Летучая мышь утонула в шампанском

13 февраля 2001 в 00:00, просмотров: 550

Даже самые буйные фантазеры не смогли бы предположить такой поворот событий. Что во втором акте “Летучей мыши” Иоганна Штрауса, премьера которой состоялась в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко, появится Виктор Шендерович — и не только представит несколько миниатюр, но еще изобразит нечто танцевальное, типа полета шмеля во фраке.

Почему во фраке? Потому, что пришел на бал к князю Орловскому — тот самый, что сто двадцать с небольшим лет восхищает поклонников оперетты своим великолепием. Помимо Шендеровича побывал на балу известный джазмен Алексей Козлов, а также те действующие лица, которые на веки вечные обречены здесь пребывать по сюжету. Все друг друга, естественно, не узнают, поскольку это маскарад и они вроде как переодеты, все смеются, поют, танцуют, причем с таким азартом, что у сидящих в зрительном зале начинает слегка кружиться голова. И не можешь понять, то ли ты с исполнителями затанцевался до безумия, то ли вместе с ними слегка перебрал шампанского, что бьет здесь фонтаном. Как вдруг яркие краски чуть меркнут, главные персонажи застывают в призрачном полумраке сцены, и откуда-то сверху на них сыплет снежной пургой, а за спиной, на огромном экране, стремительно летит видеоряд под названием “Планета Земля”. Эта мизансцена своей печальной белизной больно процарапает нарядный спектакль. Но через мгновение грусть-тоска умчится далеко-далеко, унесенная восхитительным штраусовским вальсом.

Музыкальный руководитель и дирижер Вольф Горелик, постановщики Александр Титель и Игорь Ясулович, художник-сценограф Владимир Арефьев, художник по костюмам Мария Данилова и артисты создали спектакль стильный, радостный и необыкновенно пластичный. Если первое действие несколько зависает, то второе и третье — сплошной фейерверк. Ольга Гурякова (Розалинда) восхитительна и коварна, как и подобает быть настоящей даме, а ее стремительность просто необыкновенна. Другая леди, Хибла Герзмава (Адель), нисколько не уступает Гуряковой по части женских чар и того, что можно определить как опереточный шик. Герзмава легка и изысканна, хотя играет обыкновенную служанку. Есть еще одна дама, и тоже очень впечатляющая, — это Елена Манистина, правда, выступает она в роли князя Орловского. Но это не авангардный ход постановщиков, а трюк самого композитора. Нужно было все так запутать-перепутать, чтобы представить обман во всей его карнавальной мишуре. Главное — не относиться к либретто очень серьезно, а во всем отдаться блистательной музыке короля вальса. Что и демонстрируют не только дамы, но и кавалеры: Роман Муравицкий (Габриэль фон Айзенштайн), Виктор Моисейкин (Франк), Ахмед Агади (Альфред), Вячеслав Войнаровский (доктор Фальке).

Что касается нового текста, который предложили создатели, то он в первых двух актах не блещет оригинальностью. Такие избитые словесные штучки, как “блин”, “надо чаще встречаться”, не в состоянии добавить постановке перца. Но третье действие, где в роли смотрителя тюрьмы Фроша выступает драматический артист Евгений Герчаков, идет “на бис”. Герчаков создает маленький моноспектакль, и, глядя на его пьяную пластику, слушая остроумную болтовню, зал буквально заходится от хохота. И впрямь — что значит напиться по-настоящему? Это когда руки-ноги в разные стороны или когда на глазах смотрителя начинается процесс размножения дам и кавалеров?.. Что касается характерности и остроты, то Герчаков оставляет далеко позади даже званого гостя из “Итого”. Это настоящий бенефис, который театралам нельзя пропустить. Как и саму “Летучую мышь”, задрапированную в изобретательные сценические одежды Арефьевым и одетую Даниловой в изысканные наряды от кутюр; этот легкомысленный праздник, который бурлит и пенится, как дорогое шампанское.





Партнеры