Шекспир взял “четвертую высоту”
Московский Комсомолец № 25787 от 2 ноября 2011 г., просмотров: 887
“Сон в летнюю ночь” поставили в лабораторных условиях “Четвертая высота” — так называется международный фестиваль, который проходит в Саратове, в Театре юного зрителя им. Киселева, между прочим, первом в мире детском театре. “Высота” на этот раз посвящена Шекспиру, на постановку которого в поволжском городе тратятся считанные дни. С подробностями — обозреватель “МК”. 
Откуда такие адские сроки? Да еще при постановке Вильяма нашего Шекспира? В серьезных театрах, у серьезных режиссеров годы на это уходят, а здесь... А здесь — лаборатория для экстремалов, седьмая по счету. Один из них — куратор проекта, мультиличность на театральном российском пространстве Олег Лоевский. — Все началось с того, что еще лет десять назад я посмотрел в Екатеринбурге «Три сестры» одного известного режиссера (его уже нет в живых). Затем в другом городе его же «Три сестры» оказались точно такими же, как и в Екатеринбурге. И еще в одном городе он повторил спектакль. И тогда я понял, что в провинции нет молодых режиссеров, а в Москве молодые в ожидании, что их позовут в серьезные театры, сидят и теряют годы. Так родился формат нашей лаборатории. Формат оказался вполне подходящим для подготовки эскиза будущего спектакля, и зрители (три дня в ТЮЗе были битковые залы) своим голосованием решали — стать эскизу полноценным спектаклем или забыть его как кошмарный сон. За два фестивальных дня свои эскизы представили четыре режиссера — два из Москвы, питерец, ученик Додина, и француз. Работа над классиком в скоростном режиме принесла неожиданные результаты. Выпускница ГИТИСа (курс Олега Кудряшова) Полина Стружкова сделала Шекспира для детей. «Двух веронцев», раннюю пьесу драматурга, она сделала как сказку: высокий стиль влюбленных перевела в бытовую прозу слуг: они объясняли детям, что на самом деле на сцене с героями происходит. Опытный режиссер Елена Невежина представила на 40 минут эскиз «Двенадцатой ночи», которую решила в стиле танца на музыку Пьяцолы. И это придало Шекспиру терпкий, страстный характер. Обидно было, что такую элегантную стилистику разрушал шут со своими невразумительными монологами под гитару. Прелесть этой лаборатории не только в том, что зрители присутствуют при рождении спектакля, они бурно участвуют в обсуждении, решая судьбу будущей работы. А тут, уж извините мастера сцены, всем достается независимо от званий и регалий. Это, конечно, не нравится режиссерам, но таковы правила игры. Больше всех досталось французу Яну-Жоэлю Коллену, за плечами которого несколько постановок Шекспира во Франции. Он взялся за волшебную пьесу «Сон в летнюю ночь», и 14 актеров (в основном актрисы) развернули смешной фарс на полтора часа, который временами переходил в неуправляемый и импровизационный балаган. Ведущий специалист по Шекспиру — профессор ГИТИСа Алексей Бартошевич, уверен, что сейчас антигамлетовское время, то есть не время браться за главную пьесу Шекспира. Тем не менее режиссер из Петербурга Дмитрий Волкострелов сделал эскиз «Гамлета» на четырех человек. И как! Судьбоносный вопрос пьесы «быть или не быть?» он пропустил сквозь проблемы сегодняшнего дня у разных групп населения: от философского до бытового: брать заем в банке и выщипывать или не выщипывать верхнюю бровь — для многих это серьезная проблема. материал:
Марина Райкина |
