На сцену Большого спикирует “Золотой петушок”

Оперная премьера может стать в прямом смысле золотой

16.06.2011 в 17:18, просмотров: 3017

На днях на сцене Большого театра громкая премьера — “Золотой петушок” Римского-Корсакова в версии режиссера Кирилла Серебренникова и дирижера Василия Синайского. Для обоих это дебют в Большом. И, похоже, дебют острый. Спектакль, еще ни разу не сыгранный, уже оброс мифами и байками — о немереном бюджете проекта: беспрецедентной стоимости костюмов, декораций и реквизита, небывалых дорогостоящих спецэффектах.

На сцену Большого спикирует “Золотой петушок”

Гендиректор Большого г-н Иксанов пока не озвучивает смету, но предчувствует состояние ужаса, который вызовет окончательный подсчет инвестиций в “Петушка”. Ради участия в спектакле в роли Царя Додона бас Владимир Маторин расстался с бородой, которая была частью его имиджа около 30 лет. А в сцене шествия на подмостки театра выкатится ракета класса “земля — земля”. Говорят, что это спонсорский взнос от одного конверсионного предприятия. А еще — нужно обязательно следить за русскоязычным синхроном на табло: там будут сюрпризы.

— Я не понимаю, что такое “классика”, — признается Серебренников. — Моя задача не в “соответствии классике”, а в том, чтобы добиться того эффекта, которого хотели авторы. Римский-Корсаков и Бельский не писали детского утренника, они создали оперу для взрослых, в которой много политики, сатиры, в которой есть почти фрейдистская любовная драма, заканчивающаяся местным апокалипсисом.

Столь “немузейная” позиция режиссера по отношению к опере уже подтверждалась делом — весьма радикальной трактовкой “Фальстафа” в Мариинском театре. В “Золотом петушке” сам бог велел обратиться к современным политическим ассоциациям и аллюзиям. Тем не менее режиссер посвящает работу классику оперной режиссуры Борису Александровичу Покровскому. А главной темой оперы считает не политику, а любовь.

Василий Синайский, художник более традиционной направленности, легко нашел общий язык с режиссером. Как признался дирижер, он шел за режиссерским решением в трактовке партитуры, которая обрела остроту, контрастность, красочность в духе Стравинского. Синайский услышал в музыке Римского-Корсакова краски, ведущие в экспрессионизм, в музыку ХХ века.

Спектакль сложен по постановочным задачам, а потому должен быть высокотехнологичным. И это опасно: как известно, отечественный театр (и не только театр) и hi-tech вещи более несовместные, чем гений и злодейство. Кирилла Серебренникова это не только не пугает, а, наоборот — заводит:

— Это же интересно — делать спектакль про себя. Мы все бьемся, чтобы все работало. А оно не работает. Но мы должны убить в себе Додона.

Убить Додона? А почему бы и нет?”Золотой петушок” — одно из самых острых сатирических сочинений в русской музыке. Больше сотни лет назад его даже запрещали цензурой. Теперь иные времена — те, кто должен запрещать, садятся на VIP-места и смеются громче всех. Возможно, так и случится на премьере.