Вот это ДАйвинг!

26 сентября 2000 в 00:00, просмотров: 743

В Сиднее — как в Дилижане. В том смысле, что вода из крана здесь льется чистейшая. Я, конечно, по старой московской привычке требую с утра кипяченой — а хозяин нашего мини-отеля, дедушка Бернард, катастрофически напоминая героя Фрунзика Мкртчяна из "Мимино", принимается агитировать за "сырую": "Да вы что: у нас тут такие фильтры — ни один микроб не проскочит..." Почему это, спросите, я начал репортаж с воды? Да просто в минувший уик-энд у нас случилось сразу два "золота" в одной дисциплине — самой что ни на есть "мокрой". В дайвинге, как здесь именуют прыжки в воду. Вера Ильина и Юлия Пахалина победили на трамплине, а Игорь Лукашин и Дмитрий Саутин — на вышке. Опередив, к слову, китайцев. Ну в самом деле, не может же их "пруха" продолжаться вечно: за одни только предыдущие сутки наши южные соседи хапнули десяток медалей, из которых шесть — золотые! ...В Олимпийскую деревню я отправился, как только узнал про триумф российских ныряльщиков. И застал их, само собой, в прекраснейшем настроении — еще и потому, что никто из них, показалось, железно на победу и не рассчитывал. Обычно перед ответственными стартами заснуть для спортсменов — проблема. А тут — наоборот: выспались накануне наши лидеры Ильина и Саутин, как они мне сами признались, просто превосходно. Вера Ильина: "Сначала выиграла в нарды..." Вера — девушка железная. Не только потому, что характер у Ильиной — как у всякой олимпийской чемпионки — ой-ой-ой. А еще и потому, что прыгает она с металлическим винтом в плече: донимало оно давно, а когда стало совсем невмоготу, Вере сделали в Штатах операцию. Вообще живет Ильина по большей части в Америке, закончила американский (Хьюстонский) университет, тренер у нее американка, а "золото" принесла — России. — А перед стартом что-то подсказывало, что будет "золото"? — спрашиваю у нее. — Знаешь, к ощущениям, если честно, не прислушивались. Просто шли и делали то, что умеем. Впрочем, это самое сложное в нашем виде спорта — показать на соревнованиях то, что делаешь на тренировках. — Китаянки отпрыгали так, как умеют? — Нет — я думаю, умеют они лучше. По синхрону они хорошо прошли. А по индивидуальным прыжкам... У той один не получился, у этой — другой. А у нас все получилось! — Мне вот что интересно: насколько важна в паре психологическая совместимость? — Очень важна — делаем все-таки одно дело... Если нет взаимопонимания, поверьте — не получится ничего. А мы с Юлей в хороших отношениях — и отлично понимаем друг друга как на тренировках, так и в жизни. — Вер, на завтрак ты съела булочку с сыром. Это традиция? — Какая еще традиция! Я в этом плане неприхотлива: что дадут, то и ем, не придаю этому значения... — А бассейны делятся для тебя на удобные и неудобные? — Да. Этот бассейн — замечательный. К тому же — знакомый. Мы тут прыгали и четыре года назад, когда он только-только открылся, и в январе еще раз приезжали. — Вода везде одинаковая? — Нет. Где холоднее, где теплее... Здесь вот в январе было очень холодно — все жаловались. Но на этот раз австралийцы позаботились о том, чтоб претензий не было... Естественно, в целом в бассейне немножко прохладно — потому как включают кондиционеры для зрителей. Но вода — нормальная. — Трамплин — он коварный? — Очень коварный! Если его не поймешь — с ним тяжело. Мы так и говорим: у каждого трамплина свой характер. С ним надо еще поладить... — Что вы делаете для этого? — Надо просто почувствовать его. Понять, как работает. Для этого нужно время. Мы вот тренировались три дня — этого хватило. — А вообще-то где тренируешься? — В Москве — в Олимпийской деревне. А так живу и тренируюсь в Хьюстоне... Где лучше? Везде хорошо. У нас замечательные условия в Олимпийской деревне: и зал гимнастический, и трамплины хорошие. К тому же в Москве — Владимир Рулев, который меня всю жизнь тренировал. Он, кстати, очень сильно помог нам в подготовке синхронных прыжков... — А в Америке у кого готовишься? — У Джейн. Она здесь — ты ее только что видел... Кстати, накануне в бильярд с ней сыграли, в пул. Она выиграла, конечно, у нее вообще лучше получается. Зато потом я реванш взяла — в нардах. — А как еще время коротаешь? — С родителями переписываюсь — по электронной почте. Это дешевле, чем звонить. Хотя все равно, как отпрыгали — сразу позвонили. Несмотря на то, что в Москве было пять часов утра. Они-то все равно не спали — смотрели по "тарелке", напрямую. И были настолько счастливы, что даже говорить не могли... — Что-то читаешь тут? — Английские книжки в основном. Чтобы язык не забыть... Джон Гришем — может, слышал? — Слышал. Но не читал. — А я вот все его книжки прочитала. Здесь, в Австралии, купила. — Питание в деревне, на твой вкус, хорошее? — Да, намного лучше, чем в Атланте. И выбор есть: рыба, мясо, курица... — Что предпочитаешь? — Мясо. Особенно — стейки. Очень люблю их. Впрочем, иногда для разнообразия можно взять и курочку. Дмитрий Саутин: "Скучаю по маминому борщу!" Сами понимаете — к победам олимпийский чемпион-96 и трехкратный чемпион мира уже успел привыкнуть. И все же видно: счастлив! Насколько может быть счастлив человек, оставленный так надолго без любимой русской бани... "Тут пошли разок, а там температура — градусов шестьдесят. Ну разве это дело?" — недоумевает Дима. И я соглашаюсь: не дело. И спрашиваю, считал ли он сам себя фаворитом? — Нет, победу, если честно, не планировали... — признается. — Настолько китайцы были сильны. Они — вообще как двойняшки. Ну просто все одинаково делали. А нам... Нам хотелось просто в тройку попасть. А получилось — выстрелили на все сто! Отпрыгали, я считаю, лучшие свои попытки... До этого мы в Аделаиде были — на сборе. И там не так все получалось. День — хорошо, день — средне... Сегодня же просто сумели собраться. Очень рад. — А что с китайцами случилось? Они же хуже прыгали, чем обычно? — Знаешь, я особо не смотрел за ними. У меня рука болела. И после наших прыжков массажист ее тщательно разминал. Так что в основном Игорь (Лукашин, напарник Саутина. — А.Л.) передавал: кто как прыгнул, какая сумма баллов... — А последний их прыжок видел? — Видел. И мне показалось, они все хорошо сделали. А вот тренер — Пахалин — сказал, что чуть-чуть "разбежались" на входе. Камера у нас есть — вечерком посмотрим. — В оставшихся видах — кто главные соперники? — В индивидуальных — китайцы. В синхронных — тоже китайцы и еще, наверное, "австралы". Здесь их просто на руках носят. Стены свои — это немаловажно. Судьи могут помочь. Сегодня был наш день — а там уже будет тяжело. Другая бригада судей... — А когда судей назвали, ты что подумал? — Сегодня — ничего. Там как получилось: сначала нас представили, мы помахали ручкой — и ушли в раздевалку, а потом уже взялись за арбитров. Я даже до сих пор не знаю, кто нас судил. Если только сейчас протоколы поднять... — А что у тебя с рукой? — Шишка. Это я еще в 91-м сломал. Косточка, видно, срослась неправильно... И ведь вроде уже не болела. А недавно — опять началось. Может, от веса зависит, может, еще от чего — от переживаний, скажем, Олимпиада все-таки... Из-за руки тяжело прыгать именно с вышки. В стойку вставать больно... Еще спина болит. Тоже надо подлечиться. Может, поколоть чего... Короче, хватает болячек, хватает. Как вернусь в Россию — надо будет всерьез ими заняться. А пока — не до того! — Скажи, перед стартом нормально позавтракал? — А я вообще не завтракаю. Только кофе пью. И шоколадки чуть-чуть... Обедаю — иногда. А в основном ужинаю. После второй тренировки можно уже поесть нормально, не спеша... — В России ты где тренируешься? — Вот сейчас, перед австралийскими сборами, тренировался в Воронеже. — Я почему спросил — Борис Иванюженков, бывший министр спорта, помню, рассказывал мне: приехал туда, а у тебя бассейн с дырявой крышей. — Так и есть. Бассейну-то сколько лет? Много уже — восемнадцать. Как весна — так капель. Просто караул! Зимой — стекол не было... — А с горячей водой там как? — С ней постоянные проблемы — что дома, что в бассейне. К этому мы уже привыкли. И даже нашли выход из положения — сделали в бассейне свою душевую, только для прыгунов, поставили там прибор, нагревающий воду... Сейчас, конечно, получше, чем года три-четыре назад, — что там творилось, не передать! Но все сразу не сделаешь. Хорошо, хоть директор — нормальный человек, старается. — А ты финансово участвуешь? — Не-ет... У меня денег не хватит. Там другие суммы — с другими нулями... — Может, хоть помогаешь найти людей, которые бабки дадут? — В Воронеже тяжело кого-то найти. Особо народ не шикует... Мало, мало богатых людей. То есть они есть, конечно, но немножко другим заинтересованы. Вот футбольный "Факел" — это номер один у нас. У них все есть. То есть, хочу сказать, для них делают все что можно — какие-то базы открывают. А мне, если уж на то пошло, даже крышу не могут починить... Но, с другой стороны, тяжело сравнивать футбол и прыжки в воду. Сколько народу интересуется тем видом спорта, а сколько нашим? То-то. И все же могли бы помогать и побольше, а то одни обещания... — Но квартиру-то дали в Воронеже? — Да, в 94-м после чемпионата мира губернатор выделил. Обещали-то еще после Олимпиады барселонской, да все ждали чего-то — нет домов, нет того... Но все-таки — дали. — А в Москве жилье есть? — В Подмосковье — в Нахабине. Да-да, там, где гольф-клуб. Хорошее место. Правда, редко получается там бывать... Это мне дали за Атланту. По линии подмосковного спорткомитета. И при участии, конечно, ЦСКА — я же этот клуб представляю. Спасибо, кстати, Михаилу Мамиашвили. Хороший человек. Эх, если б все такие были, как он, понимали бы спортсменов... — В армии ты на контракте? — Да. Сейчас — в чине капитана. — А в гольф-клуб не ходишь? — Нет, это — для солидных олигархов... — Ну ладно, а в пул-то почему тут совсем не играешь? — Да мне неинтересно — с такими шарами и такими лузами... Я люблю русский бильярд. Все русское люблю — баню, бильярд... — Водку... — Можно и водки, если все здорово и у кого-то, скажем, день рождения... Вообще мне в России, честно говоря, уютнее, чем за границей. Посмотри: здесь даже в лес на пикничок просто так нельзя поехать — только, будь любезен, в специальные места для барбекю. А у нас — элементарно! ...Мы с Димой еще поговорили чуть-чуть на кулинарные темы. Выяснили, что кухню он тут предпочитает китайскую, но жутко скучает по родным блинам-пирожкам-пельменям. Сошлись на том, что нам обоим здесь прежде всего не хватает нормального супа: эх, где ты, мамин борщ! И отправился я назад, в Олимпийский парк, встретив по пути в зале игровых автоматов Андрея Кириленко, отчаянно режущегося в виртуальный баскетбол за "Юту", у которой, собственно, и стоит на драфте. Смотрел на него — и почему-то вспоминал, как Саутин признавался мне, что автоматы эти не шибко любит: "Это все для молодых. Как-то затащили — прокатился на чем-то разок да убежал гимнастику смотреть. Оно мне, знаешь, поинтереснее..."



Партнеры