Бизнесу грозит жесткий отбор

Срок давности по приватизационным сделкам хотят отменить

26 декабря член комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Илья Костунов («Единая Россия») предложил внести в Гражданский Кодекс РФ поправки, отменяющие срок давности по приватизационным сделкам. По мнению многих экспертов, отмена срока давности губительно повлияет на инвестиционный и деловой климат. Отобрать имущество и посадить можно будет любого, а инвесторов в Россию придется, видимо, загонять палкой (и все равно убегут). Зато существующая элита обезопасит себя, как она думает, навечно. Однако «вечность имеет обыкновение проходить очень быстро».

Срок давности по приватизационным сделкам хотят отменить
Илья Костунов

Как и положено, инициатива вызвана благими намерениями. «Сегодня чудовищная ситуация, когда имущество на миллиарды рублей уходит, и просто контролирующие органы не успевают провести проверку и через суд вернуть обратно или опротестовать сделку. Последние примеры: по московскому Росимуществу громкие задержания, и "Оборонсервис" подтверждает необходимость таких поправок»,-заявил Илья Костунов.

Доля правды в словах автора поправок, безусловно, есть. Но каждая медаль имеет две стороны. Почему, если государство, называя вещи своими именами, прощелкало, отвечать должен бизнес, купивший это имущество? Типичная ситуация: чиновник, разрешивший сделку, давно уже не работает (на повышение пошел, уволился с госслужбы, а то и вовсе в тюрьме сидит). Никакой ответственности за свою коррупционную (раз сделка незаконна) деятельность он не понесет. А бизнес—отдувайся.

Помимо дискриминации экономических субъектов (ведь срок давности по другим сделкам сохраняется), у бизнеса возникает совершенно чудовищный риск. В том числе и у тех предпринимателей, кто в приватизации участия не принимал и купил имущество не у государства, а у другого владельца. Придет новый чиновник, усомнится в законности приватизации, прошедшей, скажем, полвека назад—и прощай, имущество. Кто в условиях, когда завтра могут все отобрать, захочет инвестировать в Россию?—вопрос риторический с очевидным ответом: в здравом уме—никто.

Об этом говорят и эксперты. «Организации, отвечающие за проведение конкурсов и тендеров, следят, чтобы были соблюдены нормы законодательства. Нарушения в сфере приватизации были в момент начала процесса, в 1994 году; в последнее время таких случаев всё меньше. Пример "Оборонсервиса", наоборот, показывает, что возвращение к сомнительным сделкам влечет ответственность. Фигуранты, оценщики и руководители, проводившие конкурсы, находятся либо под стражей, либо под подпиской о не выезде. Сомневаюсь, что нужен еще один закон»,--заявил управляющий партнер компании "Блэквуд" Константин Ковалев.

Член экспертного совета при правительстве РФ Сергей Стрельников считает, что закон нужен, но только если есть уверенность в его исполнении. «Законы у нас хорошие, но страдает исполнение. Например, прекрасный закон о введении кратных штрафов за взятки, однако он не работает. Вот если Дума вместе с новыми законами будет предлагать механизм их работы, тогда можно серьезно относиться к подобным инициативам»,--отметил он.

На самом деле, вопрос еще более серьезен: речь идет о закреплении власти существующей политической и бизнес—элиты на десятилетия. Потому что «рыбка задом не плывет», а поправка, если ее примут, обратной силы иметь не будет. И те собственники, которые успели «прихватизировать» в 1990-х, риск потерять имущество не получат. В отличие от тех, кто покупает госимущество сейчас. Кто не успел—тот опоздал: новых людей в элитах не ждут. Правда, на модернизации экономики, которая требует инвестиций, в этом случае придется поставить большой и жирный крест. Зато «на их век хватит» -нынешняя элита окончательно перестанет бояться какой бы то ни было конкуренции.

Вопрос о сроке давности по приватизационным сделкам—одна из самых болезненных проблем отечественной экономики. Достаточно вспомнить, что Михаила Ходорковского в 2005 году посадили за один день (!) до окончания срока давности по приватизационной сделке с «Апатитом» (тогда срок давности составлял 10 лет).

После этого, почувствовав серьезные последствия в плане ухудшения делового климата, власть пошла на смягчение нормы: вместо 10 лет — три года. Следующим шагом стала так называемая «медведевская либерализация», когда по многочисленным слезным просьбам бизнеса, срок давности был сокращен до 1 года. Бизнес понять можно: «нечистое» имущество, которое в любой момент могут отобрать—это чемодан без ручки, который даже три года нести тяжело, а бросить жалко.

Даже когда обычный человек продает или покупает квартиру, ее юридическая чистота тщательно проверяется. И если собственность, не дай Бог, чем-то обременена (например, зарегистрированным там, но находящимся непонятно где родственником), то покупателей на такую недвижимость очень мало, а ее цена стремительно падает. В сколь бы элитном районе квартира ни находилась, и какой бы прекрасный ремонт там ни был проведен, покупать «кота в мешке» люди опасаются. С бизнесом точно также. Только еще хуже, поскольку инвесторов гораздо меньше, чем покупателей квартир.

Теперь нас хотят вернуть к временам даже не 1990-х, а 1980-х, когда все принадлежало государству, советской власти. А если она вдруг кому-то что-то давала, то завтра могла передумать и отобрать. Back to USSR!

Гораздо разумнее вторая поправка Ильи Костунова. Сам он сказал о ней так: «Надо ввести уголовную ответственность для оценщиков. От оценщиков зависит абсолютно все: стандарты оценки безобразные, оценщики свою ответственность страхуют сегодня, и как бы не возмущалось много милых людей, мне кажется, человек, который принимает решения о том, миллиард, два миллиарда или 10 млн. руб. будет стоить объект, должен понимать меру своей ответственности за свое решение». С этим спорить сложно. Что называется, давно пора.

Как и положено, инициатива вызвана благими намерениями. «Сегодня чудовищная ситуация, когда имущество на миллиарды рублей уходит, и просто контролирующие органы не успевают провести проверку и через суд вернуть обратно или опротестовать сделку. Последние примеры: по московскому Росимуществу громкие задержания, и "Оборонсервис" подтверждает необходимость таких поправок»,--заявил Илья Костунов.

Доля правды в словах автора поправок, безусловно, есть. Но каждая медаль имеет две стороны. Почему, если государство, называя вещи своими именами, прощелкало, отвечать должен бизнес, купивший это имущество? Типичная ситуация: чиновник, разрешивший сделку, давно уже не работает (на повышение пошел, уволился с госслужбы, а то и вовсе в тюрьме сидит). Никакой ответственности за свою коррупционную (раз сделка незаконна) деятельность он не понесет. А бизнес—отдувайся.

Помимо дискриминации экономических субъектов (ведь срок давности по другим сделкам сохраняется), у бизнеса возникает совершенно чудовищный риск. В том числе и у тех предпринимателей, кто в приватизации участия не принимал и купил имущество не у государства, а у другого владельца. Придет новый чиновник, усомнится в законности приватизации, прошедшей, скажем, полвека назад—и прощай, имущество. Кто в условиях, когда завтра могут все отобрать, захочет инвестировать в Россию?—вопрос риторический с очевидным ответом: в здравом уме—никто.

Об этом говорят и эксперты. «Организации, отвечающие за проведение конкурсов и тендеров, следят, чтобы были соблюдены нормы законодательства. Нарушения в сфере приватизации были в момент начала процесса, в 1994 году; в последнее время таких случаев всё меньше. Пример "Оборонсервиса", наоборот, показывает, что возвращение к сомнительным сделкам влечет ответственность. Фигуранты, оценщики и руководители, проводившие конкурсы, находятся либо под стражей, либо под подпиской о не выезде. Сомневаюсь, что нужен еще один закон»,--заявил управляющий партнер компании "Блэквуд" Константин Ковалев.

Член экспертного совета при правительстве РФ Сергей Стрельников считает, что закон нужен, но только если есть уверенность в его исполнении. «Законы у нас хорошие, но страдает исполнение. Например, прекрасный закон о введении кратных штрафов за взятки, однако он не работает. Вот если Дума вместе с новыми законами будет предлагать механизм их работы, тогда можно серьезно относиться к подобным инициативам»,--отметил он.

На самом деле, вопрос еще более серьезен: речь идет о закреплении власти существующей политической и бизнес—элиты на десятилетия. Потому что «рыбка задом не плывет», а поправка, если ее примут, обратной силы иметь не будет. И те собственники, которые успели «прихватизировать» в 1990-х, риск потерять имущество не получат. В отличие от тех, кто покупает госимущество сейчас. Кто не успел—тот опоздал: новых людей в элитах не ждут. Правда, на модернизации экономики, которая требует инвестиций, в этом случае придется поставить большой и жирный крест. Зато «на их век хватит» -нынешняя элита окончательно перестанет бояться какой бы то ни было конкуренции.

Вопрос о сроке давности по приватизационным сделкам—одна из самых болезненных проблем отечественной экономики. Достаточно вспомнить, что Михаила Ходорковского в 2005 году посадили за один день (!) до окончания срока давности по приватизационной сделке с «Апатитом» (тогда срок давности составлял 10 лет).

После этого, почувствовав серьезные последствия в плане ухудшения делового климата, власть пошла на смягчение нормы: вместо 10 лет — три года. Следующим шагом стала так называемая «медведевская либерализация», когда по многочисленным слезным просьбам бизнеса, срок давности был сокращен до 1 года. Бизнес понять можно: «нечистое» имущество, которое в любой момент могут отобрать—это чемодан без ручки, который даже три года нести тяжело, а бросить жалко.

Даже когда обычный человек продает или покупает квартиру, ее юридическая чистота тщательно проверяется. И если собственность, не дай Бог, чем-то обременена (например, зарегистрированным там, но находящимся непонятно где родственником), то покупателей на такую недвижимость очень мало, а ее цена стремительно падает. В сколь бы элитном районе квартира ни находилась, и какой бы прекрасный ремонт там ни был проведен, покупать «кота в мешке» люди опасаются. С бизнесом точно также. Только еще хуже, поскольку инвесторов гораздо меньше, чем покупателей квартир.

Теперь нас хотят вернуть к временам даже не 1990-х, а 1980-х, когда все принадлежало государству, советской власти. А если она вдруг кому-то что-то давала, то завтра могла передумать и отобрать. Back to USSR!

Гораздо разумнее вторая поправка Ильи Костунова. Сам он сказал о ней так: «Надо ввести уголовную ответственность для оценщиков. От оценщиков зависит абсолютно все: стандарты оценки безобразные, оценщики свою ответственность страхуют сегодня, и как бы не возмущалось много милых людей, мне кажется, человек, который принимает решения о том, миллиард, два миллиарда или 10 млн. руб. будет стоить объект, должен понимать меру своей ответственности за свое решение». С этим спорить сложно. Что называется, давно пора.

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру