В наше время эту сказку принудительно раскрасили в разные краски. Но от этого она не стала более настоящей.
Цветная «Золушка» по-прежнему идет по телевизору, как привычный новогодний ритуал. Мы улыбаемся, зная каждую реплику наизусть.
«Очень вредно не ездить на бал, когда ты этого заслуживаешь»
«Жалко, королевство маловато… разгуляться негде!»
«Король я или не король?!»
И, конечно, классическое: «Я не волшебник, я только учусь».
Ну разве не странно, что в этой сказке счастливы все, кроме тех, кто нам ее подарил?
Судьбы актеров сложились неровно, с надломом. Янина Жеймо, вечная 38-летняя Золушка, навсегда осталась в образе хрупкой травести с сигаретой в руках. Юный принц Алексей Консовский с годами превратился в пожилого волшебника из шварцевского же «Обыкновенного чуда», а потом ушел в актеры дубляжа. Фаина Раневская, с ядовитым блеском сыгравшая злую мачеху, страдала от одиночества.
«Я родилась недовыявленной и ухожу из жизни недопоказанной. Я недо… И в театре тоже. Кладбище несыгранных ролей», — с сарказмом говорила она сама про себя.
Но самой печальной кажется судьба Игоря Клименкова — того самого мальчика-пажа с умными глазами и взрослой интонацией в голосе.
Он будто бы изначально был старше всех остальных инфантильных персонажей этой сказки и являлся главным двигателем сюжета. Кто подарил Золушке туфельки, не исчезнувшие в отличие от кареты и шикарного наряда? Они, единственные, были не иллюзией, а настоящие. Он же привел к главной героине и влюбленного принца.
Но сказка закончилась вместе с титрами. Клименков не стал актером, кино его отпустило.
Мне, единственной из журналистов, довелось встретиться и поговорить с ним за полтора года до его смерти, в Бахчисарае, в Крыму, где он до старости проработал гитарным мастером.
"И Мальчик-паж тоже нашел свое счастье. Он вырос, стал настоящим волшебником и однажды влюбился в дочку Золушки. Они жили долго и счастливо, а умерли в один день...".
Именно так должны заканчиваться все добрые сказки.
Но в жизни нередко случается совершенно иначе.
…Запущенный сад в десятке километров от Бахчисарая. Лето 2004-го года. Тропинки заросли травой. Скрипят простуженно ступени старого дома. Нас тут никто не ждёт.
Здесь тихо доживал своей век Игорь Афанасьевич Клименков, сыгравший когда-то в киносказке «Золушка» роль юного пажа.
Много лет назад он бежал от мира. От Невского проспекта, где жил с самого раннего детства. А может, и от самого себя...
Почему?
Наверное, волшебники тоже иногда устают делать чудеса.
Мужчина с мальчишеском взглядом
Эффектная дама, моложавая, но с седыми волосами, остановила нас возле входной двери, на границе солнечного света и сумрачной темноты неприветливого дома.
Это Ирэна Викторовна Клименкова, супруга.
— Вы к Игорю Афанасьевичу? — поинтересовалась она и тут же добавила: — Муж никого не хочет видеть. Он очень плохо себя чувствует, а точнее сказать — он покидает этот мир. Нет, я ничего не могу поделать. У него пропало желание жить, так случается…
В поздние советские времена жители Бахчисарая частенько видели на улицах пожилого мужчину с окладистой бородой и светящимся мальчишеским взглядом. Тот приезжал в городок на стареньком велосипеде, едва только солнце поднималось над горизонтом. А возвращался затемно, когда дорога таяла в тумане.
Впрочем, дорога ему была не нужна.
Старик был почти слеп. Он ехал на ощупь.
Как-то он колол дрова, и случайная щепка, отскочив от полена, попала в глаз. Срочное хирургическое вмешательство могло бы спасти зрение. Но на операцию он не согласился. Хотя жизнь вслепую практически потеряла всякий смысл. Он был гитарный мастер, этот старик, когда-то один из лучших в стране. Его имя занесли в большую энциклопедию гитарного искусства и в справочник «Художественный фонд России» на английском языке. Великая аргентинская исполнительница Мария Анида и «вторая гитара мира» Алирио Диас оставили добрые отзывы о его инструментах.
И хотя за свою долгую жизнь мастер создал всего 15 гитар — каждая из них являлась настоящим чудом. Но вовсе не из-за этого Игоря Афанасьевича Клименкова помнили люди.
«Я не волшебник, я только учусь!» — самая знаменитая фраза из «Золушки». Худенькая рука в старинной гофрированной манжете протягивает героине хрустальную туфельку.
После премьеры сказки 12-летний актер Гарик — так его прозвала Фаина Раневская — проснулся знаменитым. Мальчишка мог еще сниматься и сниматься — но сам не захотел. Его позвала музыка.
Старая новая сказка
Первая послевоенная весна. Первый детский фильм, который делают в СССР по западной сказке. В 30-е экранизировали только русские народные — «Кощея Бессмертного», «Василису Прекрасную»…
Вечный сюжет о бедной девочке, добившейся своим трудом королевской короны, изначально хотели снимать на трофейной цветной немецкой пленке. Для героини специально сшили два прелестных платья: в розовом, дебютантки, она должна танцевать во дворце, в белоснежном — выходить замуж за Принца.
Оружие для рыцарей — настоящее и тяжеленное — привезли из разрушенного тевтонского замка. Для массовки в феерической сцене королевского бала приготовили шикарные туалеты — три тысячи костюмов берлинского театра конфисковала советская армия в 45-м. Тяжелая парча и нежный панбархат целый год до начала съемок пропылились на складе.
Собственно говоря, «Золушку» сняли в том числе и потому, что выбросить эти роскошные и никчемные наряды просто так было жаль. Но — буйства красок не получилось, фильм остался черно-белым, допотопная техника подвела.
Может, оно и к лучшему.
По сказке Золушке едва-едва сравнялось шестнадцать лет.
Актрисе Янине Жеймо стукнуло уже 38.
— Ее руки на крупном плане выдавали истинный возраст, пришлось сшить для героини высокие белые перчатки, — вспоминал Игорь Афанасьевич Клименков. — Но в остальном Янина Болеславовна вела себя как обычная девчонка, в перерыве между съемок мы залезали с ней в карету-тыкву и болтали. Я лузгал семечки, Золушка курила «Беломор». С ней было легко и просто, я был очарован, по-детски влюблен…
Когда в 15 лет Игоря Клименкова пригласили на пробы в его последний фильм «Звездочка», он посмотрел на свою будущую партнершу и… обмер. Перед ним предстала юная Янина Жеймо. Девушку звали Наденькой. Она была старше Игоря, уже училась на актрису и не обращала на молоденького ухажера внимания.
Гарик разрыдался, вышел конфуз, и из картины его убрали. Свою первую любовь — будущую кинозвезду Надежду Румянцеву — он так больше и не увидел.
Доброй феей-крестной в «Золушке» стала Варвара Мясникова, постаревшая Анка-пулеметчица из «Чапая». Мачеху сыграла гениальная Раневская. «Я повешусь, немедленно ищите мое кольцо. Оно одно стоит всего вашего сраного фильма», — сотрясал ее бас окрестности Риги. На натурных съемках гранд-актриса, ко всеобщему ужасу, потеряла любимый перстень. Драгоценность была старинной, невероятных масштабов, с секретными масонскими надписями по диаметру. Киногруппа в его поисках ползала на карачках, просеивая сквозь пальцы траву и пыль. Работа была сорвана — без кольца эксцентричная звезда отказывалась играть мачеху.
«Гарик, какой же ты голодный и щупленький, скушай, детка, бутерброд», — восклицала великая актриса в добром расположении духа, когда пропажу наконец нашли. Раневская взяла единственного ребенка в группе под личную опеку.
Не выбирая выражений, ругалась она с «его величеством» Эрастом Гариным. «Хераст, ты — хам! Как ты посмел появиться перед женщиной и невинным ребенком голым?» — закатила она затрещину королю, когда тот заглянул в гримерку в одних кальсонах.
— Гарин обиделся и ушел со съемок, — вспоминал Игорь Афанасьевич. — Мы снимали как раз сцену бала, уйму людей из массовки собрали вместе — и тут такая незадача, артист пропал. Его нашли в пивнушке, вокруг толпился народ. «Кто хочет чокнуться с королем?» — своим неподражаемым голосом вопрошал пьяненький Гарин, закутавшись в пурпурную мантию.
«Я не волшебник, я только учусь!» — эта фраза пажа так и осталась самой запоминающейся из фильма. Хотя ее продолжение в пьесе Шварца звучало по-другому: «Но любовь помогает нам совершать настоящие чудеса!»
Любовь заменили на дружбу.
Наверху решили, что в устах 12-летнего ребенка, оригинальные слова будут звучать уж слишком по-взрослому.
Мужчины женятся на Золушках
— А вы знаете, что в фильме мальчик-паж женился на дочке Золушки? — поинтересовалась я у Ирэны Викторовны эхКлименковой.
— Вы хотите узнать, кем была моя мать? — улыбается она в ответ. — Я дочка выдающейся гитаристки Лилианы Гвидоновны Седлецкой. Вообще, моя жизнь чрезвычайно интересна для описания. Я могу дать интервью не хуже мужа.
Мы сидели в зале ее дома. Хозяйка прекрасно пела и прочувственно играла на гитаре, которую сделал Игорь Афанасьевич.
Сам Клименков был закрыт в соседней комнате. Слышно, как там скрипели половицы. Колыхалась занавеска, закрывающая в двери лаз для кошки Ассольки. «Это от соседей шум, Игорь Афанасьевич почти не встает», — прекратила все вопросы Ирэна Викторовна.
По ее словам, муж никого не хочет видеть, поднимается в шесть утра, но уже через несколько часов уходит к себе в комнату и запирается там.
— Он ложится на кровать, набрасывает на себя одеяла и не хочет ни с кем разговаривать. Отключается от мира, в этот момент достучаться до него невозможно. Я ведь говорила ему, что приедут журналисты. А он в ответ: «Никого ко мне не пускай!» — и опять дверь на замок.
Работать Игорь Афанасьевич тоже не мог — глаза не видели. Поэтому его гитарами занималась Ирэна Викторовна, полировала их и покрывала лаком собственного рецепта.
Хозяйка наигрывала нам затейливую мелодию на самой дорогой из гитар, с объемным и гибким звучанием.
— Эта работа Игоря не имеет цены, — печально объясняла она. — Муж делал ее четверть века. Из 300-летнего стола палисандрового дерева, который принадлежал императорской семье. Когда мародеры грабили царские покои, вещичку тайно, по частям, вынес личный мастер графа Шереметева. Игорь познакомился с этим человеком много лет спустя в Новгороде, когда тому уже было почти сто лет. Старик отдал драгоценный стол Игорю, когда понял, что умирает… Из поверхности стола муж вырезал гитару. Но сейчас мы в таком положении, что я хочу ее продать. Вот только не продешевить бы.
— А ваш муж согласен?
«Ах, свет моих очей, у меня просто нет другого выхода. Если бы вы знали, как это тяжело — жить с восторженным мальчиком-пажом…»
Общеизвестно, что все мужчины женятся на Золушках.
Мачехами они становятся уже потом, в силу обстоятельств.
С будущим мужем Ирэна познакомилась, едва ей сравнялось 17 лет. Игорю Афанасьевичу было 32 года. Она пришла к нему учиться играть на гитаре. Очаровательная девушка с роскошными волосами, она сразу поняла, что Игорь — ее судьба. И никуда его от себя больше не отпустила.
Сам Игорь Афанасьевич, по словам его жены, осознал свое счастье гораздо позже. «Он красиво рассказывал, возвышенно, о вещах необычных — любая на моем месте потеряла бы голову от такого идеалиста, — вздыхала Ирэна Викторовна. — Игорь входил в секретное теософическое общество Ленинграда, неизведанное его всегда привлекало. Но в те времена тайные оккультные знания находились под запретом. Хотя муж не боялся преследований властей, за что и пострадал: в 53-м, еще до знакомства со мной, его чуть не посадили, пришлось бросить пятый курс историко-филологического факультета и бежать…»
Бедность. Неприкаянность. Вечные скитания. Таков удел всех чародеев. И женщин, которых они выбрали в свои спутницы.
«Я любила его, самоотверженно, без сомнений, и поэтому не замечала трудностей, — вздыхала жена Клименкова. — Моей любви хватало на двоих. Вот только непонимание окружающих меня убивало. Вокруг одни шариковы, я задыхалась, люди превратились в животных. «Вы не знаете себе цены», — говорили мне друзья, а в Ленинграде грязь и тоска. Я ведь талантливая певица и актриса. Но приложить свои способности было негде. Мы решили уехать из тех мест, чтобы наконец обрести покой. Долго жили в Эстонии, в Пярну, — но и там оказалось так же, как и везде. Потом переехали в Бахчисарай. Думала, что хоть здесь вздохнем свободно. Но увы… С местными жителями никаких точек соприкосновения».
Для того, чтобы прокормиться, семья распродала старинные инструменты, принадлежавшие Игорю Афанасьевичу, кукольный театр «Светлячок».
Кукол-марионеток мастерила Ирэна Викторовна. Приглашала деревенских детей, ставила с ними спектакли. Куклы из папье-маше кажутся похожими на нее, как родные дочки.
Остались только единичные экземпляры. Нет больше и чудесной сказки про Золушку. Ее тоже продали.
— Даже мальчика-пажа себе не оставили? — поинтересовалась я.
— В моей сказке не было пажа, — пояснила хозяйка. — Я использовала другую литературную основу.
Жалость — ловушка для слабых
«Игорь всегда был таким — загорается от любой идеи, а затем разочаровывается... Из-за этого он много страдал и в один момент перестал верить в людей, ушел в себя, как в скорлупу», — уверяли меня те, кто его хорошо знал.
В 97-м году, когда праздновали 50-летие «Золушки», Игорь Афанасьевич съездил в Москву. Он решил обойти тех героев фильма, кто еще жив.
Нашел в Петербурге квартиру Марианны — актрисы Тамары Сезеневской — младшей дочери мачехи. Заглянул к ней с цветами, а застал похороны. Она только что умерла…
Вскоре выяснилось, что в живых из сказочных героев в России никого не осталось. Где-то в Америке жил помощник режиссера, эмигрировавший 88-летний Давид Вайнштейн. Изредка он звонил Клименкову, поздравлял с праздниками.
Вернувшись в Крым, Игорь Афанасьевич пал жертвой аферистов. Американские ученые якобы надумали открыть в деревеньке Счастливая, в Куйбышевской долине, что близ дома Клименкова, чудесную школу. «Будем учить деревенских ребятишек играть на ваших гитарах, получим большой денежный грант. А пока то, как вы делаете инструменты, запишем на видеокамеру», — уговаривали благодетели. Они привезли с собой какие-то приборы, вычислили ими, что в волшебной долине необыкновенное космическое свечение и чрезвычайно целебный воздух. Показания сняли на счетчик, работу Клименкова на пленку — и уехали…
Игорь Афанасьевич долго их ещё ждал.
«Только не надо его жалеть. Жалость — последняя ловушка дьявола, — как отрезала тогда жена мастера. — Уж поверьте, жизнь с ним тоже достойна сочувствия. Если Игорь что-то еще делает, смотрит кусочком зрения, дышит — то только благодаря моим усилиям. Без меня он никуда. Хоть на старости лет он это понял. А то ведь все метался, настоящее чудо искал, высший смысл. Мне все время приходилось его догонять и сдерживать. Это не для интервью, конечно… А сейчас ему нужно только одно — покой».
Ирэна Викторовна проводила меня до калитки и так и не разрешила встретиться с мужем.
Но я не могла покинуть Бахчисарай, не повидав постаревшего маленького пажа.
Время истекло
На следующее утро я вернулась к дому Клименковых. Надежды уговорить Ирэну Викторовну уже не было. Оставалось дождаться, пока хозяйка покинет дом. И прокрасться туда хотя бы тайно.
— Игорь Афанасьевич, пустите меня, пожалуйста, — стукнула камешком по окошку мастерской, где тлел свет настольной лампы.
Окно приоткрылось. Скрипнул засов.
Хозяин дома — исхудавший, с почерневшим лицом — еле держался на ногах. Молчание затянулось. Человек, открывший дверь, с трудом произнес: «Спасибо, что приехали. Только все это не нужно. Нет смысла-то… Жизнь прошла зря. Все зря. Есть не могу, желудок не переваривает. По десять часов пища в горле стоит. Скоро все будет кончено. Но мне не страшно, уже не страшно… Жаль только, что так и не удалось стать счастливым».
Он отвернулся к стене, и стало понятно, что тут уже делать нечего. Светлого юного волшебника, к которому я приехала в гости, больше нет. Сказка кончилась.
Даже волшебная палочка не поможет. Настоящие чудеса способна сотворить только любовь, в волшебной стране.
"Но за всю жизнь человек может попасть туда лишь на 9 минут и 10 секунд. И ни мгновением больше".
Это время истекло…
Игорь Афанасьевич Клименков прожил ещё полтора года и умер в марте 2006-го. Похоронен тут же, в Бахчисарайском районе, на православном кладбище. Там всего с десяток могил. Как говорят, после его смерти Ирэна Викторовна продала их дом в Крыму и куда-то уехала.
Скромный крест на могиле старого гитарного мастера летом зарастает травой, но иногда там появляются живые цветы. Поклонники оставляют их возле старой фотографии из фильма, прикрепленной на две кнопки. «Я не волшебник, я только учусь», — написано на этом снимке.
Больше ничего…
