Наша экономика остается одноклеточной

Прогнозы снова провели правительство

3 марта 2015 в 18:30, просмотров: 9014

Прогнозы развития российской экономики в феврале в очередной раз обновились. Но на этот раз можно говорить о том, что оценки прогнозистов укладываются в некий горизонтальный коридор, в то время как еще в январе они представляли собой некую синусоиду с впечатляющей амплитудой противоположных оценок. Консолидация прогнозов имеет под собой очевидную базу: прогнозисты в целом сходятся во взглядах на грядущую динамику цен на нефть. Российская же экономика, что особенно четко видно по прогнозам, остается одноклеточной инфузорией-туфелькой. Во всяком случае ее будущее практически всецело зависит от цены барреля.

Наша экономика остается одноклеточной
фото: Алексей Меринов

Единый строй

ЦБ и Минэкономразвития исходят из цены нефти в 2015 году в $50 за баррель. Министр Алексей Улюкаев специально оговаривается, что это прогноз с запасом: «консенсус-прогнозы показывают более высокую оценку, но мы исходим из максимально консервативной».

При этом ЦБ прогнозирует падение ВВП в 2015 году на 3–4%. Минэкономразвития — на 3%.

Инфляция в 2015 году, как считает Эльвира Набиуллина, «может в определенный момент превысить 15%, но затем начнет снижаться». Пик роста цен, по ее словам, придется на второй квартал.

Стоит отметить, что пик инфляции, если следовать за оценками представителей российских экономических властей, постоянно сдвигается. Так, в конце прошлого года его предсказывали на январь, теперь действительно состоявшийся и продолжающийся взлет цен, оказывается, еще не пик, в том смысле, что цены по-прежнему только увеличивают скорость своего восхождения, не предполагая сбавить темп. В январе инфляция приблизилась к 4% к декабрю прошлого года, в годовом выражении рост цен уже составил почти 16%. Не исключено, что переезд пика продолжится. Хотя Минэкономразвития оценивает инфляцию-2015 в 12%.

Так сегодня выглядит ядро прогнозов на 2015 год. Вокруг ядра есть условные спутники. В качестве спутника из последних выпущенных прогнозов выступает, например, обновленный продукт ВТБ, который был представлен 11 февраля.

С точки зрения прогноза цены нефти он более оптимистичен: «Если в наших предыдущих расчетах на 2015 г. мы исходили из средней цены на нефть Urals в 83,5 долл./барр., то теперь прогноз на текущий год понижен до 58 долл./барр., а в 2016 г. мы ожидаем восстановления цены до 69 долл./барр. (в среднем за год)». Однако при этом ВТБ прогнозирует более глубокое падение ВВП: «Наш обновленный прогноз предполагает падение российского ВВП в 2015 г. на 4,5% в результате сжатия потребительского спроса и сокращения частных инвестиций. Снижение потребления обусловлено падением реального уровня заработной платы вследствие инфляционного шока». Хотя в прогнозе говорится об «инфляционном шоке», рост потребительских цен у ВТБ ниже, чем в прогнозах ЦБ и Минэкономразвития: «всего» 11% в 2015 году при снижении темпа инфляции вдвое в 2016 году — до 5,5%.

Загадки прогнозов

Сразу возникает вопрос: если безальтернативным ключом к прогнозам российской экономики является цена барреля нефти, то почему же получается только что нарисованная картина: в прогнозах ЦБ и Минэкономразвития цена барреля ниже, чем в прогнозе ВТБ, а падение ВВП меньше, чем в прогнозе ВТБ?

Получается, что разные аналитики по-разному взвешивают значение шага в цене нефти для динамики ВВП. Но это странно. Если общее место состоит в том, что прогноз снижения ВВП в первую очередь зависит от цены нефти (на повышение ВВП растущая цена нефти уже не имеет такого же магического влияния), то просто напрашивается посчитать эту зависимость. Ведь есть статистические ряды, позволяющие однозначно оценить значение этого шага. Если же аналитики уверены, что настало время эту статистическую зависимость пересмотреть, то они должны выдвигать соответствующие аргументы. Пока же возникает ощущение, что некоторым прогнозистам скучно или недосуг заниматься арифметикой, они руководствуются какими-то иными нескучными соображениями, но разнобой в арифметике вселяет недоверие к таким прогнозам.

Что же касается арифметики, то Иван Чакаров, главный экономист по России Citigroup, расставляет все точки над «i»: «Проведенный нами анализ статистических данных показал, что при снижении среднегодовых цен на нефть на $10 рост ВВП России замедляется на 1 процентный пункт. Таким образом, если среднегодовая цена нефти составит $50 долларов за баррель, спад ВВП достигнет 4%, если же она опустится до $40, ВВП сократится на 5%».

Так что с точки зрения «одноклеточности» российской экономики, если верить расчетам Ивана Чакарова, точнее других прогноз ЦБ.

Но есть своя загадка и у аналитиков Citi. Это как раз нефтяная загадка. С одной стороны, есть алармистский прогноз от Citi: 10 февраля они вбросили на рынок свой вывод о том, что в ближайшее время цена барреля нефти может упасть до $20 (потом этот прогноз стал обрастать клонами). В этом прогнозе, правда, говорится, что на рубеже первого и второго кварталов 2015 года произойдет разворот в динамике цены, разворот вселяет надежды, но с какой величины? Если с $20, то не слишком убедительны данные, которые в газете «Ведомости» 11 февраля приводит Иван Чакаров. Он пишет, что его коллеги, аналитики Citi по сырьевым рынкам, «недавно понизили прогноз среднегодовой цены нефти марки Brent до $63 за баррель (предыдущий прогноз — $80); в их базовом сценарии среднегодовая цена нефти составит $60–65 за баррель». Именно исходя из этого прогноза он предсказывает падение российского ВВП в 2015 году на 3%. Но как с этим согласуется возможное падение нефтяных цен до $20, прогнозируемое все теми же аналитиками Citi по сырьевым рынкам?

Отгадки, увы, нет. Прогнозисты верны универсальному правилу: возможно все. Что ж, на это универсальное правило есть столь же универсальный ответ, данный Мюллером в «Семнадцати мгновениях весны»: «Верить нельзя никому».

Групповой портрет российских кризисов

Хотя старина Мюллер был, конечно, прав, кризиса российской экономике все равно не избежать. Каким он будет? Это кризис не первый и не последний, так какое же место он займет в ряду себе подобных?

Его первое и главное отличие — в политической составляющей. Это кризис, из которого Россия пытается выбраться, но развитые страны ей не только не помогают, но, наоборот, толкают вниз. Откуда следует, что внешняя политика, ее успехи или провалы тут же будут сказываться на состоянии экономики. Значит, эффективность внешней политики приобретает как никогда значимое экономическое измерение.

Если же на цифрах сравнивать начинающийся кризис с кризисами 1998 и 2009 годов, то у нынешнего, конечно, есть свои особенности. Все тот же Иван Чакаров сделал заслуживающие внимания, хотя и несенсационные наблюдения.

В качестве особенности нынешнего российского кризиса он подчеркивает не только свой прогноз падения ВВП в 2015 году на 3%, но и тот факт, что замедление экономики продолжается пятый год подряд. Россия неуклонно вползала в кризис.

Это существенное отличие нынешнего кризиса от кризиса 2009 года, когда, напомним, ВВП рухнул на 7,8%. Тогда резкость падения была вызвана перегретостью экономики. Теперь резкости нет, она сглажена именно вползанием в кризис.

Второе важное отличие — более эффективная, как считает Чакаров, антикризисная политика: «В этот раз власти действовали на опережение и значительно раньше отпустили рубль, позволив, таким образом, обменному курсу выполнить свою классическую амортизирующую функцию».

Возникает вопрос, в чем будет специфика выхода экономики из кризиса. По сути, полного выхода из кризиса 2009 года так и не состоялось. Российская экономика перетекла в новый кризис. Из чего резонно сделать вывод, что выход из кризиса будет медленным.

Сравнение с кризисом августа 1998 года вообще некорректно. Хотя некоторые ассоциации с ним вызвала валютная паника, случившаяся в декабре 2014 года, которая была отражением той самой упреждающей кризис курсовой политики ЦБ.

Голос оптимистов

Уже изложенные оценки — это, так сказать, мейнстрим. Но есть и экстремалы. Вопреки обыкновению дадим слово оптимистам.

Они не витают в облаках. Вот статистика четвертого квартала 2014 года по последнему экономическому мониторингу Минэкономразвития. В годовом выражении ВВП РФ в этом квартале сократился на 0,2%, но по отношению к предыдущему кварталу (правда, без учета сезонности) рост составил 0,1%.

В целом за 2014 год экономика России выросла на 0,6%. Объем ВВП составил около 71 триллиона рублей. Более того, в мониторинге отмечается, что в декабре в России возобновился экономический рост после спада в предыдущие два месяца. Рост промпроизводства в последний месяц года составил 3,9% к декабрю-2013, а к ноябрю-2014 увеличение объемов оказалось на уровне 0,7%. В январе рост промышленности продолжился, составив 0,9%.

Значит, или худшее — впереди, или худшее окажется не таким уж ужасным. И среди экономистов (что важно — практикующих) есть те, кто склоняется ко второму варианту. Аналитики Sberbank CIB считают, что увеличение чистого экспорта и работа над замещением импорта позволят России избежать глубокой рецессии в 2015 году. Они признают, что инвестиции и потребление населения в текущем году будут сокращаться из-за сложной экономической ситуации. Однако ожидают существенного роста чистого экспорта в России, что компенсирует данные потери.

В Sberbank CIB предсказывают, что в 2015 году ВВП России сократится на 1%, но в итоге результат «может оказаться лучше, чем ожидалось». Аналитики подчеркивают, что стабилизировать экономику России позволят меры, направленные на замещение импорта.

Еще раз: верить нельзя никому. Но иногда так хочется верить хотя бы кому-то.



Партнеры