По следу палача

Мина замедленного действия для Абхазии была заложена Берией

26 августа 2008 в 16:59, просмотров: 1311

В последние дни тема определения статуса Абхазии обсуждается особенно активно. Главный камень преткновения здесь — так называемый вопрос территориальной целостности Грузии, которая якобы всегда владела абхазскими землями. Но оказалось достаточно совсем небольшого исследования, чтобы убедиться в очевидном: Абхазию кровавыми застежками пристегнули к Грузии всего два человека — Сталин и Берия. Как это происходило, выяснил корреспондент “МК” Владимир ПОПОВ, написавший книгу “Абхазский крест”. Отдельной главой стало исследование деятельности Лаврентия Берии.

…В недавней командировке в Сухуме мне довелось познакомиться с редактором газеты “Эхо Абхазии” Виталием Шарией. Человек он серьезный и весьма дотошный, когда дело касается фактического материала. Изучением сухумского периода жизни Берии занимается уже не один десяток лет, и в свое время ему удалось отыскать тех, кто так или иначе знался с будущим “советским государственным деятелем и руководителем органов госбезопасности”.

Надо заметить, что собирать какой-либо материал о Берии — труд хлопотный и кропотливый. Очень многие, практически все, кто хоть что-то мог рассказать о Берии, были уничтожены. Большинство архивных материалов или какой-либо информации — уничтожено или вымарано. Вот характерная деталь: в свое время, интереса ради, Виталий Шария отыскал подшивку “Советской Абхазии” за 1949 год. Он хотел узнать, что написала газета к пятидесятилетию всесильного земляка. Оказалось, что в соответствующем мартовском номере на первой странице был помещен лишь огромный портрет юбиляра и фанфарный репортаж о колхозных успехах жителей Мерхеули — родного села Берии. И все. Как заметил в разговоре со мной Виталий Шария, местная власть и журналисты даже в восторженных тонах боялись касаться биографии этого человека.

И еще одна деталь. В конце восьмидесятых годов Виталий Шария пришел познакомиться с директрисой сухумской школы, где когда-то учился Берия. Но когда сказал ей, кто числится среди воспитанников ее учебного заведения, та почему-то побледнела и стала этот факт категорически опровергать. Вот какой страх вызывало это имя и через десятки лет.

Что же все-таки удалось узнать?

Лаврентий Берия родился 17 (29) марта 1899 года в Гальском районе Абхазии, в селе Мерхеули, в семье крестьянина Павла Берии и Марты Джакели. Жил в селе до семи лет, после чего в один прекрасный день мать его, Марта Виссарионовна Берия, прихватив юного Лаврика, подалась в Сухум. Здесь на улице Абазинской (бывшая Леселидзе) сохранился дом из красного и желтого кирпича под номером 100, в котором Марта и ее сын снимали комнату. В советские времена в этом доме поселились и довольно долго жили известные в Грузии футболисты братья Еркомайшвили. Но кто в начале века мог предположить, что настанут такие времена?

Неподалеку от “бериевского” дома, в кирпичном здании с полукруглым фасадом, располагалось Сухумское городское реальное училище, в которое и пришел учиться маленький Лаврик. При советской власти это будет уже Сухумская средняя школа №3, которая после вторжения грузинских войск в 1992 году, увы, не уцелеет.

Соплеменники-мингрелы звали Берию Лао, а одноклассники — Головастик. Что касается партийной клички, то на заре своей большевистской карьеры Берия будет называться Лакербаем. Время в школе юный Лао проводил довольно своеобразно. Уже после развала СССР, когда многие документы советской эпохи были рассекречены, Виталий Шария нашел в Государственном архиве Абхазии классный журнал Сухумского городского училища. Выяснилось, что учился Лаврентий весьма посредственно и как-то дергано, к тому же в четвертом классе был оставлен на второй год.

Но если Головастик в изучении школьных предметов не блистал, то в составлении различного рода каверз и интриг преуспевал уже тогда, в юном возрасте. Шария, в частности, привел мне такое свидетельство: “В Сухумском городском училище редкая кража или донос не совершались без личного участия Берии — прямого или косвенного. В нем гармонично уживались подлость и мздоимство. Похитив папку с характеристиками — записями о поведении, он подвел классного руководителя под увольнение, а сам устроил распродажу документов. Через подставных лиц, разумеется”.

Рассказывали также, что юный Берия любил незаметно прятать вещи одноклассников, а потом находить их. За это он получал от бедолаг определенное вознаграждение, а также славу замечательного сыщика. Стоит ли говорить, что со временем Лаврентий Берия до зловещего совершенства разовьет свое умение делать подлости и манипулировать людьми.

…Берия уехал из Сухума в 1914 году. А в 1920-м он всплыл в соседней Грузии. За эти шесть лет он успел поучиться в Бакинском механико-строительном техническом училище и политехническом институте, вступить в РСДРП(б), попасть на Румынский фронт, вернуться в Баку, посотрудничать с Бакинской коммуной, а также, по одной из версий, и с мусаватистами, а также стать помощником Микояна, который руководил тамошним подпольем.

В 1920 году Берия приехал в Грузию, которая еще не присоединилась к Советской России. Но в Кутаиси его арестовали, приняв за советского шпиона. Тогда при меньшевистском правительстве Жордания представителем Москвы был Сергей Киров. И 9 июля он обратился к Ною Жордании с просьбой освободить арестованного, что и было сделано. Существует версия, что, оказавшись на свободе, Берия сразу поехал в Тифлис, где вступил в контакт с меньшевистской охранкой. После этого — опять исчез. Вроде бы в направлении Баку. Когда эти сведения дошли до Кирова, от него начальнику особого отдела штаба 11-й армии ушла телеграмма: “Из Тифлиса бежал изменник Берия Лаврентий. Арестуйте немедленно. Киров”.

Как бы там ни было, но в конце 1923 года Берия уже начальник секретно-оперативной части грузинской ЧК. Стоит напомнить, что было ему в ту пору 24 года.

И вот — Абхазия. Сухум для Берии стал своеобразным трамплином для прямого выхода на Вождя. Дело в том, что Сталин долгое время привечал тогдашнего абхазского руководителя Нестора Лакобу. Вручал ему высшие ордена и даже подарил фотографию с трогательной надписью: “Товарищу и другу Лакобе от И.Сталина. 7 декабря 1935 г.”. Приезжая в Абхазию, он демонстративно выделял Нестора из своего окружения, подолгу гулял с ним, беседовал. А Лаврентия к себе поначалу не подпускал, хотя тот готов был в форточку залезть, чтобы оказаться поближе к Сталину.

И Берия начал “окучивать” “глухого горца”. Осенью 1931 года Лакоба все же организовал ему встречу со Сталиным. И 17 октября 1932 года “молодой энергичный чекист” становится первым секретарем Закавказского крайкома партии. При этом он сохранял за собой пост первого секретаря ЦК КП(б) Грузии.

Почему же Сталин так долго привечал Нестора Лакобу?

Существует мнение, что Сталин таким образом благодарил Нестора за то, что тот в 1924 году “попридержал” у себя в Абхазии прибывшего на лечение Троцкого — не дал ему появиться в Москве в первые месяцы после похорон Ленина.

Еще одна причина — Лакоба в сентябре 1906 года укрыл Сталина после знаменитого “экса” на пароходе “Цесаревич Георгий”. Иосиф Виссарионович вместе с другими боевиками совершил налет на “Цесаревича”, взял 20 тысяч рублей и скрылся. А Лакоба спрятал его у абхазских крестьян в районе села Адзюбжа.

Мне же думается, что человеческая благодарность здесь ни при чем. Дело в том, что Лакоба был необычайно популярен в Абхазии. Он не дал проводить коллективизацию, ему удалось сохранить прежний уклад абхазской жизни. И Сталину хотелось, чтобы именно такой человек, действительно любимец народа, в итоге раздавил Абхазию. Виртуоз многоплановой интриги, который в отличие от последующих генсеков видел гораздо дальше собственного носа и просчитывал ходы не на годы — на десятилетия вперед, Сталин, полагаю, получил бы особое удовольствие от задуманной комбинации. Суть ее, на мой взгляд, заключалась в следующем. Обласканный Лакоба должен был стать в 1936 году главой НКВД. Именно под него Сталин поднял уровень руководителя этого наркомата до маршальского звания. И если бы Лакоба согласился занять высший лубянский кабинет — обратной дороги у него не было бы. И “контрреволюционную заразу” и в Абхазии, и в Закавказье, и во всей стране пришлось бы “выжигать каленым железом” именно ему. И другая главная задача перед ним стояла бы — намертво пристегнуть Абхазию к Грузии. Этой задачи Сталин никогда не снимал с повестки дня.

Что касается Нестора Лакобы, то он и в 1935 году, и особенно в 1936-м упрямо ставил перед Сталиным вопрос о включении Абхазской АССР в состав РСФСР. Ведь и в Российскую, и в советскую империи Абхазия входила самостоятельной административной единицей, и лишь 19 февраля 1931 года Абхазская ССР волевым решением Сталина была преобразована в автономную республику и включена в состав Грузии. Абхазский народ протестовал против этого решения на многодневном общенациональном сходе, где выразил недоверие правительству и советской власти.

Позже, на допросе в августе 1937 года, один из “лакобовцев” Д.И.Джергения показал: “Мы считали, что политика, проводимая ЦК Грузии и Абхазии, есть не что иное, как желание ЦК КП(б) Грузии и его руководителя Берии превратить Абхазию в неотъемлемую часть Грузии и заселить ее грузинами”.

Начиналось все с малого. Так, 17 августа 1936 года вышло в свет Постановление ЦИК СССР “О правильном начертании названий населенных пунктов”, согласно которому столица Абхазии Сухум переименовывалась в Сухуми. Подобной переделке подверглись и другие географические названия населенных пунктов и местностей республики. Другой “пробный шар” — введение в Абхазии номерных знаков для автомобилей с надписью “Грузия”. Как только эти знаки получили в Сухуме, Лакоба запретил автоинспекции их распространять, а сам стал добиваться отмены “грузинских” знаков. Тогда это ему удалось.

Но после того как в декабре 1936 года Нестор Лакоба вторично отказался от предложения вождя возглавить НКВД, его судьба была предрешена. Сталину надоела эта возня с упрямым “глухим”, и тогда же Берия получает карт-бланш. Результат — в ночь с 27 на 28 декабря того же года Лакоба “неожиданно” скончался сразу после того, как отужинал в гостях у Берии в Тбилиси.

30 октября, когда Берия в окружении многочисленной охраны прогуливался по сухумской набережной, к нему подошел сын Нестора Лакобы — Рауф. Попросил свидания с матерью. Тот пообещал. На следующий день пятнадцатилетнего Рауфа арестовали, и в тбилисской тюрьме он встретился с матерью.

1—2 ноября в Сухуми проходит пленум Абхазского обкома партии и сессия ЦИК. Практически все абхазы выведены из состава обкома и ЦИКа и впоследствии расстреляны.

3—4 ноября начинается процесс по “делу 13 лакобовцев”. Официальное название дела: “О контрреволюционной, диверсионно-вредительской, шпионской, террористической, повстанческой организации в Абхазии”. Обвинение настаивало на том, что они “входили в диверсионно-террористическую группу обер-бандита Н.Лакобы, готовившего покушение на вождя народов Сталина”. И уже некий Делба в статье “Беспощадно бороться с врагами народа” пишет: “…те достижения, которые мы имеем в области социалистического строительства за 16 лет, могли быть неизмеримо увеличены, если бы в Абхазии не подвизались фашистские агенты во главе с подлейшим двурушником, апробированным бандитом Н.Лакобой”. За неделю до процесса фамилии первых десяти “заговорщиков” были отмечены красным карандашом, напротив каждой стояла пометка: “Расстрелять. Л.Берия”. И они были расстреляны в ночь на 4 ноября 1937 года.

Уничтожив окружение Нестора, Берия принялся за его семью.

Примечательно, что много позже сын Лаврентия Берии — Серго напишет книгу об отце. Там, в частности, он с большой обидой расскажет, что в 1953 году обеих его бабушек в одночасье вышвырнут из квартир и отправят в дом престарелых в сотне километров от Тбилиси. “Когда, оказавшись после тюрьмы в Свердловске, мы с мамой получили относительную свободу, ей все же удалось нелегально съездить в Грузию, — пишет Серго Лаврентьевич. И с недоумением спрашивает: — Мне до сих пор трудно понять, какую цель преследовали власти, расправляясь со всеми родственниками Берии. Что дала, скажем, изоляция этих старушек? Неужели власти видели и в них угрозу государству?”

5 июля 1941 года, когда уже полыхала Великая Отечественная война, дело о “террористах” было рассмотрено на подготовительном заседании Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством Ульриха. Тот решил: “Дело заслушать в закрытом судебном заседании без участия обвинения и защиты и без вызова свидетелей”. На следующий день, 6 июля 1941 года, “суд” вынес приговор: расстрел. Вообще-то шел пятнадцатый день Великой Отечественной войны, и, наверное, у органов были дела поважнее, чем выколачивать “признания” у подростков. Но эти “признания” выколачивали…

Известный американский советолог Даррел Слайдер в 1985 году дал очень точную характеристику политическим событиям тех лет. “Большая часть политической истории Абхазии 1931—1953 годов была под властью Лаврентия Берии, — писал он. — …В 1937 году, спустя год после загадочной смерти Лакобы, Берия организовал чистку среди официальных лиц, обвиняя их в том, что они готовили заговор с целью убийства Сталина… Период после Второй мировой войны до смерти Сталина и Берии в 1953 году был особенно тяжелым для абхазов, так как Берия начал кампанию явного уничтожения абхазов как этнокультурной целостности”. Как видим, Сталин хотел, чтобы Абхазию раздавил кто-то из местных. Он искал такого человека. И он такого человека нашел…

СПРАВКА "МК"

Именно Берия наряду с прочим курировал работу в Абхазии созданного при СНК Грузии так называемого переселенческого отдела. Из записки начальника переселенческого отдела СНК ГССР В.Рапавы от 31 октября 1939 года, в частности, следует, что в селе Киндги Очамчирского района переселенческому колхозу им. Берии, созданному в 1939 году, выделено 1600 гектаров земли, и в том же году туда вселилось 230 хозяйств. А в 1940 году предусматривалось переселение туда же еще 180 хозяйств. Заселению подлежали абхазские села Адзюбжа, Бамбора, Бзыбь, Атара, Лздаа, Акваска и другие. Из земельных фондов этих сел переселенцам отводилось свыше 7 тысяч гектаров земли. А планом на 1940 год предусматривалась вырубка леса на площади до 1850 гектаров. Переселенцы главным образом были выходцами из районов Западной Грузии.

В 1940 году Госплан Абхазии докладывал правительству республики: “По инициативе любимого сына грузинского народа товарища Л.П.Берии в Абхазию переселяются из малоземельных районов Грузии тысячи крестьянских хозяйств, которые осваивают огромное количество веками заброшенных земель. Организовано 11 новых переселенческих колхозов из малоземельных районов Грузинской ССР — 1650 хозяйств, и к концу 1944 года количество переселенческих хозяйств достигнет 5404”.

Удивительно, но даже 2 сентября 1941 года (пожалуй, в самые страшные недели Великой Отечественной войны) СНК ГССР принимает решение: “Отрезать излишек неосвоенных земель от 12 колхозов Абхазской АССР и передать их вновь организованным колхозам…” И вот уже 10 октября 1941-го Совнарком СССР своим постановлением №9821 разрешает СНК Грузии изъять 4544,69 гектара неосвоенных земель у Абхазской АССР. Надо полагать, тогда, в октябре, когда немцы уже были практически под Москвой, руководство страны не знало более важных задач, как переселение грузин в Абхазию. Конечно, в Советском Союзе все нации и народности были равны. Но когда у руля стояли Джугашвили и Берия, грузины, видимо, были немного равнее.

29 апреля 1942 года СНК ГССР вновь рассмотрел вопрос “О мероприятиях по сельскохозяйственному переселению на 1942 г. по Абхазской АССР”. На эти самые мероприятия было отпущено еще 1510,5 тысячи рублей. Заселению в 1942 году подлежали села Беслахуба, Кочара и Кутол Очамчирского района, а также села Звандрипш, Арсаул, Кулаырхуа и Бамбора Гудаутского района.

А с 1939 по 1959 годы грузинское население в Абхазии увеличилось на 66 000 человек. Следует отметить, что ускорению ассимиляционных процессов способствовала и депортация из Сухумского, Гагринского и Гульрипшского районов греков, немцев, турок и так далее. На смену им пришли тысячи грузинских семей, подчас насильственно переселенных из Западной Грузии. Важно и другое. Если поначалу грузинские поселения создавались на окраинах абхазских сел, на отобранных земельных фондах, то постепенно компактные грузинские поселения стали перемещаться в центр абхазского села. Уже тогда, в пятидесятых годах, количество грузинского населения в селах республики стало значительно превышать абхазское. Мина была заложена.



Партнеры