В России узаконены убийства детей

Пока они в утробе матери, с ними можно делать все что угодно

9 апреля 2008 в 17:07, просмотров: 1077

Это звучит жутко, кажется невероятным, но это факт: в России можно безнаказанно убивать нерожденных детей. Причем речь идет не об абортах на ранних сроках. А о тех детях, до появления на свет которых остаются лишь считаные дни.

Таков наш закон: пока человек не родился, юридически не является он человеком. Это очень удобно для медиков, но часто приводит к жутким трагедиям.

Семья Корниенко из приморского Калининграда узнала это, потеряв двоих близнецов. Они умерли еще в утробе. А врачи остались абсолютно чисты перед законом.

 

История этой семьи потрясла весь Калининград. В 2003 году уличный подонок зарезал 17-летнего красавца-спортсмена Димку. Описать, что пережили тогда его родители, Сергей и Люба Корниенко, невозможно. Единственное, что их спасало, — надежда родить еще раз.

И вот вроде бы судьба улыбнулась им: Люба забеременела, да еще и двойней! Но родиться сыновья так и не успели — врачи не спасли их в материнской утробе.

…Убийца Димки отбывает пусть и небольшой, но срок. А вот убийц нерожденных малышей вряд ли удастся посадить. По нашему “самому гуманному в мире” закону человек не является человеком до тех пор, пока не родится. Если его убили в утробе — убийства как бы и не было.

Жизнь Сергея и Любы перевернулась 24 мая 2003 года. Последний звонок в лицее “Ганзейская ладья”, где учился их сын Дмитрий, стал для него действительно последним. Вечером на центральной улице Калининграда к выпускникам подошли два отморозка. Начали приставать к девушкам, нарываться. Когда ребята вежливо попросили их идти своей дорогой, те полезли с кулаками. Димка (рост 182, пловец) положил нападающего на асфальт, второй хулиган испугался и убежал. Выпускники собрались уходить, когда уложенный на лопатки вскочил, догнал их и со словами: “Постой, мы с тобой еще не разобрались!” — нанес Диме 5 ударов ножом. Юноша скончался от потери крови по дороге в больницу…

У убийцы оказалась “крутая” мама, и дело было квалифицировано в суде не как умышленное убийство, а как… самооборона. Несмотря на показания многочисленных свидетелей.

— Смерть сына стала для нас громом среди ясного неба — даже в самом страшном сне не могло такое присниться! — рассказывает Сергей. — Жизнь потеряла смысл. И единственное, что нас тогда спасло, — мечта родить еще раз. Возраст пока позволял.

Беременную двойней лечили… голоданием

С 2003 года они жили лишь этой мечтой. В 2004 году Люба забеременела, но через два месяца случился выкидыш. Тогда супруги решили сделать ЭКО. Лишь в 2007-м, после нескольких неудачных попыток, долгожданная беременность наступила. УЗИ показало у 44-летней женщины двойню.

Беременность давалась Любе непросто: сильный токсикоз, частые госпитализации на сохранение в 1-й областной роддом Калининграда, где женщина наблюдалась. Развитие плодов было хорошим и шло даже с опережением графика.

А вот отношение врачей настораживало супругов с самого начала. К примеру, когда приступы токсикоза были особенно сильными (Люба голодала неделями), медики отмахивались — ерунда. И лишь после настойчивых просьб соглашались предоставить беременной процедуры “на коммерческой основе”.

Насмотревшись на отечественную медицину, супруги решили рожать в Польше (благо до нее от Калининграда рукой подать). 7 ноября 2007 года поехали туда на комплексное обследование. Анализы, сделанные на современной аппаратуре, показали: мальчики развиваются прекрасно. Очередную “явку” Любе назначили на 27 ноября.

А вечером 17 ноября у женщины появилась резкая боль в правом подреберье. Боль нарастала, и в двенадцатом часу ночи муж позвонил врачу-акушеру роддома Ирине Васильевне, у которого наблюдалась Люба. Та ответила: “Вызывайте “скорую”, я в отпуске”. Врач “скорой” предложил поехать в больницу. Договорились так: если обезболивающий укол не поможет в течение двух часов, муж отвезет жену в скоропомощную больницу сам.

Утром 18 ноября Сергей повез Любу в Больницу скорой медицинской помощи (БСМП). В приемном покое он объяснил: жена беременна двойней, срок 31 неделя. Врачи вынесли вердикт: срочная госпитализация. Люба не хотела, но хирурги настояли: мать должна думать о детях и находиться под наблюдением!

“Наблюдение” было странным. Полдня к женщине не подходили, и когда муж потребовал объяснений у дежурного врача, последовал ответ: “Не волнуйтесь, все под контролем, мы знаем, что делаем”.

В воскресенье вечером Сергей засомневался, стоит ли оставаться в этой больнице. Но понадеялся, что в понедельник придут врачи, заработают лаборатории. В понедельник Любе и вправду сделали УЗИ и взяли анализ крови. К тому времени она ничего не ела вторые сутки (не могла даже смотреть на еду, а если что-нибудь и съедала, ее рвало), боль не утихала. Анализы же показали, что все в порядке. Врачи подозревали у женщины обострение гастрита или панкреатита (хотя, как потом выяснилось, ни того ни другого не было). И назначили уколы ношпы и… голодание. Мол, как еще лечить беременную, если большинство лекарств ей нельзя?..

Не раз супруги просили вызвать акушера из роддома, но им говорили, что ни к чему это: нет ни угрозы прерывания беременности, ни преждевременных родов. В понедельник вечером друзья-медики Сергея позвонили ему и начали уговаривать срочно увозить жену из БСМП: “Ее погубят, ни один хирург без разрешения акушера не имеет права к ней прикасаться и назначать ей лечение!” Напуганный Сергей тут же стал требовать “скоропомощников” вызвать жене “неотложку” и переправить ее в роддом. Те сначала попытались, но потом спохватились: а кто принял такое решение? И когда узнали, что сам Сергей, заартачились: да кто вы такой, такие решения могут принимать лишь врачи! Сергей заявил, что врачей возле жены не наблюдает вторые сутки. И тогда врач появился в Любиной палате.

“Ну что вы паникуете, никакой угрозы нет!” — успокоил он будущих родителей. И даже согласился поставить оголодавшей беременной капельницу для поддержания организма без еды. После нее Любе стало чуть лучше.

А Сергей поехал в 1-й роддом — просить врачей, чтобы те забрали жену к себе. Найдя дежурного акушера, он объяснил ситуацию и попросил разрешения самостоятельно привезти Любу к ним. Но врач ответил: “Вы с ума сошли? Думаете, у беременных не болят желудки, печень? А если у нее аппендицит? Кто ее здесь будет лечить и оперировать? Раз ее там держат хирурги, значит, есть хирургическая патология. Если бы были нужны акушеры, нас давно бы вызвали”.

В общем, хирурги Любу не отпускали, а акушеры не принимали…

“Их убивали медленно, прилюдно и равнодушно”

Во вторник Сергей, поняв безвыходность ситуации, предложил жене поехать на машине в Польшу. Но Люба была уже так плоха, что сомневалась, что выдержит дорогу. Ее рвало коричневой слизью. Сергей пошел к завотделением в очередной раз требовать лечения беременной, которая мучается болью и третьи сутки не ест. И опять ему ответили: “Не горячитесь, угрозы детям нет. Жена недоест, а они свое возьмут”. И продолжали лечить голоданием. При этом, со слов Сергея, давление Любе мерили лишь раз — при поступлении.

Вечером же Любе стало совсем плохо. Она попросила сестру поставить ей капельницу. Сестра ушла и… пропала. Люба позвонила мужу. Когда он приехал и отыскал сестру, Люба уже потеряла сознание.

В среду врачи обрадовали: с сегодняшнего дня пациентке можно бульон и компот. Все под контролем, капельницы крайне нежелательны, угрозы нет. А вечером у Любы поднялась температура до 37,2. К утру в четверг температура скакнула до 38,5. Лишь тогда врачи решили вызвать акушера из 1-го роддома. Прибывший акушер спросил Любу: “Когда было последнее шевеление?” — и сказал, что не прощупывает пульса малышей. После чего беременной ставят диагноз: кишечная инфекция… под вопросом. И решают отправить ее в 4-й роддом (мол, 1-й для инфекционных беременных не оборудован). Видимо, врачи поняли, что дети погибли, но брать на себя ответственность не захотели. Поэтому и решили выдать интоксикацию организма за дизентерию. Любе же о своих подозрениях не сказали.

Сергей как раз находился у начмеда 1-го роддома (в очередной раз упрашивал забрать жену из БСМП), когда позвонила Люба и сообщила: нашли какую-то инфекцию и перевозят в 4-й роддом. Сергей помчался в БСМП. Сам одел жену, сам довел ее до “скорой” — Люба идти сама уже не могла. В таком состоянии ее повезли из Больницы СКОРОЙ медицинской помощи, задача которой — “снятие болевых синдромов и устранение угрозы для жизни человека”.

Сестра из приемного 4-го роддома на мольбы Сергея поскорее позвать врача к беременной двойней флегматично отвечала: скоро придут. Люба же таяла на глазах и уже не могла говорить. Тогда Сергей полетел искать медиков сам. Наткнулся на кабинет главврача: “Помогите беременной, она умирает!” Та возмутилась: “Что вы сюда врываетесь?! Врачей надо искать по этажам, идите и ищите!” Сергей бегал по этажам, ломился во все двери. В итоге в приемное спустились два или три эскулапа. Но, увидев в направлении подозрение на дизентерию, закричали: “Отправляйтесь в инфекционную больницу!” И вызвали ей новую “скорую”. Двое подъехавших друзей Сергея стали свидетелями того, как Любу не принимали в роддом.

— Врач со “скорой” — единственный человек, который начал спасать мою жену. Она уже не шевелилась, пульс почти не прощупывался. Он спросил: хоть кто-нибудь мерил ей давление? Нет! Смерил: 60 на 40. Выяснив это, он отказался везти Любу куда бы то ни было и стал убеждать врачей, что ей нужна срочная реанимация. Иначе она погибнет через полчаса! — рассказывает Сергей.

Но в роддоме (специализирующемся на инфекционных беременных!) женщину по-прежнему не принимали. И тогда врач со “скорой” положил ее на кушетку прямо в коридоре и поставил капельницу. Прибежавшая главврач Беспалко начала возмущаться. Бригаде “скорой” пришлось со скандалом убеждать врачей роддома, что беременной срочно нужна реанимация. Любу наконец госпитализировали. Анализы показали: отказали почки, печень, прекратилось мочеотделение. Врачи, поняв серьезность ситуации, организовали возле Любы круглосуточное дежурство.

Утром 23 ноября Сергею официально сообщили, что дети погибли.

— Я был в страшнейшем шоке, — вспоминает он. — Просил срочно сделать кесарево, реанимировать детей: может, там еще теплится жизнь? Но врачи сказали, что жена тогда точно умрет, а насчет детей гарантий никто не даст. И кесарить ее смогли лишь 26 ноября. Достали детишек — 1690 и 1670 граммов. Они росли синхронно, рядышком. Такие хорошие ребятки, на меня похожие… Судя по всему, их убивали медленно, прилюдно и равнодушно. Кто за это ответит? Кто ответит за то, что в больнице скорой помощи моей жене даже не мерили давление, а капельницы приходилось буквально выбивать — ведь ее организм обезвоживался от непрекращающейся рвоты и от “лечебного” голодания?

Сейчас никто не ответит, когда именно (а главное — ОТЧЕГО) погибли дети. Но родители уверены: их можно было спасти. Ведь при поступлении в больницу даже врачи слышали шевеления.

Не рожден — значит, не человек

26 ноября Сергей поехал в Следственный комитет при Прокуратуре РФ по Калининграду и написал заявление. Казалось, все очевидно: дети погибли по вине врачей. Однако самого страшного Сергей даже не предполагал…

Японским детям при рождении ставят возраст — 9 месяцев. Там полагают, что жизнь человека начинается с зачатия в чреве матери. С этого момента он защищен законодательством и имеет те же права, что и взрослые.

В Конституции РФ написано: человек пользуется всеми правами с момента рождения и до момента смерти. Момент рождения — это когда живого человечка вынимают из утробы. До этого его можно назвать как угодно: плодом, неведомой зверушкой — но уж точно не человеком с точки зрения российского закона.

Так что все попытки прокуратуры провести это дело по ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности) и ст. 124 (неоказание медпомощи больному) провалились — в связи с отсутствием состава преступления. Ведь Люба осталась жива. А дети…

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.12.2007 г. написано: “Поскольку два недоношенных плодика мужского пола не были рождены и не осуществляли в полной мере функции живого человека (…) факт причинения им смерти ввиду ненадлежащего исполнения врачами БСМП своих функциональных обязанностей (…) не установлен. Согласно действующему уголовному законодательству РФ убийство возможно только в отношении другого живого (т.е. родившегося) человека”.

— Такое законодательство порождает безответственное отношение к беременным! — говорит Сергей. — Сотрудники прокуратуры, которые ведут мое дело, сами возмущены.

Сергей надеется провести это дело по другой статье. Например, причинение тяжкого вреда здоровью его жены. В любом случае оставлять все как есть он не собирается. Однако шансов привлечь виновных к ответственности у него совсем, увы, мало. Доказать вину человека в белом халате в России практически невозможно — в лучшем случае врача осудят условно. Но скорее всего он останется абсолютно чист перед законом. И судьей ему будет только Бог.

Врачам сделали замечание

Куда только ни обращались убитые горем родители. Сергей ходил на прием к важной городской чиновнице. Дородная дама упрекнула: “И кто там у вас так хочет детей? Я вот тоже потеряла ребенка, но не надо на этом зацикливаться. Я посвятила жизнь добру!” Что тут сказать? Реализацию нацпроекта “Здоровье” и гонку за рождаемостью некоторые чиновники на местах понимают по-своему.

— Я один похоронил трех сыновей — без войны, болезней и катастроф. От государства мы получили три справки для компенсации похорон — и все. По суду должны были получить 100 тысяч рублей моральной компенсации за Димку, но нам их никто не выплатил.

Зато Сергей нашел простое, хотя и очень циничное объяснение тому, почему его беременную жену так долго не хотели переводить из скоропомощной больницы в роддом. Оказывается, в Калининградской области идет обкатка новой системы финансирования медучреждений. Больница получает деньги за заполненную койку. Выгода очевидна: чем больше набит стационар, тем больше денег. Куда потом денется больной — домой или на кладбище, никого не волнует. Но и это еще не все.

Если в больнице нет требующегося больному специалиста и его нужно вызывать откуда-то еще, больница должна заплатить тому учреждению. Как говорится, мотив очевиден. Хотя в голове Сергея все равно не укладывается: что такое эти копейки в сравнении с человеческой жизнью?!

Остается добавить, что по результатам служебной проверки в БСМП несколько врачей привлечены к дисциплинарной ответственности за то, что несвоевременно вызвали пациентке акушера. К тому же “инспекторы” выявили ряд “недостатков по ведению медкарты больной”: несколько врачей, якобы осмотрев женщину, не оставили об этом записей в истории болезни! Им объявлено замечание. Но самое странное — и.о. зама главврача Куимов возвращен на должность заведующего хирургическим отделением. Так врачи расплатились за жизни двоих мальчишек.

Сейчас из проверки Следственного комитета при прокуратуре выделены материалы по статье 118 УК (причинение вреда здоровью по неосторожности) и переданы в органы дознания. Проводится новая проверка. Вопрос в том, чтобы доказать причинно-следственную связь между действиями врачей и утратой беременности.

P.S. Как стало известно “МК”, один центральный телеканал снял сюжет о трагедии семьи Корниенко. Но в эфир его почему-то не пустили.



Партнеры