Сын легендарного десантника Маргелова раскрыл тайны отца: "Арестовывал Берию"

Семейная жизнь и опасная работа основателя современных ВДВ

21.02.2019 в 20:00, просмотров: 13901

«Был отцом для солдата, но не всегда слепо «служил царям», — говорили про Героя Советского Союза, генерала армии Василия Филипповича Маргелова. Четверть века он возглавлял Воздушно-десантные войска, превратив их в настоящую элиту. По его инициативе в ВДВ появились голубые береты и десантные тельняшки. Конкурс в Рязанское воздушно-десантное училище возрос до 20 человек на место. А десантники научились прыгать с неба на голову противнику прямо в боевых машинах.

О неформальном общении командующего с десантниками до сих пор ходит множество баек. Его меткие выражения, ставшие афоризмами, солдатский «телеграф» разносит по войскам.

Накануне Дня защитника Отечества о своем знаменитом отце рассказал «МК» единственный из оставшихся в живых пяти его сыновей — Виталий Васильевич Маргелов, бывший заместитель директора Службы внешней разведки.

Сын легендарного десантника Маргелова раскрыл тайны отца:
Легендарный «Дядя Вася» Маргелов.

«Десантироваться в машине будет мой сын»

В начале Великой Отечественной войны Василию Филипповичу Маргелову довелось командовать дисциплинарным батальоном. Штрафники любили своего командира за храбрость и справедливость и не раз закрывали его своими телами при артобстрелах.

Позже он возглавил полк, сформированный из моряков Балтийского флота, который оборонял Ленинград. Морпехи прокладывали Дорогу жизни. Помня об удали «братишек», Маргелов годы спустя добился, чтобы десантники получили право носить тельняшки.

В 1944-м с одной ротой пулеметчиков комдив Маргелов форсировал Днепр. Закрепившись на плацдарме, удерживали его трое суток. Из 67 бойцов в живых осталось 14. Когда боеприпасы стали подходить к концу, они дважды по рации вызывали огонь своей артиллерии на себя.

Василий Маргелов освобождал Румынию, Болгарию, Венгрию, Австрию. А на Параде Победы 24 июня 1945-го командовал сводным полком 2-го Украинского фронта.

На фронте судьба часто сталкивала его с Георгием Жуковым. Пересеклись их пути и после войны.

— Это правда, что Василий Маргелов в июне 1953-го участвовал в аресте Лаврентия Берии и охранял его в бункере Генштаба? — интересуемся мы у Виталия Васильевича.

— Отец никогда об этом не рассказывал, настолько все это было засекречено. Но есть косвенные свидетельства, что Георгий Жуков вызвал его приказом в Москву, взял его в эту группу, и отец участвовал в аресте Берии.

— А через год он был назначен командующим воздушно-десантными войсками?

— Отец принял войска в мае 1954-го. Под его командованием пехота стала по-настоящему крылатой. В ВДВ появились самолеты Ан-22 и Ан-76, новые парашютные системы, автомат с укороченным стволом и складным прикладом. Были построены пять новых аэродромов и отменные стрельбища.

Десантировать начали не только людей, но и артиллерию, боевую технику, автомобили, полевые кухни. Но после приземления десантники оказывались разбросанными в радиусе нескольких километров от своих гусеничных боевых машин и тратили много времени, чтобы их найти и начать движение. Тогда отец задумался о способе десантирования экипажа прямо в технике. Риск был огромный, но и выигрыш времени получался колоссальный.

— Расскажите, как командующий ВДВ Василий Маргелов первым сбросил с самолета собственного сына внутри боевой машины. До этого ведь в БМД-1 при десантировании находились только манекены и собаки.

— Комплекс с многокупольной парашютной системой и специальной платформой для десантирования боевой машины, получивший название «Кентавр», был к тому времени уже многократно испытан. Два года на специальных копрах велись сбросы машин с людьми, которые моделировали их приземление на парашютах. Для экипажа были разработаны специальные космические кресла.

Метод был революционный. Многие были категорически против этих новшеств. Но к отцу очень хорошо относился министр обороны Андрей Гречко, во многом помогал ему, несмотря на сопротивление штабистов. И когда батя все–таки убедил его разрешить десантирование техники вместе с экипажем, Гречко спросил: «Кто из десантников будет десантироваться внутри машины?» — отец сделал шаг вперед и сказал: «Я!». Отцу тогда было уже за 60. Он был уверен в успехе испытаний. Но министр обороны его «притормозил», сказал: «Не мути». Запретил командующему ВДВ рисковать собой. Тогда батя сказал, что место в экипаже займет его младший сын, десантник Александр Маргелов. Саша к тому времени закончил ракетный факультет МАИ, потом экстерном — Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище и Военную академию бронетанковых войск, поступил на службу в научно-технический комитет ВДВ. Очень серьезно готовился к этим экспериментам. На медицинской комиссии его хотели «зарубить», только чтобы помешать этому десантированию. Но Гречко дал «добро». Все сложилось. Выброска с военно-транспортного самолета Ан-12 БМД-1 5 января 1973 года прошла успешно. Было доказано, что десантники сразу после приземления могут вступить в бой.

— Василий Филиппович на самом деле держал в кармане заряженный пистолет на случай неудачи, а когда все прошло штатно, подарил тот единственный патрон на память сыну?

— Этого не было. То, что накануне он отдал сыну свою морскую тельняшку, которую хранил со времен войны, и за время десантирования на командном пункте выкурил пачку «Беломорканала», — это правда. А история с маузером — выдумка. Это даже в чем-то обедняет образ отца. Он столько видел смертей на своем веку, что даже не думал о том, чтобы застрелиться. Журналисты придумали эту историю с патроном, а его жене Аннушке, Анне Александровне, это понравилось.

— Три года спустя, 23 января 1976-го, майор Александр Маргелов десантировался внутри БМД-1 с подполковником Леонидом Щербаковым с использованием парашютно-реактивной системы, получившей наименование «Реактавр». Почему звание Героев Российской Федерации они получили только спустя 20 лет, в августе 1996-го?

— Сначала скончался один маршал, потом другой, бумаги на награждение где-то затерялись. Отец не вмешивался в эти дела. А в 1996 году Александр Лебедь, который был тогда секретарем Совета безопасности РФ, напомнил об этом десантировании президенту Борису Ельцину. Тот согласился, что десантники — герои. Их машина тогда перевалилась через обрез грузолюка и 800 метров шла вниз. Раскрылись тормозные, а потом и основные парашюты. Какое-то время десантники летели вниз головой. Машину раскачивало, как маятник. Радиосвязь отказала… Ориентировались по прибору-высотомеру. Когда приземлились, тут же сняли машину с платформы, прошли полосу препятствий, выполнили стрельбы.

Десантники рисковали тогда больше, чем космонавты, и Борис Ельцин распорядился подготовить соответствующий указ.

Кстати, у отца осталось любимое оружие с фронта — маузер, с которым он практически не расставался. Как-то мы сидели у отца на даче, и он сказал: «Знаешь, сынок, не обижайся, но маузер я отдам Сашке». Я с этим согласился.

Во время учений

«Патроны есть — еда найдется»

— Отец не вспоминал, как во время учений «Днепр» осенью 1967-го один из сброшенных с самолета танков пошел прямо на вышку, где стоял генсек Брежнев?

— Леонид Ильич действительно любил присутствовать на войсковых учениях. Тогда на вышке с ним стояли министр обороны и отец. Что-то пошло не по плану, одна из машин пошла на трибуну. Все кинулись врассыпную. Брежнев посмотрел на Маргелова — командующий ВДВ оставался спокоен — и тоже не двинулся с места, решив, что так все и было задумано.

— Говорят, что в коридорах Минобороны Василия Филипповича Маргелова называли «наш Чапаев»...

— Отец был правдоруб, часто употреблял ненормативную лексику. Он блестяще владел этим «языком». Обычно шли споры, кто лучше матерится — Вася Чуйков или Вася Маргелов. И многие отдавали пальму первенства отцу. Но при солдатах и курсантах он никогда не позволял себе нецензурные выражения.

— Это правда, что Маргелов как-то заставил прыгать с парашютом полковой оркестр в полном составе?

— Оркестр действительно прыгал. Но более интересная история случилась с вашим коллегой, журналистом Тимуром Гайдаром. Ему захотелось написать о десантниках. Отец распорядился, чтобы ему показали, что такое ВДВ и чтобы у него была пара прыжков с парашютом. Журналист, мягко говоря, заерзал на стуле. Что делать? Отступать нельзя. Снарядили, приставили опытного инструктора, у которого было более тысячи прыжков с парашютом. Все прошло хорошо. А на второй прыжок батя с ним сам пошел. Прыгнули с одного самолета, один за другим. При приземлении Тимур Гайдар немного растерялся, откусил себе часть языка. Это мне рассказывал врач, который присутствовал на поле. Медики знали, что у языка есть способность быстро восстанавливаться. Журналиста «заштопали», он вернулся в Москву. А отец написал благодарственное письмо главному редактору газеты «Правда», где работал Тимур Гайдар.

— Василий Филиппович любил меткие выражения. Какие из его афоризмов хотели бы отметить?

— «Любой десантник должен быть таким, чтобы молодые женщины, любуясь им, если не отдавались ему, то хотя бы думали об этом». «Не умеешь пить водку, пей воду. Не можешь пить воду, ешь землю». «Патроны есть — еда найдется». «Сбит с ног — сражайся на коленях. Идти не можешь — лежа наступай». «Любая кривая короче прямой, ведущей к начальнику». «Не становись на пути десантника, ты рискуешь стать загадкой для хирурга».

— Про Василия Маргелова ходит множество баек. Есть те, которые вам особенно запомнились?

— Мы с братом Александром много ездили по десантным дивизиям. И везде нам обязательно рассказывали какую–нибудь историю. Вот одна из них. Приехал как-то Маргелов в полк с ревизией. А он любил встать в 6 утра, пройтись по территории, сделать зарядку, в казармы заглянуть. И вот за завтраком говорит командиру полка: «Слушай, не нравится мне у тебя. Уж больно все хорошо. Признавайся, в чем секрет?» Командир полка и говорит: «Ладно, есть у меня один прапорщик». Батя говорит: «Давай его сюда». Подходит амбал, отдает ему честь, пристально смотрит на отца. А он всегда ходил в курточке с расстегнутым воротом, где видна тельняшка. Прапорщик ему говорит: «Застегнитесь, товарищ генерал». Батя ошалел, что еще за команда? А командир полка ему шепчет: «Товарищ командующий, лучше застегнитесь, он два раза не повторяет». Вот таких прапорщиков я там встречал десятки.

Многие ребята, закончившие Рязанское воздушно-десантное училище, рассказывали, что когда Маргелов приезжал к ним, те, кто был свободен от учений и занятий, следили, как отец идет по территории с «беломориной» в зубах. Как только он бросал бычок, «трофей» тут же подхватывали, чтобы оставить себе на память. Потом приклеивали его в дембельский альбом. До сих пор парни, уходящие на дембель, в альбоме на первую страницу помещают портрет Маргелова. Прошло 28 лет, как батя ушел из жизни, а память о нем жива.

Я часто бываю на Новодевичьем кладбище. 23 февраля — в День защитника Отечества, 4 марта — в день смерти Маргелова, 9 мая — в День Победы, 2 августа — в день профессионального праздника «голубых беретов», 27 декабря — в день рождения отца, на его могиле собираются сотни человек. Приезжают ветераны-десантники, действующие десантники, молодые ребята из патриотических клубов, кадеты. Около памятника постоянно стоит флаг ВДВ.

Василий Филиппович был для бойцов «десантником №1», непререкаемым авторитетом.

«Давай, сын, распишем пульку»

О служебных достижениях Василия Маргелова известно довольно широко. Чего не скажешь о его личной жизни. Василий Маргелов был трижды женат. У него было пятеро сыновей.

— Как Василий Филиппович познакомился с вашей мамой, Феодосией Селицкой?

— Мама закончила в Минске университет, училась в аспирантуре, в это время отец ее и заприметил. Для нее он тогда был просто Васька-взводный. Целый год он ее обхаживал. Отец умел это делать. И в 1934 году они поженились. Родился мой брат Анатолий, а потом и я.

— Василий Маргелов ведь уже был женат, у него рос сын Геннадий.

— Гена родился в 1931 году. Его мать, Мария, в военном училище была официанткой, многие имели с ней отношения, но так получилось, что Маргелов оказался крайним. Вынужден был с ней расписаться. Этой женщине сын был не нужен. Отец отправил мальчонку к своим маме и папе в деревню в Костюковичи. В 1944 году, когда Гене было 12 лет, он сбежал к отцу на фронт. Умудрился добраться до его дивизии. Отец, конечно, обалдел, когда его увидел. Всыпал ему хорошенько, но делать нечего, стал Гена «сыном полка» при медсанбате. Чистил на кухне картошку, помогал ухаживать за ранеными. Его поставили на довольствие и даже сделали небольшой боевой карабин, подрезав приклад. Гена мне потом рассказывал, что, когда к медсанбату прорвались немцы, всем пришлось отстреливаться, и он стрелял из своего карабина и, как ему показалось, даже уложил двух фрицев. Потом отец определил Гену в Тамбовское суворовское училище. Следом он поступил в Рязанское высшее воздушно-десантное училище, стал лейтенантом, командиром взвода. А тогда, чтобы получить звание старшего лейтенанта, должно было пройти три года. И вот начальник кадрового аппарата принес отцу представление на присвоение очередных воинских званий. Батя их подписывал, вдруг видит в списке — Маргелов Геннадий Васильевич, и говорит: «А этому сопляку за что?» Слышит, срок, мол, вышел, прошло три года. Батя говорит: «Вот отстреляет его взвод на «отлично», тогда и присвоим». Вот вам и маргеловский «блат». Он никому из сыновей не делал никаких поблажек, а только строже спрашивал, чем с остальных.

Геннадий стал генерал-майором, служил в различных должностях в Воздушно-десантных войсках. Совершил более трехсот прыжков с парашютом. После Военной академии Генерального штаба командовал мотострелковой дивизией, был заместителем командующего армией.

— На фронте Василий Филиппович познакомился со своей третьей женой, врачом Анной Куракиной, которая дважды его оперировала, спасла ему ногу. Как вы узнал, что он не вернется в семью?

— Отец звал маму: приезжай ко мне на фронт. Но она говорила: как же я малышей брошу? Мой старший брат Толик родился в 1938 году, а я — в 1941-м. Если бы она приехала к нему, как декабристка, может быть, все было бы по-другому. В октябре 1945 года у отца родились близнецы — Александр и Василий. Мы жили в Таганроге. Мама плакала по ночам… Нам говорила: «Папа на войне». Хотя она уже знала обо всем, начальник политотдела писал ей, что отец завел фронтовую подругу.

Закончилась война, брат Толик, которому было 7 лет, сбегал с уроков, приходил на вокзал и высматривал среди возвращающихся с фронта бойцов отца. Ждал папку…

Год спустя, в 1946 году, он приехал к нам в Таганрог. В то время отец поступал в академию и несколько дней провел с нами. Помню, он лег отдыхать, а я, сопливый пацан, потихоньку свинтил у него с кителя Золотую Звезду и вышел с ней во двор. Меня тут же окружили пацаны. Потом, правда, так же незаметно вернул награду на место. Отец ничего не заметил.

— Уже тогда у вас проявлялись задатки разведчика?

— Видимо, да. Был еще один примечательный случай. В Таганроге напротив нашего дома был кинотеатр «Рот Фронт». Перед началом фильма показывали хронику или демонстрировали новости дня. И вот показывают Парад Победы, диктор говорит: «Идет сводный полк 2–го Украинского фронта, им командует Герой Советского Союза, генерал-майор Маргелов». Я как заору: «Папа!» Включился свет, все смотрят на меня. Подходит директор кинотеатра, спрашивает: «Пацан, это действительно твой папа?» Я говорю: «Да, это мой отец!» И мне разрешили приходить смотреть кино бесплатно. Я еще и дворовых мальчишек с собой прихватывал на сеансы.

— Мама замуж больше так и не вышла?

— Нет. Всю жизнь она проработала учителем биологии. Всю себя отдала нам с братом и работе.

— Вы закончили МГУ, работали в КГБ, были заместителем директора Службы внешней разведки. А как сложилась судьба вашего старшего брата Анатолия?

— Мы, все пятеро детей Василия Филипповича, считаем, что Анатолий — самый яркий из нас. У него был потрясающий интеллект, знаниями обладал просто энциклопедическими. С пяти лет он ходил в библиотеку и запоем читал книги. Школу закончил с серебряной медалью. Всю жизнь Анатолий проработал на оборонку, стал профессором, доктором наук, на его счету более 300 изобретений, в основном в области ракетной техники.

Когда Толя бывал в Москве, обязательно заезжал к отцу. Батя обожал играть в преферанс. Я в этом деле был дилетантом, как-то попробовал один раз сыграть, отец мне сказал: «Нет, ты давай с нами больше за стол не садись». Но когда приезжал Толик, он неизменно говорил: «Давай, сын, распишем пульку». Анатолий был гроссмейстером в преферансе. Всю жизнь он прожил в Таганроге, там и ушел из жизни.

Сначала не стало Толи. Потом в 2010 году умер Василий, он был прекрасным арабистом. Закончил Институт восточных языков при МГУ. Его взяли в ГРУ. Работал в Алжире, Египте, Йемене, Сирии, Ираке. Но подвело здоровье. Василий комиссовался. Потом он работал на Гостелерадио, в РГРК «Голос России». Умер от обширного инфаркта в 66 лет. В феврале 2016-го не стало Геннадия, в том же году в июле скончался Александр. Из пятерых я остался один.

Василий Маргелов дважды собирал на даче всех своих сыновей.

— Это была служебная дача, небольшой щитовой домик с гостиной и маленькими спаленками по 8 квадратных метров, где стояла казенная мебель. Жил отец очень скромно. Но и эту дачу после смерти отца отобрали. На том месте сейчас стоит роскошный особняк.

— Ни одному военачальнику, наверное, не поставлено столько памятников и бюстов, как Василию Филипповичу Маргелову.

— Их действительно около сотни, в том числе в шести городах на Украине, поскольку дивизия Маргелова освобождала от фашистов юг республики. И ни один из них, при том, что сейчас происходит на Украине, не посмели снести, хотя крушат все, что только возможно. А бюсты и памятники отцу все продолжают устанавливать. Например, звонят мне из станицы на Кубани, где живут несколько ветеранов-десантников, и говорят: «Хотим поставить бюст Маргелову».

В этом году 1 августа мы открыли памятник отцу на улице Поликарпова, в районе Беговой. 23 февраля, в День защитника Отечества, там соберутся курсанты, бывшие и действующие десантники, ребята из патриотических клубов. И не для галочки, а по велению сердца.

Сирия: угроза большой войны. Хроника событий