Звуку - памятник, органу - труба

Как Большому залу консерватории не стать Большим театром

Большой зал мы закрываем (читай: оплакиваем) уж несколько лет: то там балконы «обваливались», то фундаменты уезжали, теперь новая «идея фикс» с акустикой… Каких только «прожектов» не было – вплоть до того, что реставрировать БЗК не отменяя концертной деятельности. И вот жевали-жевали, а дело не двигалось. Наконец, сроки обозначены, отступать некуда: зал закроют ровно на год с 15 мая 2010-го и строго до 15 июня 2011-го, то есть к началу XIV конкурса им. Чайковского.

Сейчас, по словам проректора по хозработе Сергея Розанова, завершаются проектные работы, а план реставрации БЗК ждет замечаний в Москомнаследии (конса – памятник регионального значения). Главное во всей этой эпопее – сохранить уникальную акустику зала, и руководство вуза идет на беспрецедентный шаг: ставит нематериальную ценность (то есть акустику) на «предмет охраны» (хотя само здание уже давно в таком статусе).

– Мало того, – хвалится г-н Розанов, – мы, совместно с профильным институтом, выполнили физическую модель БЗК масштабом 1:20, и 22 сентября она к нам приедет. В макете воспроизведены все параметры – это как бы слепок акустических характеристик. Для чего? Когда мы начнем реставрировать – менять ковровое покрытие, кресла, – постоянно будем обращаться к этой модели, на ней опробовать все изменения по звуку.

– Знаете, как после реконструкции в Ла Скала, – добавляет ректор Александр Соколов, – главный дирижер зашел в зал, звонко хлопнул в ладоши, задумался и сказал: «Да, удалось сохранить».

Но в России такого заключения явно хватать не будет – всегда найдутся люди, которые будут «скорбеть по утраченному». Потому-то конса и «страхуются», прибегая к модели, чтоб в случае чего… нет, не спихнуть все провалы на институт, а – словами Соколова – «доказательно представить результаты работы».

Господа обещают даже улучшить акустику, оптимистично веря, что, несмотря на кризис, финансирование работ по БЗК Минкульт проведет в полном объеме. Сложности-то очевидные: скажем, те же балконы, ставшие «аварийной зоной» – в них будут заменены «прежние конструктивные решения, в частности металл, который ухудшил акустические данные».

Большим театром (читай: бездонным, в плане уханья деньжищ, долгостроем), вследствие сжатых сроков, БЗК не станет, тем более что, во-первых, все работы пойдут в круглосуточном режиме, во-вторых, самое утопично-деньго-емкое – укрепление фундаментов – уже проведено.

Что с уникальным органом «Кавайе-Колль», еще одним самостоятельным произведением искусства? «Сейчас позади очень важная экспертная часть работы, – отвечает на вопрос «МК» г-н Соколов, – к нам приезжали специалисты из Швейцарии и Франции. Теперь четко знаем, что необходимо для того, чтобы это чудо сохранить. Вывозить орган за рубеж не будем, это рискованно, реставрировать будем здесь, но силами зарубежных мастеров, своих таких у нас нет». На момент ремонта БЗК его демонтируют, «не может же он стоять и пылиться». А дальше… «На орган финансирование бюджетное НЕ предусмотрено, – заключает Александр Сергеевич, – но мы создаем Фонд БЗК, куда собираем средства от выпускников московской консерватории, рассеянных по всему миру, идет с ними активная переписка». Нужна большая сумма: только по первым прикидкам это $2 млн., на самом деле раза в полтора больше…

Важно куда «переедет» концертная деятельность БЗК, пока там будут стучать молотки? Александр Соколов:

– По Москве есть договоренность с залом Чайковского, с дворцом культуры ЗИЛ, с крупнейшими университетами, посольствами, а также с залом «Барвиха Люксори Виладж», где мы уже начали выступления...

И последнее из приятного: рано или поздно под консерваторией (близ Рахманиновского зала) появится парковка предварительно на 186 мест, впрочем, хватить ее может лишь на преподавательский состав и студентов…

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру