Три тонны жидких испражнений ежедневно сливается в Волгу

Недалеко долго течет моча в Волгу

29.05.2016 в 19:38, просмотров: 7561

Мать-Волга. Кормилица-Волга. Волга — общественный туалет? Экологи города Рыбинска бьют тревогу: ежедневно в окрестностях в Волгу сливается примерно три тонны мочи преступников, отбывающих наказание в исправительных колониях на ее берегу.

Три тонны жидких испражнений ежедневно сливается в Волгу
Эколог Новиков на Волге.

Это никакая не диверсия, а обыкновенное отсутствие канализации. Правда, на 2016–2017 годы (по решению Рыбинского суда от 2012 года) постановлением Правительства РФ было заложено финансирование новых очистных сооружений в размере 30 746 000 рублей. Но работы все еще не начаты.

Более того, как утверждают эксперты, в Волгу регулярно сбрасываются физиологические отходы заключенных и другой ИК — угличского лечебно-исправительного учреждения (ЛИУ) №9, где содержатся больные туберкулезом. Причем власти не скрывают, что за безобразие здесь творится, но называют происходящее закамуфлированно: мол, сточные воды исправительных учреждений отводятся неорганизованно на рельеф местности. А куда они потом текут — бог весть! Неорганизованные же!

За весенними ручьями и потоками фекалий на «рельефе местности» — то есть непосредственно на берегу великой русской реки — наблюдал спецкор «МК».

ВЫДЬ НА ВОЛГУ

Город Рыбинск, Рыбная Слобода, как назывался он прежде.

Сюда рыба шла на нерест с Каспия. На двух веселых нарисованных стерлядках, резвящихся на гербе города, держалась вся местная экономика.

Акулы, и те были мелки по сравнению со своими деликатесными собратьями, что плавали в здешних водах. По 300 килограммов сомы поставлялись к царскому столу. Осетрину горячего и холодного копчения с удовольствием кушала семья Романовых, считая еще с XVI века Рыбную Слободу своей личной вотчиной.

На слиянии рек Волги, Шексны и Черемухи рос и хорошел Рыбинск. Столицей бурлаков называли его еще, где в городских клоповниках и бараках на окраине зимовали пришлые работяги, по-местному — зимогоры, поджидая к весне выгодные заказы по разгрузке тяжелых кораблей. Дело в том, что глубоководная Волга заканчивалась как раз в Рыбинске, в поселке Переборы, существующем и по сей день; он был назван так потому, что именно здесь с больших судов перебирали-перегружали бурлаки товар, переносили его на более мелкие посудины, что отправлялись дальше, в Москву и на Балтику, уже по мелководью. И над всем этим царицей стояла Волга, чистая и прозрачная, зачерпни рукой — и можно пить.

Богатые рыбинские купцы, натуры по-волжски широкие, гульбанили до последнего в ресторанах, особым шиком среди них считалось опоздать на свой пароход, что повезет на ярмарку в Нижний или в Первопрестольную, и, нанимая бричку, мчаться пьяными вдоль берега Волги, по необъятным ее просторам, до следующей пристани, загоняя в мыло лошадей.

Эх, были времена! И люди были! И даже чехарда с революциями и войнами, со строительством знаменитой Рыбинской ГЭС — самое большое в мире на тот момент искусственное водохранилище! — ничто не влияло на качество здешней рыбалки и чистоту воды. Куда же все ушло? В какой унитаз спустили?

«Рыба у нас есть и сейчас, только отравлена она вся, как и сама река», — уверяют неравнодушные горожане.

ЗАКРЫТАЯ ЗОНА

Аномально жарким летом 2010 года полыхали вокруг Москвы леса, и в Центральной России было не продохнуть от гари и дыма, когда городские рыбинские и угличские пляжи в Ярославской области неожиданно и спешно закрыли без объяснения причин. Простой народ не понимал, что происходит, и все равно, наплевав на строгие запреты, как это у нас водится, лез охладиться в волжскую водицу. Не боялись даже штрафа в несколько тысяч рублей. Так как не особо понимали, с чем же связано столь строгое ограничение. Поэтому привычно ругали власти, не подозревая, что купанием в Волге подвергают свою жизнь нешуточной опасности.

Не подозревали горожане, что запрет связан с тем, что пришли в полнейшую негодность очистные сооружения легендарного «Волголага» — волжского узла исправительно-трудовых лагерей, созданного в 1930-е годы для строительства Рыбинской ГЭС. Лагеря, как раковые метастазы, были раскиданы по многим волжским городам; со временем, так как количество заключенных неуклонно уменьшалось, они перестали наводить ужас на население. Политические зэки сменились обыкновенными уголовниками. Очистные же сооружения менять никто не спешил. Те были ровесниками самих мест не столь отдаленных, то есть их построили и ввели в эксплуатацию 80 с лишним лет назад.

И ОДНАЖДЫ КАНАЛИЗАЦИЮ ПРОРВАЛО...

От сотен тысяч заключенных прежнего советского периода остались едва ли десятки тысяч. Например, в ИК-12 в Рыбинске отбывают наказание сегодня 1,5 тысячи человек. Но и это тоже немало, если принять во внимание, что все они как минимум несколько раз в день ходят в туалет. И по большому, и по маленькому. 2 литра отходов в среднем выделяет живой человек за день; умножьте эту цифру на число преступников, отбывающих наказание, — вот и получится три тонны мочи. И это только в одной колонии.

фото: Екатерина Сажнева
Памятник сантехнику в Рыбинске. Он такой на всю Россию один. Чинит прорвавшуюся канализацию.

«Разве это нормально?!» — не находит слов от возмущения Евгений Новиков, местный фермер и по совместительству самый скандальный эколог Рыбинска, руководитель экологической организации «Мать Волга». Именно он прислал в «МК» все документы и свою переписку с чиновниками, из которой следует, что последние лет пять, как только устаревшие канализационные трубы приказали долго жить, Волга в районе Рыбинска и Углича фактически превратилась в гигантский сортир. «А чуть наискосок, на правом берегу, из-под обелиска памяти участников Великой Отечественной войны из трубы другого местного предприятия и вовсе вытекает вся «таблица Менделеева», — выкладывает начистоту скандальный эколог.

Причем о том, что колония в прямом смысле гадит в Волгу, никто и не спорит. Чиновники согласны, что это беспредел и находится за гранью разумного, что Волга переполнена дерьмом и отходами, что надо с этим что-то делать, бить во все колокола. Но кто это должен услышать? И кто за все будет платить?

ОХ, РАНО ВСТАЕТ ОХРАНА

«Как нам в тюрьму-то доехать?» — заблудились мы немного на выезде из Рыбинска. Проходившая мимо женщина махнула рукой в неопределенную даль. Впрочем, дорога здесь все равно одна — по ней и двигаемся.

Вышки и проволока. Непролазная грязь. Чайки, мусорные птицы, летают над головами. Значит, где-то река близко. ИК-12 расположена на левом берегу Волги. Из-за решетчатых окон летом наверняка открывается шикарный вид. И это несомненный плюс здешнего строгого режима.

«Зря вы в декабре не приехали, желтые ручьи прямо так и тянулись по снегу из нашей зоны на берег», — два мужика на тротуаре соображают на троих, разговорились, выяснились, что когда-то они тоже работали в этой колонии, но давно уволились оттуда. Узнав, что мы журналисты из Москвы, раскрывать секреты производства и куда текут ручьи из колонии на всякий случай наотрез отказались. Зато с удовольствием порассуждали на глобальную тему о том, что мы самые богатые «по воде» в мире и что природу надо обязательно беречь.

Федеральная служба по надзору в сфере природопользования также в курсе происходящего в Рыбинске: что очистные сооружения ИК-12 морально и физически устарели, они больше не способны обеспечить необходимую очистку стоков, в биофильтрах нет активного ила, все, что возможно, — это механически поскрести ржавые трубы. «По данному факту Управлением Росприроднадзора было проведено свыше десятка надзорных мероприятий, по итогам которых ИК-12 неоднократно выдавались предписания об устранении нарушений, в отношении юридического и должностных лиц вынесено 9 постановлений о назначении административного наказания».

фото: Екатерина Сажнева
Та самая ИК-12.

Но воз, похоже, и ныне там. Закроют колонию — куда девать заключенных? Поэтому все плановые проверки завершаются ничем. Много шума, и... ничего. И хотя в августе 2014 года в отношении ИК-12 было даже возбуждено уголовное дело по поводу отсутствия канализации, поиск виноватых так ни к чему и не привел. В марте 2015 года подсчитали примерный вред, который был нанесен в итоге окружающей среде, — оказалось, что он составляет более 27 миллионов рублей, выплатить которые должен собственник очистных сооружений колонии. То есть по большому счету платить должно наше государство. ФСИН же — государственная структура. Но и пострадавшая сторона — тоже государство. И как в таком случае быть?

Нельзя сказать, что УФСИН России по Ярославской области совсем уж ничего не делает по этому поводу. В 2015 году здесь провели открытый конкурс на строительство новой канализации, но на момент, когда написана эта статья, по слухам, смета не утверждена, проектная документация находится на рассмотрении в Москве, конца и края этому пока что не видать, в стране, как известно, нехватка бюджетных средств и вообще финансовый кризис, вот только заключенные ИК-12 перетерпеть не могут — они по-прежнему ходят в туалет по нескольку раз в сутки.

ИЗ ТРУБЫ «А» В ТРУБУ «Б»

«Я ведь сначала занялся рыбинской ИК-12 и даже представить себе не мог, что у туберкулезников, которые сидят в Угличе, ситуация еще опаснее, — продолжает Евгений Новиков. — Оттуда сиделец один был, совсем парнишка, знакомый мой, он отчима убил, получил свой срок, на зоне его определили в санитары — а уже после выхода он, пока не помер, лично мне рассказал, что там творится. Заключенные туберкулезники — они ведь не Чехов с его чахоткой, который интеллигентно кашлял кровью в батистовый платочек, они при утреннем и вечернем построениях харкают прямо на землю».

По словам эколога Евгения Новикова, в угличской туберкулезной зоне ЛИУ-9 нет ливневой канализации. «Поэтому вся растаявшая харкота весной стекает на тот же «рельеф местности», — продолжает Евгений Новиков. — Причем от колонии до Волги всего 300 метров».

Новиков говорит, что не поленился, надел как-то резиновые сапоги и часа три угрохал на то, чтобы доехать до Углича, обойти эту колонию по периметру. Увиденное его сильно расстроило. Канализации в ЛИУ-9, пусть даже и совсем плохонькой, как в ИК-12, не существовало вовсе.

фото: Екатерина Сажнева
Дороги Рыбинска.

Сточные же воды ЛИУ-9, согласно данным ФСИН, утилизируют иным образом. Сначала их отправляют по трубам в еще одну исправительную колонию — ИК-3, а уже оттуда выливают в обычную городскую канализацию. Которой пользуются все законопослушные горожане. Правда, чиновники божились, что никакая зараза попасть от туберкулезников в общий водопровод не может. От палочки Коха спасает хлорка. Ею весьма обильно посыпают подозрительную водицу. «Хозяйственно-бытовые стоки ЛИУ-9 подвергаются предварительной дезинфекции методом хлорирования в отстойниках перед сбросом сточных вод», — привычно отвечают чиновники, то есть никаких нарушений в этом случае не установлено.

Кстати, сотрудники колонии, как говорят, аккурат неподалеку от места своей работы получили участки земли под дачи. Сажают теперь огурцы, помидоры, клубнику. Поливают все водой из Волги — и ведь растет как на дрожжах, никаких удобрений не нужно.

«Уж извините за мою крестьянскую прямоту, но все дерьмо, которое якобы принимается для очистки местным водоканалом, насколько мне известно, не соответствует никаким нормам СЭС, и это можно элементарно проверить, взяв пробы воды оттуда, — горячится эколог Новиков. — И заодно прошерстить городские свалки, куда из ЛИУ-9 свозят твердые бытовые туберкулезные отходы. Понятно, что никакого дела до этого бюрократам нет. Я уж кому только не жаловался! И Бастрыкину писал по поводу закрытого уголовного дела по ИК-12, и Медведеву, «пугая», что пойду «просить милостыню» на очистные сооружения. Приводил возмутительные примеры, доказывал, что самое страшное — это то, что природоохранные чиновники утаивают правдивую информацию от населения. Наши люди до сих пор не знают, почему нигде в Рыбинске нельзя купаться, к примеру».

Скоро лето. Речная пора. И первые отдыхающие, «смело» обходя запреты, уже пробуют окунуться в Волгу. В черте города вода очень грязная. Мусор, использованные презервативы, пластиковые бутылки и шелуха от семечек. Даже смотреть на это противно, не то что ступить в воду. Но разве народ таким испугаешь?

фото: Екатерина Сажнева
Запретная зона начинается на подъезде к исправительной колонии.

...А на престижном ярославском взморье есть роскошный яхт-клуб, коттеджи, отели, пляжи, бетонный причал — но все это не для бедного люда. Здесь расслабляются патриотически, как и положено нынче, настроенные богачи.

По официальным данным, 200 с лишним бюджетных миллионов потратили власти на строительство всего этого великолепия в природоохранной зоне. Которую стережет и о которой заботится государство.

Те самые миллионы, которых с лихвой бы хватило, чтобы привести в порядок канализацию в других зонах — исправительных колониях Ярославской области.

От элитного взморья до ИК-12 всего-навсего 70 километров. Волга не делится на отдельно Волгу для богатых и Волгу для бедных. И если в одном ее конце сходить в туалет, то в другом все это всплывет и не потонет. Вода же для всех общая.

Екатерина САЖНЕВА,

фото автора, Рыбинск—Москва.

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ УПРАВЛЕНИЯ ПО ЯРОСЛАВСКОЙ ОБЛАСТИ

«В ФКУ ИК-12 уже несколько лет существует проблема с несоответствием сточных вод учреждения санитарно-гигиеническим требованиям. Стоимость проектных работ и строительства очистных составляет более 31,0 миллиона рублей.

Заявка на выделение финансирования находится на рассмотрении во ФСИН России.

Начальник, полковник внутренней службы С.В.Доронин».

Хотя письмо это было написано несколько лет назад и даже начальник Сергей Доронин по собственному желанию уже покинул свой пост, проблема загрязнения Волги фекалиями так и не сдвинулась с места.