Делать виД успешного человека

Михаил Боярский, Вячеслав Бутусов и Пол Артурс в формате “Чебозы”

7 ноября 2008 в 17:22, просмотров: 1002

Для иллюстрации интервью с Васей Гончаровым, лидером рок-группы “Чебоза”, мы сфотографировали всех действующих участников его бэнда по отдельности и из чистого хулиганства в “Фотошопе” соединили все это в одну картинку. Получилось похоже на обложку одной из пластинок легендарной группы “Битлз”. Вася посмотрел на этот креатив и махнул рукой: оставляйте. Так выходит продолжение фотопроекта “MEGA БИТ”, в рамках которого в прошлом выпуске певица Таня Зыкина едва не усыновила поросенка. Таня делала вид, что она — Тори Амос. Почему нет? Сегодня так модно — делать вид; главное, чтоб хоть какой-нибудь концепт присутствовал.

Гончаров Василий, 24 года,  действительно молодой музыкант, который делает в современном музыкальном пространстве что-то ощутимое. Не для своей личной славы, а для музыки вообще, что в нынешних реалиях — большая редкость. Выступление “Чебозы” летом на “MEGA БИТ FEST” было ярким, “вкусным” и необходимым для того, чтобы показать — наша музыка может быть по-настоящему качественной. Мы встретились с ним, чтобы поговорить о музыке, о времени, ведь Вася — один из тех людей, которые впоследствии будут олицетворять музыкальные двухтысячные. Не зря для совместной работы над первым альбомом спустя 20 лет затишья мегазвезда 80-х Михаил Боярский выбрал именно его.

— В беседе со мной DJ Smash утверждал, что электроника сейчас популярнее всего рок-н-ролла и попсы. Ты как представитель другого фронта что думаешь об этом?

— Это глупость полнейшая. Я в этом случае чувствую себя доктором в Кащенко, который разговаривает с пациентом. Диджеи вообще самые сомнительные как музыканты артисты. Сомнительнее, чем ресторанные лабухи в Сочи. Что нужно, чтоб быть диджеем? Купить себе диджейский пульт, поставить пару дисков, можно скачать бесплатно.

Замиксовал ты “Зеленоглазое такси”, договорился с клубом, за 500 долларов там постоял. И после этого ты можешь гордо писать, что ты музыкант, у тебя есть концерты, гонорары и все такое. Я не считаю это музыкой. Если понимать электронику как нечто долбящее, монотонное, основанное на чужих семплах, с минимальным месседжем — в таком виде это никогда не победит. Песни будут править миром и останутся в истории. И тот успех, который получился, у него замешан на том, что “Moscow never sleeps” — это было некое подобие песни, а не клубного дынс-дынс.

— Но это более востребовано, чем стильная эстетская музыка “Чебозы”.

— Ну я же не могу заставить человека полюбить свою музыку. Ты можешь установить артиста на радио, написать о нем в газете, сыграть несколько концертов и так далее. Но любить насильно артиста ты не заставишь. Моя задача как артиста — максимально качественно делать то, что у меня получается лучше всего. Я не преследую цели победить диджея Смэш и шансон, который звучит во всех такси и кстати популярнее любой электроники.

— “Чебозу” называли “группой одной песни” из-за песни “Васильки” — пародии на “Stan” Эминема.

— Это вариант того, что песня, как бы она мне сейчас ни не нравилась, выжила, не будучи даже выпущенной на диске. Этот жанр — стеб — проще всего донести до массового слушателя. В этом, я думаю, и есть секрет успеха этой странной, сделанной на скорую руку, песни.

— Но вы продолжаете работу, диски выпускаете. Недавно был классный проект “Модель для сборки”, где Бутусов перепевал песни молодых музыкантов. Ты там выступал в качестве идейного создателя. Зачем тебе это?

— Эпоха революционных культурных массовых открытий прошла либо как-то затаилась. В лихие годы конца 90-х повсплывало большое количество рок-н-ролльных коллективов. А в последние годы даже на поп-сцене появляется не так много артистов. Сейчас наступила такая менеджерская эпоха. Проще что-то не сделать, чем сделать. Намного проще поставить на радио новую песню старого исполнителя, нежели новую песню нового исполнителя, потому что так вернее —  рейтинг не упадет. И я подумал, что, если маститый персонаж исполнит хорошие песни молодых коллективов, возможно, люди обратят внимание на первоисточник. Опыт был довольно забавный, в том числе и с радио. Первой мы записали песню “Фея” группы “Знаки”, она изначально была похожа на оригинального Бутусова.

Бутусов смело идет на эксперименты, он согласился участвовать в этом проекте. И на радио в исполнении Бутусова эту песню поставили, а “Знаков” — нет. Так подтвердилась моя менеджерская теория. Мы сделали целый альбом, я искал песни, привлек к работе всех лучших людей, каких только смог найти, записывал со Славой долгие 8 месяцев. Недавно переслушивал его — классный альбом. До сих пор считаю, что он звучит свежо и прикольно. Некоторые музыканты, чьи песни мы использовали, странно смотрели на нас, боялись, что Бутусов заберет у них песню навсегда. Или спрашивали: “Может, у него творческий кризис? Ему нечего петь?”. Кстати, недавно я читал, что “Машина времени” собирается перепевать песни молодых групп, типа, так никто не делал. Нет, так делали мы на проекте “Модель для сборки”. Я считаю, культурная миссия обратить внимание на молодые коллективы этим проектом выполнена.

— Как вы себя чувствуете в условиях финансового кризиса? Отменяются ли концерты?

— Меняется подход к делу. Таким коллективам, как мы, которых нет в каждом радиоприемнике, непросто гастролировать, потому что организаторы не могут оплатить весь спектр райдера, проезд и проживание семи человек.

Во Владивосток мы не ездили ни разу. Точно так же идет звукозаписывающая история. Кризис финансовый — бабок нет. Индустрия развлечения первой попадает под удар в случае финансового кризиса — люди начинают экономить, перестают покупать диски, ходить на концерты. И тем, у кого сейчас необратимо течет производство альбомов, будет очень плохо. И большая удача, если им удастся найти издателя. Что касается нас, то творческий процесс идет, песни пишутся, остановить его невозможно. Мы следим за техническим прогрессом и рентабельностью производства…

Сегодня видел звукорежиссерский пульт, на котором можно свести песню, и она сразу же появится в айподе, потом подключаешься через вай-фай и сразу можешь в айтюнс отправлять. Это после пластинки (черный диск “Чебоза”. — Прим. авт.), которую мы записали полностью по-стариковски, долго, с живыми инструментами, мы ищем пути нового музыкального развития. Может быть, с привлечением новых технологий, но кто нас знает, чем это кончится...

— Ты говорил, что хочешь струнный камерный оркестр пригласить.

— Есть такие идеи. Сейчас с одним человеком по аранжировкам работаю. Он недавно вообще пытался сделать из меня Тимбаленда. Но это банально, есть же уже Тимбаленд (смеется).

— Все бы смеялись. Да и Тимати уже называет себя “русским Тимбалендом”.

— Тимбаленд — он голова, умница, замечательный современный композитор, аранжировщик, который умеет хорошо работать со звуками, делать качественную продукцию. Тимати — это шут гороховый, который умеет хорошо делать вид. Он классно делает вид, что он черный. В клипах он делает вид, что читает рэп, хотя, если прислушаться к словам, там такая белиберда, моя мама такие стихи писала мне на школьный капустник в третьем классе. Как фрик он вполне гармоничен в этой роли.

— А еще хорошо делать вид успешного человека... Расскажи про свою работу с Михаилом Боярским.

— Она только началась, говорить об этом на перспективу рано. Вчера мы записали его голос на первую песню. Я надеюсь, что запись одной песни выльется в результате в полноценный альбом, и я сделаю все, чтобы это была его лучшая работа.

— Что за песня?

— Песня Виктора Резникова, у него осталось некоторое наследие… Исполнение Михаилом Боярским этой песни очень гармонично. Говорить о том, что я восхищаюсь Боярским, — не сказать ничего, я в жизни не мог представить, что меня сведет судьба с ним.

— Как вы познакомились?

— Этой весной в 8 утра на Ленинградском вокзале я подал ему руку и сказал: “Здравствуйте. Василий”.

— Не кажется ли тебе, что ты раскидываешься творческой энергией, работая над другими проектами. Ты мог бы эти силы вложить в “Чебозу”.

— Я вижу себя несколько больше, чем просто автор и исполнитель собственных песен. По этой причине мне интересно заниматься сторонними вещами. Закончится работа с Боярским, у меня за плечами будет еще одна пластинка, за которую мне не стыдно. То, что я поучаствовал в записи альбома “Торбы на Круче” или сделал с Бутусовым “Модель для сборки”, меня действительно не отвлекло от сочинительства, песни пишутся параллельно. Кстати, у меня есть договоренность с экс-гитаристом Oasis Полом Артурсом, что он примет участие в записи одной из наших песен. Мне будет интересно, ведь этот человек играл в песнях, которые я слушал, когда был маленьким.

— Да, а еще однажды ты шел по улице и познакомился с музыкантом из Pulp.

— Джарвисом Кокером. Мне везет на такие встречи. Это было в Париже, я направлялся от казино “Мулен Руж” в район Опера. Увидел человека, разговаривающего по мобильному телефону. Я подошел и сказал: “Извините, можно с вами познакомиться?” Он удивился: со мной? Или вы хотите, чтоб я вас сфотографировал? Берет у меня фотоаппарат. Я говорю, мол, нет — с вами. Мы фотографируемся, я спрашиваю: вы Джарвис Кокер? Он говорит: нет. Но потом сознается, типа, да, я живу вот в этом доме. Кевина Спейси видел после спектакля с ним в Лондоне, подарил ему первый альбом “Чебозы”.

— Почему для фотосессии у нас вы выбрали фотографию “Битлз”?

— Мы любим “Битлз”. Когда ты покупаешь костюм, можно выбрать какой угодно, но есть классика, которая не стареет, — вот это и есть “Битлз”. Они крутые.

— Нет мечты познакомиться с Полом Маккартни?

— О чем я с ним буду говорить? Не, у меня давно нет подобных мечтаний. Все же реально, все возможно. Если был в Лондоне, все воспринимают это, как будто ты был на луне. Купи билет, получи визу — езжай, ходи. Они все такие же люди и все ходят в туалет… Главное во всем — твое желание. Мне 24 года, я выпустил два альбома, записал альбом с Бутусовым, записал песню с Сергеем Галаниным и даже с Димой Маликовым, записываю пластинку с Боярским. Если ты чего-то хочешь, то обязательно добьешься. У меня такая позиция по жизни. И я занимаюсь музыкой в большей степени для себя.  Художники, поэты — все творчество для себя, оттого, что ты просто не можешь не петь, не писать...

Процесс идет, и я ему следую.





Партнеры