Марафон “всё включено”

Чемпионка Европы Ирина Коваль бегает даже на работе. Во время обеденного перерыва...

1 ноября 2006 в 00:00, просмотров: 302

Удивительная женщина — почетный гражданин Каширского района Ирина Коваль. Маленькая, худенькая, веселая. Даже не верится, что она умеет бегать целые сутки. И даже двое суток. И пробежать за эти 48 часов 369 километров 146 метров... Нет, можно, конечно, остановиться, покушать и даже поспать. Но, как Ирина сама говорит, чем реже останавливаешься — тем больше у тебя шансов выиграть. Вон наши основные конкурентки-японки — так вообще как машины бегают, даже рис едят на бегу палочками.

Заслуженный мастер спорта, 4-кратная чемпионка мира и 7-кратная чемпионка Европы по 24-часовому бегу, 2-кратный обладатель Кубка мира по 48-часовому бегу раскрыла корреспонденту “МК” профессиональные секреты...

Впрок не наспишься

— Ир, и сколько вы за сутки пробегаете?

— Ну вот, например, на последнем чемпионате Европы, который проходил в итальянской Вероне 23—24 сентября и который я выиграла, мой результат был 229 км 453 м.

— То есть вы бы могли из Каширы, где живете, спокойно прибежать на это интервью?

— И обратно... Нет, не смогла бы. Надо, чтобы кто-то со мной рядом ехал на авто, кормил меня и поил, чтобы была возможность переодеться... Давайте, я объясню, что такое суточный бег. Соревнования проводятся, как правило, по замкнутому кругу. Длина круга зависит от организаторов. Чаще всего участники бегут по твердому покрытию — шоссе или стадиону. Потому что сутки бежать по пересеченной местности очень сложно. А на замкнутой трассе очень удобно кормить спортсменов, предоставлять им воду, туалет, места для переодевания и отдыха. Но на самом деле, чтобы показать результат высокого класса, отдыхать или тем более спать нельзя.

На сегодняшний день суточный бег судит система “Чемпион чип”. К ноге прикрепляется электронный чип, и компьютер считает, сколько километров ты пробежал. Смысл в том, что спортсмену даются сутки. Кто больше километров за эти сутки преодолел — тот и выиграл...

— Питание у вас, наверное, особенное?

— В основном спортсмены принимают соки, чай, кофе... Ту пищу, которая дает и воду, и энергию. Хотя у каждого индивидуальный подход. Лично я не только пью во время бега, могу жидкую кашу съесть.

Но все зависит от погодных условий. Как-то раз во время чемпионата России жара стояла страшная, я выпила за 100 километров 10 литров воды... А некоторые бегуны макароны с мясом едят. Печенье и шоколад жуют все время. Очень интересно за японцами наблюдать — они рис палочками прямо во время бега едят. Быстро-быстро так... Я такими моментами просто любуюсь.

— С таким объемом жидкости почки нормально справляются?

— Как раз к почкам нет претензий. Ноги могут заболеть, что-то еще... Но никак не почки. Напитки же я чистые употребляю. Более того, если в обычной жизни я могу выпить что-то с добавлением химии, то во время соревнований организм такую жидкость отторгает. Сильно обострены запах и вкус.

— Вы сказали, что есть места для отдыха. Кто-то даже спит на дистанции?

— Да, как правило, бегуну разрешается отдыхать. Для этого есть специальные места, куда можно уходить, предупредив судью. Но, я повторяю, в условиях жесткой конкуренции, если ты ушел отдыхать, то потеряешь время и километры. И никогда уже не наверстаешь.

— Получается, что перед соревнованием вам надо как следует отоспаться?

— Если работа позволяет... Но специально спать не приходится. Просто последние три недели надо соблюдать режим. А так — ведь как впрок не наешься, так и не наспишься. Нет, сутки без сна для меня — это нормально. Я могу и двое суток без сна бежать. То есть это, конечно, не очень нормально. Но такой уж вид спорта я выбрала!

“Японец потерял сознание за полчаса до финиша”

— А как организм реагирует на нагрузки? Спать хочется?

— Бывают моменты, особенно ночью, когда трудно. Приходится пить крепкий кофе. Потом отпускает. И, как ни странно, после суточного бега спишь как обычно. Реакция на отсутствие сна — это еще не самое страшное. Самое страшное — нагрузка в течение суток на мышцы, сухожилия, суставы, связки... На мозг опять же! Не смейтесь. Это такой вид спорта, где нужно иметь трезвую холодную голову. Люди со взрывным характером, которые в душе спринтеры, не смогут бежать сутки. Потому что они единовременно выплескивают энергию и потом не выдерживают. Надо быть спокойным по жизни. Ведь когда начинаешь бежать, хочется рвануть. Но необходимо себя остановить, не видеть, что вот соперницы далеко вперед убежали... Если ты переборщил со скоростью в начале, в конце обязательно не хватит сил.

— Кому сил не хватает, не падают в обморок на финише?

— Да легко! И много раз... В 2003 году в Нидерландах, где одновременно проходил чемпионат мира и Европы, очень сильно, на победу, бежал японец. И что случилось? Когда до окончания 24-часовой гонки осталось буквально полчаса, он упал. Вот как бежал — так и упал. Значит, исчерпал все свои силы. Просто потерял сознание. Честно говоря, не знаю, что с ним дальше было.

— А сколько на восстановление уходит?

— У всех по-разному. Если говорить обо мне, то после первых своих суток я вообще не бегала недели две. Потом потихоньку-потихоньку стала восстанавливаться. И только через два месяца вернулась в свое обычное состояние. Сейчас за плечами около 30 суточных соревнований. И мне хватает недели реанимироваться. Конечно, я не чувствую себя в полной мере нормально. Но бегать могу.

— Вам не скучно бежать целые сутки?

— Бежать сутки не скучно, а тяжело морально и физически. Приходится не только терпеть боль, надо показывать результат. Ситуация бывает такая: во время бега что-то заболело, проснулось в коленке. Я, например, если почувствовала где-то дискомфорт в организме, стараюсь не обращать внимания. Представить, что это вообще не у меня болит... Думать о том, как тяжело и сколько осталось еще до финиша, станет еще труднее. Легче не думать.

— Интересно, вы медитируете во время бега?

— Нет, я музыку слушаю. Мне кажется, это нечто похожее. Подбираю что-нибудь бодрящее. Бардов, например. Нет, тяжелый рок не люблю. Попса или что-нибудь ритмичное хорошо подходит. Не беру классику, я под нее уснуть могу.

А кто-то бежит, углубившись в себя. На фоне общей усталости они ничего вокруг не замечают. С таким человеком поздороваешься — он не услышит. Бывает, что, если бегун не слушает музыку, он смотрит по сторонам, разговаривает... В принципе, мы бегаем на таких скоростях, на которых можно и поболтать. Конечно, все время трепаться не будешь, но парой слов почему бы и не переброситься? Мы же все друг друга знаем. Поэтому обсудить можем все: начиная от качества трассы и заканчивая просто новостями. А вот японки, например, бегают очень методично, как роботы.

— Судя по всему, японцы сейчас наши основные конкуренты?

— Они в последнее время очень наращивают свое мастерство. Но в Тайване нам все же удалось их обойти. У нас очень сильная сборная: Людмила Калинина, Ирина Реутович, Галина Еремина и я. Мы уже лет 10 лидируем в мире.

Молодым сюда дороги нет

— Вы говорите, что у вас постоянная компания. Новички ее пополняют?

— Давайте возьмем женщин. В чемпионате мира участвуют 15—20 человек. Из них за последние 5 лет 2—3 новых имени. Остальные — старая основа.

— Почему так мало новых спортсменов?

— Понимаете, это такой вид спорта, куда просто так не придешь. Вообще, мое личное убеждение, что суточным бегом нельзя заниматься девушке или молодому человеку. Это вредно для несформировавшегося организма, очень большая нагрузка на мышцы и суставы. Такой спорт может нанести необратимый вред, который невозможно будет никак исправить. Более того, я считаю, что бежать сутки должна женщина, которая уже родила детей.

— А кто у вас самый “возрастной” участник?

— А по возрасту нас, естественно, никто не ограничивает. В сборной России есть Римма Пальцева, 48-го года рождения. Так она последние 10 лет стабильно пробегает чуть более 200 км, и мы знаем, что она никогда не сойдет с дистанции. Во французской команде мужчины бегают в 50—60 лет и всегда занимают призовые места.

— Из других видов спорта к вам приходят?

— Да, из лыжных гонок. Похожий вид — на выносливость. Или, например, специализируется человек на дистанции 10 км, потом — 15, потом — 20 и так далее... В итоге — к 35 годам попадает в нам.

— А вы как попали?

— Я с детства лыжами увлекалась, бегала за сборную института. В беге свои первые 20 км преодолела в 87-м году по Садовому кольцу. В 89-м пробежала первый марафон... И тренеры, глядя на меня, говорили, что чем длиннее дистанция, тем для меня лучше. Я умею терпеть, есть природная выносливость... В 1995 году я впервые участвовала в чемпионате России по суточному бегу и сразу выполнила норматив мастера спорта международного класса. А с 2001 года я еще и в Кубках мира по двухсуточному бегу участвую.

— Как можно двое суток в закрытом помещении бегать?

— Для меня это идеальные условия. Нет солнца, дождя, перепадов температуры, нет ни ночи, ни дня... Одежду менять не нужно. К тому же ровная поверхность. Такой Кубок мира традиционно проходит в Чехии, в Брно, в павильоне выставочного комплекса. Помещение с высоким куполом и круг 250 метров. Кстати, когда мы бежим по кругу, каждые четыре часа меняем направление.

“Работаю ведущим экономистом”

— Где же вы для тренировок место находите?

— К примеру, у меня через три месяца чемпионат мира. И тогда мой тренер Алексеев, заслуженный тренер России, в течение этого периода каждые выходные ищет, где можно поучаствовать в марафоне. Конечно, не всегда удается, но довольно часто. Потому что бежать 50—60 км просто так, дома, довольно сложно. А если где-то проходят соревнования на длинные дистанции, то почему бы не побегать? Сразу двух зайцев убиваешь: и тренируешься, и участвуешь...

— И выиграть можно.

— Нельзя. Как нельзя бегуну на 10 км выиграть стометровку. Это совершенно другой вид. Но иногда выигрываю!

— И вы каждые выходные находите где бегать?

— Конечно. Летом в Московской области всегда можно найти старты на 20—30, а то и больше километров. Соревнования эти демократичные: приезжаешь, регистрируешься — и вперед. Хотя у нас все-таки мало люди бегают. Во Франции каждый год выходит талмуд, где обозначены все соревнования на год. И в день можно найти до сотни турниров. Но у меня не хватает ни соревнований, ни времени, поэтому приходится тренироваться в обеденный перерыв. Я работаю ведущим экономистом на Каширской ГРЭС. И вот когда наступает обед, я вместо того, чтобы идти кушать, бегу. От 12 до 18 км успеваю пробежать.

— Когда же вы детьми успеваете заниматься?

— Они у нас уже взрослые. Старшему, Павлу, 26 лет. Младшему, Евгению, — 22. Тоже своего рода экстремалы. Оба лыжными гонками увлекались. Паша участвовал в супермарафоне Москва—Варшава в составе юношеской команды, в беговой эстафете “Тур-де-Франс”, пробежал шесть марафонов. А сейчас перешел на японскую борьбу айкидо. Младший — студент. Оба байкеры. Непонятно, откуда это взялось, но это так. По профессии же оба сына программисты.

— Похоже, основная часть домашних забот на плечах мужа? Он у вас не бегает?

— Раньше бегал марафоны, теперь ограничивается 10-километровыми дистанциями. Но говорить, что большой частью домашних дел он занимается, я бы не стала. Хотя, когда дети были маленькие, муж частенько с ними оставался на несколько дней и даже недель. Ничего, не жаловался. Сергей всегда старается меня морально поддержать.

— Ирина, вот если честно, когда же вы отдыхаете?

— Вот сейчас и отдыхаю, когда даю интервью “Московскому комсомольцу”. И когда читаю вашу газету. Кстати, наша семья выписывает “МК” в течение 26 лет...




    Партнеры