Госгаз съел Госнефть

Сырье станет достоянием республики

24 декабря 2004 в 00:00, просмотров: 485

“Юганскнефтегаз” оказался в руках “Роснефти”. Что же, режим секретности в российской экономике продолжает набирать обороты.

“Газпром” не отказывается от присоединения “Роснефти”. И утверждает, что все “идет по плану” — такова официальная позиция концерна. Вопрос в том, хочет ли этого теперь сама “Роснефть”, которая в ночь на четверг перешла в другую весовую категорию.


Но теперь уже над “Роснефтью” нависло проклятие хьюстонского суда. Им только кажется, что, перекупив “Юганскнефтегаз” через цепочку посредников, они станут добросовестными приобретателями. Это все равно что на рынке прикупить шубу из-под вывески “сбыт краденого со скидкой”, а потом оправдываться, будто не сам в форточку лазил. Добросовестность покупателя определяет неосведомленность о грязном хвосте приобретаемого имущества, а не цепочка посредников.

Впереди — новый поворот. И не один. И вызвано это тем, что в Кремле существуют, как утверждают эксперты, две группировки. Одну возглавляет глава Администрации Президента Дмитрий Медведев, представляющий интересы государства в “Газпроме”. Другой руководит его зам Игорь Сечин (он на стороне “Роснефти”). При полном совпадении стратегических целей, преследуемых Кремлем (а в том, что всем процессом рулят именно из-за этих стен, не осталось и тени сомнений после того, как глава Минэкономразвития Герман Греф и руководитель Минприроды Юрий Трутнев сознались в полной неосведомленности о ходе и участниках процесса), свои цели каждая из этих групп видит по-разному.

Впрочем, считать, что Сечин просто так пошел против своего непосредственного начальника, было бы весьма смело. Но, если допустить, что кроме схемы “равноудаленности” от президента начинает работать и ельцинская система сдержек и противовесов (в неумении выстраивать которую спешили обвинить Путина), все объясняется весьма просто.

Что он нам несет: пропасть или брод? Приобретение “Роснефтью” нового актива, по всей видимости, означает победу группы Сечина. А по сути — национализацию.

После приобретения “Юганскнефтегаза” “Роснефть”, остающаяся до сих пор госкомпанией, резко повышает свою капитализацию (рыночную стоимость) с $7 млрд. до $16 млрд. А это значит, что при слиянии с нефтяными активами “Газпрома” можно не жертвовать всеми 100% акций “Роснефти”, а отдать гораздо меньше. И государство сумеет получить контрольный пакет в “Газпроме”.

Только непонятно, зачем было городить столь сложный огород? Такой же результат добивался банальным срывом аукциона. Единственное объяснение — на тот момент в Кремле победили “законники”, а не “чистые силовики”. Зато теперь мы можем быть уверены хотя бы в одном. Оставшиеся деньги за “Юганскнефтегаз” ($7,6 млрд.) обязательно поступят в госбюджет. Другой вопрос — откуда у “Роснефти” возьмутся такие деньжищи. Скорее всего, оттуда же, откуда появились почти $2 млрд. у фирмы с трехдневной историей. Кстати, никто не обратил внимания на то, что за последние 2 недели золотовалютные запасы ЦБ сократились на $1,8 млрд. (Напомним, что задаток для участия в аукционе по “Юганску” составлял $1,7 млрд.) В условиях, когда перед новым годом все экспортеры еще активнее сдают валюту Центробанку, чтобы заплатить рублевые налоги и спать спокойно.

И последнее. Сейчас активно обсуждается законопроект о создании Общественной палаты. Пустая трата времени. Она, похоже, у нас уже есть. Судя по реальному владению процессами в экономике и степени влияния на нее, на эту роль вполне подходит наше нынешнее правительство. Только тогда за неудвояемость ВВП и все остальное и спрашивать надо не с них, а с тех, кто манипулирует реальными процессами из-за высокой стены.


Из досье “МК”.

14 сентября было принято решение слить вместе нефтяные активы “Газпрома”, в котором государство имеет 39% акций с государственной НК “Роснефть”. Для этого планировалось осуществить приватизацию “Роснефти”, передав 100% госакций в новое ОАО “Роснефтегаз”. Параллельно “Газпром” создавал дочернее ООО “Газпромнефть”, куда выводились все его нефтяные активы. В результате государство получало в самом “Газпроме” контрольный пакет акций — 51%, и уже через него продолжало контролировать новую нефтяную компанию. Похоже, теперь государству не нужны посредники для управления новым нефтяным монстром. Даже такие, как “Газпром”.





Партнеры