Стенд-ап над Эйфелевой башней

Тележурналист Олег Шоммер: “Да простят меня француженки…”

5 июня 2006 в 00:00, просмотров: 2748

Он брал интервью у Жака Ширака, был гостем Жерара Депардье, встречался с самым знаменитым пиратом прошлого века Бобом Денаром и чуть не съел платье Мадонны. Французы принимали его за своего, а русские — за француза. Сегодня Олег ШОММЕР дает интервью “МК”


— Не успел я приехать в 96-м собкором ОРТ во Францию, как сразу произошел очередной теракт в парижском метро. Взорвались бомбы на станциях “Сен-Мишель” и “Монпарнас”. Мы с оператором вели репортаж с места трагедии. Правда, тогда еще не работали в прямом эфире, поэтому было проще.

— Вы освещали и другую драму — гибель принцессы Дианы в тоннеле.

— Диана разбилась в 350 метрах от моего дома, поэтому мы с оператором были одними из первых журналистов, оказавшихся на месте катастрофы в тоннеле под мостом Альма. Я даже нашел деталь от “Мерседеса”, которая отлетела метров на 100, и передал ее следствию как улику.

— Какие еще драматические события остались в памяти?

— Авиакатастрофа над Боденским озером, когда разбился самолет с российскими детьми. Обломки самолета, запах керосина, разлитый в воздухе, горе родителей — страшные впечатления. При мне произошла и гибель “Конкорда”, рухнувшего на населенный пункт рядом с аэропортом Ле-Бурже. Может быть, покажется кощунственным, потом части этого самолета распродавали на аукционе. Но Запад есть Запад. Я застал и ураган, который в 99-м пронесся над Парижем и причинил колоссальный ущерб кладбищу Сент-Женевьев-де-Буа, где покоится прах многих русских. Там лежат Иван Бунин, Александр Галич, Зинаида Гиппиус, Рудольф Нуреев, Андрей Тарковский. Кладбище выглядело как после бомбежки. После репортажа на корпункт обрушились сотни звонков из России с вопросом: “Чем помочь?”

— Скажите, Олег, во Франции особое отношение к иностранным журналистам?

— Может быть, своим оказывается какое-то предпочтение, но правила для всех одни. Если позволено, то всем, запрещено — нельзя никому. Ни связи, ни деньги, ни подарки ничего не решают. Французы — большие бюрократы, но если тебе назначают встречу через месяц в 16 часов 15 минут, то все будет сделано точно в срок, не раньше и не позже. Бесполезно просить о более ранней встрече — чиновники перестают разговаривать и кладут трубку.

— После этого, наверное, к московской жизни трудно привыкать?

— Да, без связей и знакомств у нас мало чего добьешься. А ценность человека определяется толщиной его кошелька. Потому все сейчас стараются не работать, а подзаработать. Не хватает и французской доброжелательности. Что творится на дорогах! Тебя подрезают справа и слева, владельцы дорогих машин ведут себя так, словно едут на танке. Еще несколько лет назад Франция занимала первое место в Европе по количеству ДТП со смертельным исходом. Ширак объявил безаварийную езду национальным приоритетом. И сейчас Франция на первом месте по безопасности движения. Максимальная скорость на магистралях 130 км в час. Вся страна покрыта сетью радаров, но об этом предупреждают за 5 километров. Водители законопослушны, даже в пробке на десятки километров никто не съедет на резервную полосу — она всегда свободна. Штрафы там драконовские, и если разогнаться до 180, можно угодить в тюрьму.

— Вы отработали во Франции 9 лет. С легким сердцем передали корпункт новому собкору Жанне Агалаковой?

— Ей остался большой видеоархив. У нее опытный оператор, Евгений Величко, с которым мы проработали почти 4 года. Правда, пока ей помогают наши собкоры из Англии и Германии, когда требуется оперативность и эксклюзив. Так было во время беспорядков и погромов в Париже. Но это не беда. Ведь нужно время, чтобы освоиться, познакомиться со страной, ее особенностями, выучить язык.

— Сенсации случаются не каждый день, но в жизни страны много событий, в которых есть “вкусненькое”.

— Например, в Париже каждый год проводится международный шоколадный салон. Его предваряет дефиле, в котором участвуют топ-модели, звезды кино. Все они одеты в платья из шоколада. Естественно, что долго по подиуму ходить нельзя — туалеты тают на глазах. За кулисами мы встретили топ-модель Адриану Карамбо. Я попросил разрешения попробовать ее шоколадное платье. Она полюбопытствовала: “А какую часть вы хотите?” Увы, от декольте ничего не осталось, кроме двух изюминок, но к изюму я равнодушен. Так что ограничился подолом. Вкуснее шоколада я не ел.

— На хлебной выставке тоже были искушения?

— Запах свежего хлеба просто сводил с ума. Хотелось съесть все. А Жан-Поль Готье представлял коллекцию платьев, сделанных исключительно из хлеба, в том числе точную копию платья Мадонны. Самое пикантное место украшали круассаны. К концу дня организаторы недосчитывались бретелек, пуговиц и прочих мелочей. Помимо посетителей на хлебный аромат слетелась стая ворон, которые атаковали стеклянный купол, как в фильме Хичкока.

— Приходилось чувствовать себя папарацци?

— Не раз, особенно в Каннах, чтобы успевать за звездами. Мне повезло взять интервью у Депардье в его доме. Он мало кого из журналистов приглашает к себе , из российских я точно был первым. Мне помог друг — художник Георгий Шишкин. Он известный портретист, живет в Монако. Когда я узнал, что портрет заказал и Жерар Депардье, родилась идея: взять интервью у актера, когда он позирует художнику. Депардье согласился, и мы поехали к нему. Пока ждали, служанка выболтала все секреты: “Жерар поехал мириться с Кароль Буке”.

— А как вам французские женщины?

— Да простят меня француженки, но есть такое выражение: страна лучше, чем ее жители. Как-то я делал репортаж с конкурса красоты, где выбирают “мисс Франции”. Познакомился с председателем жюри Аленом Делоном и спросил о его предпочтениях. “Я, конечно, знаю толк в женщинах, но! Я был в России и могу сказать, что таких красавиц больше не видел нигде, — сказал он и добавил: — Лучше бы вы захватили какую-нибудь вашу соотечественницу, и я уверен, что она заняла бы здесь первое место”. Наши женщины, если любят, готовы на все, практичные француженки на такое не способны.

— Говорят, что французы довольно прижимистые.

— Они экономные. Очень высоких зарплат нет, в среднем зарабатывают порядка 2,5 тысячи евро. При этом учтите, что обычный батон стоит полтора евро. Минимальная зарплата — 1200 евро. Многие живут в кредит. Молодая семья, к примеру, может сразу получить кредит на квартиру под 3 процента годовых, который может растягиваться на годы. Каждый француз чувствует себя социально защищенным, у него такие же права, как у президента. Одежда, автомобили, даже квартиры для французов — совсем не главное. Этим никого не удивишь. У них свой стиль жизни: практичность, удобства, минимум проблем и максимум свободного времени. Француженка проснулась, умылась и натянула первое, что попалось под руку. Во всяком случае, так кажется, когда встречаешь представительниц прекрасного пола на парижских улицах. Если на высоких каблуках, то это точно женщина из России.

— Чем занималась ваша жена в Париже?

— Жена была занята воспитанием сына и моральной поддержкой мужа. Олегу Олеговичу пришлось нелегко. Он учился в двух школах параллельно: русской школе при посольстве и французском лицее. Затем закончил колледж. Сегодня он студент университета “Париж-2”, изучает международное право. Но во Франции не останется, хочет вернуться в Россию. На каникулах сын работал мойщиком на фирме по прокату эксклюзивных автомобилей. Теперь получил профессиональные права и в свободное время подрабатывает водителем. Владелец фирмы Владимир Рэн — потомок русских эмигрантов первой волны. До революции его дед был генералом, а Семен Михайлович Буденный служил у него денщиком. Фирма обслуживает богатых клиентов. Случаются казусы. Однажды пришел заказ от Катрин Денев и достался шоферу из бургундской глубинки, который даже имени французской звезды не слышал. Он приезжает по адресу, дверь открывает актриса. “Здесь проживает мадам… Катрин Денев?” — чуть не по слогам выговорил он. “Здесь”. — “Передайте ей, чтобы поторапливалась, машина ждет”. Мадам была в шоке.

— Обеспеченные клиенты, наверное, дают хорошие чаевые?

— Это не так. Чем богаче пассажир, тем меньше чаевых он дает. Сын рассказывал, как один шофер день и ночь возил Арнольда Шварценеггера и получил всего 10 долларов “на чай”.

— Случались с вами непредвиденные ситуации?

— Сколько угодно. Однажды мы с оператором поднялись на воздушном шаре над Парижем. На высоте Эйфелевой башни устройство заклинило, и мы не могли опуститься. Часа два болтались в воздухе в свободном полете. Это был мой лучший стенд-ап.

— Чем сейчас занимаетесь?

— Я принял предложение возглавить журнал “Столичный стиль”. Стиль как образ жизни… Париж — Москва. Есть с чем сравнивать.




Партнеры