них. Для себя. Спасением стал не покой, а деятельность. Бешеный, осмысленный темп. Мы с дочками стали командой. Мы не просто ждем, мы живем. Активно. Я нашла вторую работу в Ассоциации ветеранов СВО, помогающей нашим ребятам, вернувшимся с фронта. Мне нужно было чувствовать, что я чем-то полезна, что я тоже вношу свою лепту. Это давало силы.
Они затеяли ремонт у старшей дочери. Все своим руками. Шпаклевка, обои, плинтуса. Расписание стало их броней.
- Утро - школа, работа. Вечер - кружки, ремонт, собаки. У нас их две, они тоже стали частью команды. Заставила себя находить время и на хобби: вяжу, рисую картины по номерам. Это как медитация. Руки заняты, голова немного отдыхает от тяжелых мыслей. Нужно было заполнить каждую минуту, чтобы не оставалось щелей для паники. Самая большая награда и самая острая боль - это редкая, драгоценная связь. Когда приходит СМС или звонок. Я рассказываю мужу о наших достижениях или просто как прошел день, а он всегда отвечает: «Я вами так горжусь».
- Что в тебе изменилось за это время?
- Я стала однозначно сильнее. И еще = сострадательнее. Раньше я не хотела испытывать эти эмоции, избегала их. Но у жизни свои планы.Ты проходишь этот этап и становишься мудрее. У тебя появляются новые цели. Ты стараешься не сдавать позиции и находить даже в самых патовых ситуациях позитив. Без этого очень сложно.
- Что ты хотела бы пожелать женщинам, ожидающих своих родных мужчин с фронта?
- Самое главное - не потерять себя. Не дать сломать себя. Нужно верить. Верить, что все скоро закончится. Я верю, что мой супруг приедет домой. Мы его очень ждем и очень любим. А еще я верю, раз Бог разрешил нам венчаться, то Он сделает так, чтобы наш папа вернулся живым и невредимым.