В 1951 году археолог Отто Гайст во время экспедиции во внутренние районы Аляски, в древнем регионе Берингия, обнаружил две массивные кости — эпифизарные пластины позвоночника. Их размер и местонахождение не оставляли сомнений: они явно принадлежали гиганту ледникового периода. Гайст логично предположил, что нашёл останки шерстистого мамонта, чьи кости часто находят в этих краях. Образцы были доставлены в Музей Севера Университета Аляски, где и пролежали в запасниках более семи десятилетий, числясь в каталогах как Mammuthus primigenius. Всё изменилось, когда музейная программа «Усынови мамонта» позволила наконец провести детальный радиоуглеродный анализ окаменелостей. Результаты ошеломили учёных. Изотопы углерода показали возраст всего в 2–3 тысячи лет, что никак не соответствовало истории мамонтов, которые, как считается, вымерли в материковой части Аляски около 13 тысяч лет назад. Это могло бы стать сенсацией — самой молодой окаменелостью мамонта из когда-либо найденных, но исследователи во главе с биогеохимиком Мэтью Вуллером решили копнуть глубже.
Первым тревожным звонком стал изотопный состав костей. В них обнаружилось аномально высокое содержание изотопов азота-15 и углерода-13, что характерно не для травоядных сухопутных животных, каким был мамонт, а для обитателей моря. Такая химическая сигнатура типична для морских существ, накапливающих эти элементы из океанической пищи. Ни один мамонт из Восточной Берингии не имел подобного профиля — внутренние районы Аляски далеки от моря. Это стало первым ясным указанием на то, что кости, вероятно, имеют морское происхождение. Поскольку визуальная идентификация зашла в тупик, учёные обратились к генетике. Ядерная ДНК в образцах не сохранилась, но исследователям удалось извлечь митохондриальную ДНК для сравнения. Результат был однозначным: генетический материал совпал не с мамонтом, а с усатыми китами — северным тихоокеанским гладким китом (Eubalaena japonica) и малым полосатиком (Balaenoptera acutorostrata).
Однако разгадка одной тайны немедленно породила другую более интригующую. Как кости кита, возраст которых составляет более тысячи лет, оказались во внутренних районах Аляски, более чем в 400 километрах от ближайшего побережья? Учёные рассматривают несколько гипотез, каждая из которых ставит новые вопросы. Первая — возможность проникновения китов вглубь материка по древним рекам или заливам. Но учитывая огромные размеры этих морских гигантов и скромные масштабы внутренних водоёмов Аляски, а также отсутствие там подходящей для них пищи, такой сценарий кажется крайне маловероятным, хотя и не полностью невозможным. Вторая версия — человеческий фактор. Древние жители побережья принесли или привезли эти кости вглубь территории в ритуальных или хозяйственных целях. Подобные случаи известны в других регионах мира, но для внутренней Аляски это была бы первая подобная находка. И, наконец, нельзя исключать банальную ошибку в документации или смешение коллекций в начале 1950-х годов, когда Отто Гайст массово передавал в музей образцы со всей Аляски. Возможно, метки были перепутаны, и кости кита изначально происходили с побережья.
Как отмечает команда Вуллера, эта история — поразительное напоминание о том, как внешнее сходство костей крупных млекопитающих может ввести в заблуждение, и о том, как современные научные методы способны переписывать страницы музейных каталогов.
