Фестиваль российского кино в Польше: Оскар Рабин и «Пустота»

В дни 100‑летия независимости Польши российское кино воспринималось особенно остро

13.11.2018 в 18:05, просмотров: 5904

Фестиваль российских фильмов «Спутник над Польшей» проходит в эти дни в Варшаве в 12‑й раз. Он совпал с торжествами по случаю 100‑летия независимости Польши, который отмечался 11 ноября.

Фестиваль российского кино в Польше: Оскар Рабин и «Пустота»
Андрей Осипов.

По городу расклеили объявления о мероприятиях в память о 96 гражданах Польши, погибших в авиакатастрофе под Смоленском в апреле 2010 года. Среди них — президент Лех Качиньский с супругой, видные политики, высшее военное командование страны. Ранняя утренняя месса в одном из костелов Варшавы начинала траурные акции. Ближе к вечеру на площади Пилсудского, напротив уходящей в небо черной мраморной лестницы, имитирующей трап самолета и поставленной в память о жертвах авиакатастрофы Ту‑154, открыли памятник президенту Качиньскому. Уже накануне люди приходили туда с цветами. Сам памятник не затянули полотнищем от любопытных глаз, как принято. Королевский тракт оградили металлическими щитами, которые к 11 ноября все-таки убрали. Продавались и раздавались (кому как повезет) повязки и розетки с цветами национального флага в духе первомайских. Гуляющих угощали гороховым супом и чаем из военно-полевой кухни. На Замковой площади выступал духовой оркестр. В Варшаву съехались люди со всей Польши, множество иностранцев, жаждущих оказаться свидетелями 100‑летия независимости.

фото: Светлана Хохрякова
В день независимости Польши улицы напоминали театр

Российский фестиваль открылся за пару дней до юбилейных торжеств «Историей одного назначения» Авдотьи Смирновой, где граф Лев Толстой выращивает диковинных японских свиней, заводит дружбу с юным столичным поручиком Колокольцевым и пытается спасти от казни униженного полкового писаря, доведенного до такой степени отчаяния, что дело дошло до рукоприкладства. За пощечину старшему по званию грозит трибунал. Картину Смирновой в Варшаве представлял отличный польский актер Лукаш Симлат, сыгравший едва ли не лучшую роль в этой далеко не бесспорной картине.

Так случилось, что за день до открытия фестиваля не стало выдающегося художника наших дней Оскара Рабина. Документальная картина о нем — «Оскар» Евгения Цымбала и Александра Смолянского, участвовала в неигровой программе «Спутника» и была показана через день после его ухода. 90‑летний Оскар Рабин по воле судьбы умер 7 ноября — в красный день календаря, олицетворявший многие годы рождение советской страны, из которой и был выставлен. Сами авторы говорят, что их фильм о ненасильственном сопротивлении злу и о человеке с кистью, победившем советскую  систему, не будучи борцом.  

На экране Рабин рассказывает, что его мать — латышка, а отец — еврей. На вопрос, российский он художник или французский, отвечает, что советский. Судьба складывалась трагично, а он был светлым человеком вопреки всему. Тому, что в 14 лет остался сиротой, работал где придется, чтобы прокормиться. Рабин рассказывает, как выдавал грузчикам накладные на железной дороге, жил в бараке. Он находился под домашним арестом, пережил на десять лет жену — художницу Валентину Кропивницкую и трагическую смерь сына уже в Париже. В картине возникает польский след. Даже о смерти «друга поляков Сталина» свидетельствует хроника того, как миллионы поляков разделили скорбь советского народа. В фильме использованы кадры, снятые в дни Всемирного фестиваля молодежи и студентов, проходившего в 1957 году в Москве и ставшего глотком свободы, выступление Сергея Михалкова, критикующего капстраны. Но самые удивительные и смешные относятся к 1959 году — открытию выставки американских художников, где советские люди впервые попробовали кока-колу. Рабин не раз изображал разложенную на газете «Правда» селедку, словно закопченную рыбу в антураже советской эпохи. По совпадению на фестивальных постерах, украшающих сейчас улицы Варшавы, изображена красавица в кокошнике (польская, не русская модель), а на шее у нее лежит то ли щука, то ли селедка сказочно-бирюзового цвета.

Рабин и его коллеги вспоминают, как выбирали в 1974‑м место для выставки, вошедшей в историю под названием «бульдозерная», как их хватали на пустыре и тащили за волосы, а картины погибали под колесами самосвалов. Оскар Рабин повис на ноже бульдозера и мог погибнуть, если бы не американский журналист (между прочим, женатый на бывшей русской колхознице). Американскому корреспонденту выбили тогда зубы, так что пришлось ставить новые в Финляндии. Рабин — изумительный рассказчик. Именно он лучше всего комментирует события, а закадровый текст — весьма неудачный. Рабин вспоминает Хрущева, которому не понравилась пресловутая «голая Валька» — «Обнаженная» Фалька. Вам нравится Запад? Пожалуйста! — вот уж это Рабин сполна испытал на себе. Кому из высокого начальства могли понравиться его «Котлетная» и винные и водочные бутылки выше домов. «Помойку №8» Рабину не разрешат вывезти за пределы СССР, когда в 1978‑м его в приказном порядке отправят в туристическую поездку на Запад. А эмиграция, по словам художника, в те годы была репетицией смерти.

«Восточный фронт» Андрея Осипова, показанный в Польше, основан на трофейных киноматериалах, снятых немецкими фронтовыми операторами в СССР в 1941–1943 годах. В течение часа режиссер отвечал на вопросы польских зрителей, рассказывал, как искал хронику в двух подмосковных киноархивах, которые потом пришлось освобождать от пропагандистских текстов, подбирать музыку. Получилась поразительной силы картина о буднях немецких солдат. Были бы средства, можно было бы поработать в мюнхенском киноархиве, где хранятся кадры, снятые не фронтовыми операторами, а простыми немцами. «Я работал в архивах и чувствовал себя археологом. Хотелось показать войну глазами немецких солдат, а через них рассказать о нас, о том, как мы победили непобедимую махину фашистской Германии. Это все еще очень острая тема для России и Польши. Мне хотелось поговорить о ценности человеческой жизни и трагедии немецкой нации. Не могу понять, как высокоинтеллектуальная нация Гёте и Бетховена пошла за одним безумцем. Это фильм о необратимости наказания». Андрей Осипов не любитель раздувать пожар. Он никогда и нигде не упоминал о том, что сопровождало выход «Восточного фронта» в России. Между тем, когда фильм смотрели на фестивалях по всему миру, по настоянию Военно-исторического общества была сделана вторая версия картины, условно говоря, для школьников, где закадровый текст комментировал происходящее на экране, которое не нуждается в сопроводительных замечаниях, поскольку кадры говорят сами за себя. Хорошо хоть выдали прокатное удостоверение и оригинальной версии — выдающемуся произведению нашей документалистики.

фото: Светлана Хохрякова
Режиссер Павел Москвин

В игровом конкурсе участвует полнометражный дебют «Пустота» выпускника казанской киношколы Павла Москвина. И это первый выезд молодого режиссера в Европу, и первый показ его фильма за пределами России. Главный герой, которого сыграл актер из Казани Булат Минкин, возвращается с чеченской войны. Его преследуют фантомы прошлого, превращая жизнь в ад. Павел Москвин говорит, что снимал кино об искуплении грехов, вере и внутренней пустоте, об отце как о Боге. Голосом Бога говорит на экране Александр Яценко. Павел — родом из Альметьевска. «Это город в Татарстане, — объяснит он польским зрителям. — Мне хотелось рассказать, как татары воспринимали те события в отличие от русских. Я не собирался показывать, что русские плохие. Я сам наполовину русский, на четверть татарин и украинец. Меня пугает национализм даже не в таком большом государстве, как Россия, а на маленьких территориях. Но фильм не про это». В кадре звучит диалог татарина (его так и называют сослуживцы) и чеченского парня о вере. Оба — мусульмане, но по разные стороны баррикады. Польские зрители нашли в «Пустоте» аллюзии с Донбассом, интересовались тем, посылают ли татар служить в Чечню. После двух показов звучали вопросы о крымских татарах и многие ли из них получили российские паспорта. Кто-то удивился тому, что татары Поволжья и крымские татары — разные народы. Павел Москвин ответил про Донбасс: «История циклична. Специально я ничего такого не закладывал. А мне говорили, что я снял неактуальный фильм». Средств на его окончание катастрофически не хватало, пришлось обращаться к Александру Сокурову, поддерживающему молодых. Но он раскритиковал сценарий «Пустоты», похвалив главного героя и операторскую работу. В общем, не помог, поскольку фильм был фактически готов и кардинально что-то изменить в нем было невозможно.