Мужчины проливают слезы. «Солнечный удар» Михалкова показали в Москве

Как это все случилось?

7 октября в Москве прошла премьера фильма Никиты Михалкова «Солнечный удар». Это экранизация двух произведений Ивана Бунина - «Окаянные дни» и «Солнечный удар». За несколько часов до премьеры Михалков представил картину журналистам. В это время внизу шла репетиция хора, которому вечером предстояло встречать публику.

Как это все случилось?

Всем нам подарили куриного божка с надписью «Привет из Ялты». Такой есть и в кадре. А для нас это напоминание о крымском вояже Никиты Михалкова с «Солнечным ударом», который предшествовал московским показам.

Предваряя московскую премьеру, Никита Михалков вернулся к тому, как все когда-то начиналось: «Эта картина необычна уже тем, что я шел к ней 37 лет. Постепенно ее идея трансформировалась. Когда-то мне киновед Владимир Дмитриев сказал: «Если на двадцать процентов снимешь так, как написано у Бунина, ты — настоящий режиссер». Заявку я тогда подал, но работа откладывалась. А спустя годы «Солнечный удар» в чистом виде было уже не актуален. Мы писали сценарий с покойным Владимиром Моисеенко. В картине два Бунина, два разных человека. Столько в нем появилось нового, чего не было на Родине. Бунин в 20-е годы — желчный человек, не щадящий никого».

Михалков говорил о красном терроре в Крыму, как о чем-то немыслимом по жестокости. Вместе с Моисеенко он написал 50 страниц текста и понял, что это невозможно читать. Но возникшие образы – табуны лошадей, брошенных и бродящих по Крыму, просовывающих морды в ограды, матрос под кокаином, который рубит дуб — все это и теперь стоит перед его глазами. В общем, от первоначального замысла пришлось отказаться, он выглядел идеологичным. Моисеенко ушел из жизни. Заканчивали работу над сценарием с Александром Адабашьяном. А это уже совсем другая история.

Александр Адабашьян снялся и в небольшой роли фотографа. Компанию ему составил композитор Эдуард Артемьев. И даже продюсер Леонид Верещагин мелькнет на экране на старой фотографии. Это как привет Михалкова самому себе и своей группе. Картина переполнена такими ингредиентами. Они превратили ее в комедию. Портрет Михалкова появляется на шкатулке — эдакий красавец-мужчина. И актеры имитируют его интонации, выглядит это карикатурно. Особенно преуспел Авангард Леонтьев, сыгравший фокусника. Надо слышать, как он расспрашивает юного героя: «Вы никогда не бывали за границей?». Рассказывает ему обо всех тамошних прелестях, как если бы это делал Михалков. Вообще это история про господ, своего рода послание Никиты Михалкова Ксении Собчак, где наглядно объясняется, что стало с Россией. Мальчик по имени Егорий появится в шляпе, в какой мы увидели когда-то Никиту Михалкова в его картине «Свой среди чужих, чужой среди своих». У меня тоже есть такая. Она подарена на торжестве по случаю 30-летия этой картины, которая в творчестве Михалкова воспринимается теперь, как абсолютная классика...

Когда в школьные годы мы читали «Войну и мир», то кто-то пропускал главы о войне, а кто-то не любил читать про мирную жизнь. В «Солнечном ударе» все поделилось на две жизни. Ту, что относится к «Окаянным дням», и ту, что отсылает к прекрасному и навсегда потерянному прошлому из «Солнечного удара». Герои все время задаются вопросом: «Как это все случилось?». События происходят то на юге России в 1920 году, то на Волге летом 1907-го, которую частично снимали на Женевском озере, поскольку именно там еще сохранились колесные пароходы.

Молодой поручик, путешествуя на одном из них, повстречает прекрасную незнакомку. Его сыграл актер из Латвии Мартиньш Калита, работающий в Лиепайском театре. Он говорит голосом Евгения Миронова. «Солнечный удар» - его дебют в кино. Увлеченный незнакомкой, герой гоняется по судну за прозрачным голубым шарфиком, принадлежащим нежной девушке. Ее роль исполнила еще одна дебютантка в кино Виктория Соловьева.

У каждого из нас свои представления о Бунине. Корабль, где встречаются герои, сраженные солнечным ударом любви, населен странными персонажами. Среди них есть даже некто, отдаленно напоминающий Чехова, но на самом деле — Тригорин, литератор. А с ним, очевидно, Аркадина. Все это даже забавно и абсолютно в духе Михалкова поздней поры. Потом мы увидим главного героя совсем на другом судне, среди офицеров, участь которых печальна. Комиссар особого отряда ВЧК, вполне доброжелательный, не черствый человек, отправит на верную гибель того, кто в детстве его приветил. Глобальное у Михалкова замыкается на частном и вполне предсказуемо.

Мужчины в «Солнечном ударе» все время проливают слезы. Страшная жизнь в эпоху перемен сделала их слабыми и уязвимыми. И любовь способна их обезоружить. Эротическая сцена целомудренна. Соитие тел заменил скрежет железяк. Механизмы судна, движущиеся в своем танце. Так образно и метафорично нам рассказали про любовь. За возрастную категорию 12+ можно не беспокоится.

Заканчивается «Солнечный удар» титром, который информирует зрителя о том, что с 1918 по 1922 годы потери России в Крыму составили более 8 миллионов. Какую страну загубили вот этими руками! Человека русского, государство русское загубили. Как теперь с этим жить? - вот чем вслед за режиссером озабочены главные герои фильма.

Михалков образца 1975 года, в пору «Рабы любви», мог бы снять «Солнечный удар» во всей его мимолетной неуловимости, уловив его на уровне прерывистого дыхания. История внезапно вспыхнувших чувств, ночь с незнакомкой, растворившейся в неизвестности, преследующая героя как наваждение — абсолютно михалковский материал. Но режиссеру, вкусившему большие формы, поработавшего на блокбастерах, всегда труден переход к камерным формам. Да и от себя уйти сложно, когда жизнь проходит в постоянной борьбе.

Весь отечественный бомонд собрался на премьеру фильма Никиты Михалкова "Солнечный удар"

Весь отечественный бомонд собрался на премьеру фильма Никиты Михалкова "Солнечный удар"

Смотрите фотогалерею по теме

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №26645 от 9 октября 2014

Заголовок в газете: Сила и слабость «Солнечного удара»