Худрук Королевского балета Ковент-Гарден: «Я счастлив, что этот дебют был именно в Москве»

Сюрприз для солистки

Спектаклем английского классика Кеннета МакМиллана «Манон» Королевский балет завершил свои гастрольные выступления на Исторической сцене Большого театра. Гастроли можно признать исключительно удачными. Итоги гастролей обозреватель «МК» подводит вместе с художественным руководителем Королевского балета Ковент-Гарден Кевином О’Хейром.

Сюрприз для солистки
Фото: Tristam Kenton

— Мне кажется, все очень хорошо прошло. Я очень на это надеюсь. Поскольку мы привезли два очень современных балета. Я только потом понял, что на исторической сцене Большого не так часто представляются такие современные балеты. И я был очень счастлив, что реакция оказалась такой хорошей. Все три балета первой программы мне хотелось представить вместе с «Манон». Потому что эти спектакли содержат для меня все самое главное, что есть в Королевском балете и в том, что я пытаюсь делать как его худрук: это уважение к прошлому, но при этом желание двигаться вперед в будущее.

— Когда в 60-е годы в Королевский балет пришел Рудольф Нуреев, его присутствие в труппе было скорее исключением из правил, потому что в театре в те времена могли работать только танцовщики, которые являются британскими поданными и окончили школу Королевского балета. Сейчас все кардинально поменялось. Не существует ли, с вашей точки зрения, в связи с этим опасность размывания английского стиля?

— По крайней мере 75 процентов труппы в какой-то момент учились в Королевской балетной школе, и примерно 50 процентов труппы в настоящее время — это все-таки англичане. Из-за того, каким является наш сегодняшний мир, мы сегодня, безусловно, интернациональны. И мне кажется, что это хорошо для труппы. И что еще очень важно, те люди, которые ставят сегодня в Королевском балете, это люди, которые пришли от традиций Аштона и МакМиллана, то есть они способны развивать эту традицию.

— Первый сезон в театре работает балерина, которая является воспитанницей московской школы, — экс-солистка Большого театра Наталья Осипова. Это была ваша идея — пригласить ее в труппу?

— Да. Я сначала позвал ее как приглашенную артистку. То есть она станцевала несколько спектаклей «Лебединое озеро». У нас не так много приглашенных артистов. Я увидел, как она танцует, у нас в труппе было свободное место, и тогда мы ее пригласили работать на постоянной основе. Надо сказать, я восхищаюсь тем, как она танцует и работает.

— Не испытывает ли она каких-либо проблем в плане освоения стиля вашей компании?

— Не думаю. Она только что как Титания в балете Аштона «Сон» вышла на сцену. С ней репетировали Энтони Доуэлл и Антуанет Сибли, то есть те, кто изначально занимается этим спектаклем. И ее выступление было абсолютно в стиле балета, но при этом очень особенное, только ей присущее. На сцене Большого театра прошло ее первое выступление в «Манон». Она, по-моему, танцевала этот спектакль в Ла Скала, но с Королевским балетом танцует этот спектакль впервые. И этот дебют был именно в Москве.

— Вы специально приготовили ей такой сюрприз?

— Я помню, что, когда мы говорили о возможном переходе, о сезоне, я сказал: «Как потрясающе было бы вернуться в Большой театр с твоей новой труппой и выступить в роли Манон!» И я очень счастлив, что это произошло.

— Наталья Осипова, как известно, востребована во всем мире. Сможет ли она выступать в других компаниях, куда ее приглашают? Потому что я слышал, что политика Королевского балета довольно жестка в этом отношении.

— Здесь нужно найти баланс. Если ее выступления в других театрах будут уравновешены с ее расписанием в нашей компании, то никаких проблем.

— Еще один «неудобный» вопрос. BBC передало сообщение, что два артиста отказались ехать в Россию на гастроли в знак протеста против российской политики «по отношению к геям и лесбиянкам».

— У каждого артиста в труппе есть право не ехать на гастроли. Это на самом деле прописано в контракте. Поэтому было много людей, которые по совершенно разным причинам решили не ехать. И когда кто-то говорит, что он не хочет ехать, — это его право.

— По нашим меркам или, например, по меркам французов, ваша труппа очень молода. Нинет де Валуа основала ее в 1932 году. Основание Парижской оперы, к примеру, относится к правлению короля Людовика XIV. Тем не менее ваша труппа входит в пятерку самых влиятельных балетных компаний мира и обладает своим стилем. В чем секрет этого феномена?

— Мне кажется, что на самом деле у Нинет де Валуа было свое видение, но тем не менее основные достижения нашей компании преимущественно держатся на хореографии. Мы очень счастливы, что у нас был Аштон. Что с самого начала существования этой труппы он создавал для нее балеты. Потом Кеннет МакМиллан управлял ей, вел ее вперед, и из своих постановок он создал целую главу в истории Королевского балета. Кто-то сочтет это нескромным, но мне кажется, что мы и сейчас находимся в авангарде. У нас есть три хореографа, которые создают для нас балеты, работают с труппой — причем, что интересно, все они англичане: Уэйн МакГрегор, Кристофер Уилдон, Лиам Скарлетт. И именно поэтому я чувствую, что сейчас как раз тот момент, когда нужно снова начать движение вперед. Именно так нам удалось дойти до нашего статуса в мире балета.

— Насколько существенно влияние русской балетной школы на английский балет?

— Я бы сказал, что для нас с русской школы все начиналось. То есть первые балеты, которые мы ставили с помощью Николая Сергеева, например. Наши версии классики идут оттуда. Да и обучение сейчас в нашей школе — это такая смесь, в которой, безусловно, присутствует вагановская школа.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №26561 от 2 июля 2014

Заголовок в газете: Сюрприз для солистки