В Госдуме решали, как отличить журналиста от человека

Но решить так и не смогли

Законопроект о правилах работы журналистов на уличных акциях обсудили на расширенном заседании думского Комитета по информационной политике. Как правоохранители будут отличать журналистов от не журналистов — неизвестно: детали потом согласуют МВД, Роскомнадзор и Союз журналистов России. В тот же день инициативу приняли в первом чтении.

Но решить так и не смогли

Профильный комитет, сказал его председатель Александр Хинштейн («ЕР»), решил обсудить законопроект о внесении изменений в действующий закон об уличных акциях по предложению Союза журналистов России (СЖР). Глава этой организации Владимир Соловьев обратил внимание на то, что эта инициатива дает суду право при определенных обстоятельствах признавать любое массовое пребывание граждан в общественных местах «публичным мероприятием», требующим согласования, и впредь уличной акцией «может быть признана любая незапланированная встреча двух и более человек», если они обсуждают какие-то общественные проблемы (этот вопрос поднимали потом и представители ВГТРК). А еще, заметил г-н Соловьев, законопроект требует от журналистов, освещающих такого рода события, иметь некий «признак», но «какие у журналиста признаки — непонятно: очки, фотоаппарат и длинный нос, который он сует куда не надо?». Непонятно, кто будет выдавать «признаки» и за чей счет, и непонятно, почему эти важные детали поручено определить МВД — правда, по согласованию с Роскомнадзором и «общероссийскими объединениями журналистов». Общероссийское объединение в России только одно — Союз журналистов, напомнил г-н Соловьев.

В СЖР согласны с тем, что если журналист акцию освещает — он защищен законом «О СМИ», а если захочет поучаствовать в митинге или пикете, на что имеет право, — он с точки зрения закона является обычным гражданином со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Г-н Хинштейн тут же заметил, что «сегодня массовый характер носят случаи, когда участники уличных акций во время задержаний вынимают журналистские удостоверения и начинают требовать освобождения, что неприемлемо».

«Журналиста, освещающего мероприятие, должно быть видно, и он должен быть защищен», — сказал автор законопроектов Дмитрий Вяткин, и если Союзу журналистов больше слова «признак» нравится слово «знак», можно прописать оба. Но «признак» — это шире, чем знак, который ассоциируется «с цифрой пять на медной пряжке», считает г-н Вяткин, признаком может быть «и светоотражающие жилеты, и повязки, и другие элементы». Тех, кто будет использовать знаки или признаки незаконно, предупредил он, привлекут к ответственности.

Замглавы МВД Игорь Зубов в принципе был не против того, чтобы сделать главным при определении «признака» Роскомнадзор. Главное — чтобы все было четко прописано в законах и инструкциях, потому что полицейские именно ими руководствуются, и если что прописано нечетко, «возникают эксцессы». Еще одно пожелание МВД — чтобы признаки были одинаковыми для всех редакций, а то «если у одного СМИ будет желтая наклейка, а у другого — бронежилет», полицейские запутаются. Ясности просил и замглавы Росгвардии Олег Плохой, выражая готовность к сотрудничеству.

Глава Союза журналистов Москвы и Комиссии по свободе информации и правам человека СПЧ при Президенте РФ Павел Гусев напомнил, что когда нынешний министр внутренних дел Владимир Колокольцев возглавлял столичное УВД, а в столице 31-го числа каждого месяца «один ныне покойный писатель проводил незаконные мероприятия» (Эдуард Лимонов. — «МК».), где под раздачу полиции часто попадали и журналисты, удалось договориться, что работники СМИ на уличных акциях должны иметь пресс-карту с номером, голограммой и двумя печатями — ГУВД и СЖМ — и оранжевый жилет. Несколько пресс-карт выдавались на каждое СМИ и использовались при необходимости. Потом пресс-карты отменили, сказав, что их можно подделать и будут провокации, и опять началась неразбериха, но ведь и «пятитысячную купюру можно подделать, давайте тогда деньги запретим», заметил г-н Гусев…

Замминистра цифрового развития Белла Черкесова обратила внимание на то, что «огромное количество пользователей Интернета, которые умеют складывать слова, становятся субъектами информационного пространства», и на них все обсуждаемые нормы не распространяются, потому что они — не СМИ.

Тут ректор Академии медиаиндустрии Вячеслав Умановский подлил масла в огонь. Власти «с некоторым пренебрежением» относятся к редакционным удостоверениям, потому что право выдавать их имеют 70 тысяч зарегистрированных в России СМИ, часть из которых не действует, сказал он, и предложил создать единую базу журналистов, чтоб региональные отделения СЖР удостоверения единого образца выдавали.

Участники заседания отнеслись к этой идее скептически. «Условный Дудь никуда не пойдет и регистрироваться не будет», — заметил главный редактор «Комсомольской правды» Владимир Сунгоркин.

«Как отличить журналиста от не журналиста, нам до сих пор не ясно», — признал замглавы Роскомнадзора Вадим Субботин. «Включение в процесс принятия решения о знаке или признаке общероссийского журналистского объединения — это гарантия того, что чиновники не пропишут что-то нереализуемое и ущемляющее журналистские права. Что это — накидка, какой-то головной убор, повязка или большой бейдж — будет еще обсуждаться», — сказал позднее в разговоре с «МК» г-н Хинштейн. Он пообещал поступившие от журналистского сообщества замечания оформить поправками. Будут ли они учтены — другой вопрос.