Причуды «Золотой маски»: оперетту «Сильва» спели в лифте

«Лавр» отправлен к бетонной стене

«Золотая маска» открыла новый сезон. В ее программе представили два необычных прочтения –  «Лавра» по роману Евгения Водолазкина в Театре на Литейном и оперетту «Сильва» в Свердловской музкомедии. Это то, чего меньше всего ожидает зритель. Тем интереснее. 

«Лавр» отправлен к  бетонной стене
Сцена из спектакля «Лавр». Фото — Сергей Рыбежский

Предыдущий фестиваль «Золотая маска» и церемония вручения одноименной Национальной российской театральной премии стали заложниками пандемии. Награды вручили онлайн и не так давно, в ноябре. Большую часть спектаклей в Москве показать не удалось, и теперь некоторые из них заявлены в рамках информационной программы. «Золотая маска» начала новый отсчет. В Москву приехали театры из Екатеринбурга, Архангельска, Санкт-Петербурга.

Помимо конкурсных показов существует программа «Маска плюс». Считается, что в нее попадают спектакли, которые  хотели, но не смогли включить в конкурс из-за переизбытка номинантов. Таковым оказался «Лавр», поставленный Борисом Павловичем в Театре на Литейном в Санкт-Петербурге. Это самая первая сценическая версия романа Евгения Водолазкина. Премьера состоялась  в 2019 году, но ее поглотил карантин.  

Давно уже не было в современной российской литературе такого произведения, которое вызвало бы столь мощный резонанс у читающей публики. Его герой - средневековый врач, обладающий даром исцеления. Он путешествует по земле и  пытается найти ответы на волнующие человечество  вопросы, волшебным образом спасает раненых и немощных людей, но свою возлюбленную от смерти не убережет. Через потерю обретет невероятные возможности и попытается прожить жизнь за двоих. У героя четыре имени и два прозвища, одно из них Врач. Но он больше, чем врач, поскольку выходит за пределы возможного. Раны затягиваются от его касания. Кто-то считает, что он бессмертен, если вообще человек, а не святой. 

Театром сделана не вполне привычная и не просто разбитая на диалоги инсценировка. Роли не распределены классическим образом, а перетекают одна в другую. Спектакль идет 3 часа 50 минут. По нынешним временам – слишком долго, громоздко. Но никто никуда не спешит. Для того, чтобы осмыслить «Лавр»  требуется остановка.

Борис Павлович читал с актерами роман, и вместе они выбирали то, что  им по-человечески близко. Только потом сложилась драматургическая основа, автором которой стала Элина Петрова. Теперь в присутствии зрителей актеры читают фрагменты романа, примеряя разные роли, но сохраняя при этом дистанцию «от третьего лица». Сцена наполняется потрескиванием, поскрипыванием, песнопениями.  Разноголосица  напоминает настраивающий инструменты оркестр. Актеры  пытаются рассказать о взаимоотношении человека и бога, понимая, что для этого требуется расстояние. Вот и оглядываются герои сегодняшнего дня на Средневековье, а оттуда смотрят в  наше настоящее.  

Среди вполне советских людей, одетых во что-то скучно-обыденное,  появляется флорентиец в ярком костюме, годящемся для пьесы Шекспира. Играющий его Александр Безруков, обладающий неповторимой актерской индивидуальностью,  кажется безумным видением. От него шарахаются как от чумы или инопланетянина. В финале первого действия он остается на сцене в полном одиночестве. Брожение времен происходит у бетонного советского забора. Три эпохи сошлись, а люди, не меняются. Елена Ложкина, Ася Ширшина,  Дарина Одинцова, Роман Агеев и другие актеры прекрасно чувствуют  поэтику и смысл текста, не присваивая себе героев. Разговоры про средневековый мор и исцеление мгновенно откликаются в зале. Кто бы мог такое предположить? Только стойкость и вера способны спасти.Герои Водолазкина переосмысляют жизнь через боль, задумываются о самом важном на пороге смерти. 

Еще одну необычную попытку осмыслить время предприняли в Свердловском театре музыкальной комедии. Оперетта «Сильва» Имре Кальмана представлена на «Золотой маске» в шести номинациях. Это тоже премьера 2019 года. «Красотки, красотки, красотки кабаре» - их  знают, наверное,  все. В постановке Дмитрия Белова «Сильва» прозвучит революционно. Взамен старинного либретто Алексеем Иващенко создано новое, адаптированное к новейшему времени. События происходят накануне Первой мировой войны, и жениху Сильвы грозит мобилизация. Что ждет героев в будущем, совершенно непонятно. Неизвестность придает драматизма хрестоматийной истории. Придуман и новый жанр  - трансильванское кабаре, в котором почти отсутствует то, что можно ожидать от консервативной  оперетты. Сложно делать вид, что ничего не происходит,  когда рушится  мир. 

Сильва подписывает контракт и вот-вот должна отправиться за океан, чтобы выступать на Бродвее. Ее ждет мировая карьера. А что в противовес? Призрачный брак с ненадежным человеком другого сословия? Символом быстротечного времени становится железнодорожный вокзал с большими часами, придуманный  московским сценографом  Максимом Обрезковым.  

Главные роли исполнили в основном молодые солисты с прекрасными голосами и драматическими талантами, что не так часто сочетается  в  музыкальном театре как таковом. Хотя некоторое возрастное несоответствие осталось, но главное, что не пожилые и полные  изображают молодую энергию и страсть. 

Шансонетка Сильва Вареску в исполнении Ольги Балашовой и Эдвин -  недавний выпускник Уральской консерватории Антон Сергеев - виртуозно справляются со своими партиями. Пробегающую между ними искру зритель почувствует. Штази (так зовут тут Стаси) Екатерины Мощенко поначалу кажется слишком статичной,  но очень скоро превратится в изумительную и задорную барышню, в которую сложно не влюбиться. Правда, всякий раз вздрагиваешь при упоминании имени героини: оно напоминает об одноименной службе госбезопасности  ГДР.  Партию Бони исполнил  пластичный во всех смыслах  Евгений Толстов. Его герой становится продюсером, не теряя при этом своего бестолкового обаяния. Он трогательно ухаживает в застрявшем лифте за Штази, ожидающей помолвки.  

Некоторые персонажи словно выписаны из «Горя от ума» или «Ревизора». Эклектики в «Сильве» хватает. А первые сцены с пестрым табором кафешантана не сулят ничего хорошего. По счастью, архаичное действие стремительно освободится от хлама и превратится в захватывающее и динамичное представление, которое уже ничто не будет тормозить.