Халам — не хлам, а бунду — любовь

9 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 454

Во МХАТе им. Горького, не избалованном успехами, вышла премьера, которая дает труппе шанс на полный зал из добровольцев. Похоже, что комедия Юрия Полякова “Халам-Бунду, или Заложники любви” может вернуть в театр на Тверском бульваре массового зрителя.

Халам-Бунду — не просто набор звуков и не абракадабра, как может показаться вначале, когда седой господин в поношенной одежде делает странные телодвижения и произносит: “Халам-Бунду, Халам-Бунду”. Ему вторит супруга в домашних трениках, к которой чуть позже присоединяются гордая молодая особа и особа средних лет — соответственно внучка и невестка. Правда, у дам другой текст. Зрелая твердит что-то насчет торговли и ширпотреба, а молодая — про увольнение из фирмы. Неспокойную, судя по всему, семейную жизнь буквально взрывает внезапное появление вооруженной пары — стильного нового русского и его телохранителя.

Автор пьесы — Юрий Поляков — не новичок на московских подмостках, отменно знает законы комедии положений с ярко выраженной социальной окраской. Во всяком случае, в его пьесах вообще и в “Халам-Бунду” в частности железно присутствует интрига, жесткий внутренний ритм и, конечно же, реприза. И как выясняется, весь этот крепкий каркас пронизан наивностью, что, с одной стороны, делает пьесу трогательной, с другой — относит ее к области фантастики. Но отчего бы писателю не помечтать? Тем более что Поляков — мечтатель не кремлевский, а более чем реальный.

Так зачем, спрашивается, вооруженные бандиты ворвались в дом почтенного профессора, специалиста по мифологии Федора Куропатова (артист В.Косенков)? Не для того же, чтобы ограбить представителей неимущей интеллигенции. Новый русский Юрий Юрьевич (Павел Новиков) намерен скрыться в доме своей бывшей сотрудницы, той самой уволенной им особы, от наехавших на него конкурентов. И с этого момента события нарастают как снежный ком. Столкновение старых и новых русских под одной крышей приобретает то комический, то угрожающе трагический характер, категорически не допускающий одного — серости и невыразительности. В спектакле режиссера Сергея Кутасова все ярко, выпукло и даже чересчур.

Колоритные персонажи: предводитель дворянства Лукошкин (Михаил Кабанов) — специалист по поцелуям, а также новый русский и старые его соплеменники. Элегантный наглец с пушкой, бабушка с марксистской теорией, телохранитель с нервным тиком. Марксистская теория — вот, пожалуй, единственное, что потеряло актуальность в нынешнее время, а все остальное — как в зеркале. Жизненное правдоподобие было бы до чрезвычайности неприятно в театре, если бы не было остроумно разыграно.

Что особенно приятно, авторы спектакля не расставляют социальных оценок и не демонстрируют классовых симпатий — хамоватость богатеньких так же отвратительна, как и идейная одержимость старых. Единственное пристрастие, которое можно вменить в вину авторам, — это их пристрастие к любви. Ради чего, собственно, вся эта халам-бундинская история и закручена.

А причем тут Халам-Бунду — спросите вы? Халам-Бунду — как раз из области любви, исключительно плотской и к тому же демонстрируемой публично. Что уж совсем нонсенс для высокоморального театра Татьяны Дорониной. В общем, вы поняли — новый русский с уволенной девушкой из семьи бывших, на глазах у всех... Впрочем, режиссер Кутасов вышел из положения нескромным, но достойным образом, призвав на помощь сценографические возможности художника Серебровского.

При всем остроумии текста пьеса возбуждает на политические дискуссии. Так, на премьере в первых рядах нашелся гражданин, который чрезвычайно активно подавал реплики главным героям.




    Партнеры