mk.ru : Московский комсомолец

Как это было

Взрыв на Мичуринском проспекте раздался в 16.30. Хлопок слышали в радиусе 2 км, но местные жители не придали звуку какого-либо значения. Прибывшие на место эксперты обнаружили на месте, в 40 метрах от автобусной остановки, воронку радиусом около 2,5 метра и поражающие элементы — обрезки гвоздей, часть из которых разлетелась по проезжей части, а часть угодила в автомобили, припаркованные на стоянке. Пострадали две машины — “Форд Фокус” и “Хонда Цивик”, гвозди повредили краску, а взрывная волна выбила лобовые стекла. Владелец “Хонды” — 55-летний Игорь Ноздрунов. “Муж не сильно расстроился, хотя машину он поменял не так давно, — рассказала “МК” супруга. — У авто чуть-чуть пострадал корпус. Сейчас решаем вопрос со страховкой. Так или иначе, на работу он поехал на своей машине. Игорь трудится в фирме, которая занимается защитой информации, они сотрудничают с Академией ФСБ. На Мичуринском проспекте супруг бывает довольно часто”.

Более пустынного места, чем остановка “Мичуринский проспект, дом 70”, пожалуй, в округе не найти: с одной стороны многополосный Мичуринский проспект, с другой — безлюдный парк Олимпийской деревни. Народ на этой остановке практически не выходит, за исключением курсантов и сотрудников Академии ФСБ. Так что вряд ли преступник планировал изувечить или убить кого-либо. Кроме того, самоделка приводилась в действие дистанционно посредством мобильного телефона (фрагменты сотового марки “Нокиа” были найдены на месте преступления) — то есть злодей привел детонатор в действие в тот момент, когда вокруг никого не было. Да и бомба находилась в сугробе, что значительно смягчило взрывную волну — припаркованные на стоянке машины получили незначительные повреждения, а стекло самой остановки практически не пострадало. Видимо, создатель адской машинки своими действиями хотел выразить “явное неуважение к обществу” (как и написано в статье “хулиганство” УК РФ), а конкретно — к государственным правоохранительным органам.

Что это было

Как считают наши эксперты, место взрыва — у Академии ФСБ — могли выбрать сразу три основных “течения”, испытывающие ненависть к этой конторе. Кстати, все они используют и “бомбы” подобной модели.

Во-первых, это террористы. Атака на ФСБ практически в годовщину взрывов в метро (тогда, напомним, был подрыв и на “Лубянке”) довольно показательна, а боевики любят внешние эффекты. То, что “теракт” не был удачным, не так уж и удивительно. Судя по серии неудавшихся взрывов, у бандитов снизился уровень подготовки подрывников.

Во-вторых, это национал-патриоты. Источник в правоохранительных органах заявил, что будет рассматриваться версия о причастности к взрыву сторонников Владимира Квачкова, арестованного по обвинению в попытке вооруженного мятежа. “У этих людей, часть которых входит в движение “Народное ополчение”, был очевидный мотив для таких действий, поскольку уголовное преследование Квачкова осуществляет ФСБ”, — сказал источник. Впрочем, и у обычных националистов хватает поводов мстить чекистам.

В-третьих, это могут быть и экстремистские левые и анархические группы. Для них ФСБ является едва ли не главным символом системы, которую, по их убеждениям, нужно сломать.

Есть и конспирологическая версия — взорвалось устройство, которое изготовил один из курсантов академии. Однако, как нас заверили, всерьез ее не рассматривают. Следствие пока склоняется к тому, что это была чисто экстремистская выходка.

Версии терроризма тем не менее придерживается источник “МК” в спецназе ГРУ:

— Судя по описанию взрыва — это классическая “духовская” тема. Да, способ изготовления такой “бомбы” доступен в Интернете, но все-таки нужно иметь более-менее серьезное представление о минно-взрывном деле, чтоб устроить теракт. И плюс ко всему — на то, что это терроризм, указывает тот факт, что взрыв получил огромный резонанс при отсутствии жертв. Теперь “духи” могут в своих отчетах перед зарубежными спонсорами говорить, что они устраивают теракты в столице России, под высшим учебным заведением службы госбезопасности, и убивают тысячами наших силовиков, а проклятые цензоры это замалчивают и не дают всплывать “правдивой” информации о потерях. Ради интереса залез на сайт экстремистов и прочитал, что в результате теракта — десятки убитых и раненых. Вот и делайте выводы.

Чего ждать дальше

Последует ли за инцидентом на Мичуринском новый, более глобальный теракт? События последних лет, увы, говорят, в пользу именно такого развития событий. 31 августа 1999 года был пробный взрыв в торговом центре “Охотный Ряд” на Манежной площади. Тогда погиб 1 человек, 15 были ранены. Спустя 9 дней террористы взорвали дом на улице Гурьянова. 19 октября 2002 года рванул автомобиль возле метро “Юго-Западная”. Обошлось без жертв, но спустя четыре дня был захвачен Театральный центр на Дубровке. Наконец, 23 августа 2004 года бомба сработала на остановке на Каширском шоссе. Спустя сутки смертницы взорвали в воздухе два самолета, вылетевшие на юг из “Домодедово”. Сходство налицо.

	Место взрыва у метро “Юго-Западная” в октябре 2004-го. Через три дня случился “Норд-Ост”. Фото: Михаил Ковалев.

Как обезопасить граждан

Все участники четверговых парламентских слушаний были едины в одном: Закон “О транспортной безопасности”, принятый в 2007 году, надо срочно переписывать — он растушевывает ответственность. “Она возложена на субъекты транспорта, но неплохо бы прописать, где и за что отвечает ФСБ, МВД — с соответствующим финансированием”, — заявил первый зам. думского Комитета по безопасности Васильев. И сам объяснил, почему закон такой плохой: “Принимали в спешке!”. Президент Союза транспортников России Виталий Ефимов отметил, что ловить террористов транспортники не отказываются, но предпочли бы это делать под руководством компетентных ведомств.

Начальник Главного управления на транспорте МВД России Дмитрий Шаробаров высказался за поголовный досмотр всех пассажиров с применением спецсредств. То есть “ввести обязательный досмотр пассажиров, их багажа, ручной клади, работников транспортных структур на железнодорожном, водном, автомобильном транспорте по аналогии с пред- и послеполетным досмотром на авиатранспорте”. Как раз перед ним заместитель руководителя Службы экономической безопасности ФСБ РФ Сергей Чернышев предложил субсидировать из госбюджета транспортников на покупку отечественной техники для досмотра. Соответствующие приборы как раз разрабатываются. Кроме того, он ратовал за то, чтобы продавать билеты (в том числе и на междугородные автобусы) только по паспорту.

“Все эти меры приведут к тому, что билеты станут еще дороже, — эмоционально заявила первый вице-спикер Госдумы Любовь Слиска. — Кажется, тут ни у кого нет четкого понимания, что надо делать с безопасностью на транспорте”.

	Частные охранники добиваются дополнительных полномочий. И, вероятно, их получат. Фото: Геннадий Черкасов.

Как у них?

Опыт обеспечения безопасности на транспорте в Израиле в четверг обсуждали российские эксперты и их коллеги из Тель-Авива.

— В каждом аэропорту существует своя служба безопасности. Если владелец аэропорта не сможет обеспечить безопасность граждан на территории аэропорта, то он в принципе не будет иметь право владеть этим бизнесом, — рассказал экс-глава израильской спецслужбы “НАТИВ” Яков Кедми. — Государство или силовые структуры в данном случае только дают рекомендации службам безопасности аэропортов, которые те обязаны выполнять. Также ежегодно проводятся совместные учения работников аэропортов с силовиками. Потому что лучше работников аэропорта никто не знает объект. Таким образом, все структуры находятся в тесном взаимодействии.

Финансируется охрана этих объектов в Израиле теми, кто организует бизнес.

— Государство на эти нужды в очень редких случаях дает деньги. Более того, даже личная охрана каждого министра в Израиле финансируется не государством, а министерством, — пояснил директор по связям с Россией НПО “The Israel project” Андрей Кожинов.

По словам израильских экспертов, серьезные меры предосторожности применяют и в торговых центрах. К примеру, служба охраны супермаркета имеет право досмотреть любого подозрительного на их взгляд посетителя. Однако это сделать можно только с его согласия. Если гражданин отказывается от досмотра, он должен покинуть супермаркет. Кроме того, в Израиле широко используются рамки. Но применяются они скорее для создания психологического давления на террористов, в качестве фактора сдерживания.

Что касается работы СМИ во время терактов, то в Израиле первые несколько часов вообще не поступает никакой официальной информации. Впрочем, идею полной цензуры на освещение терактов, которую предложили ввести российские эксперты, израильские специалисты раскритиковали.

— Не должно быть утечки важной оперативной информации. Но в то же время граждане обязаны знать, что происходит в стране, — пояснил глава пресс-службы полиции Израиля Алекс Кагальский. По его словам, по телевидению никогда не показывают лица и тела погибших при терактах. А также в СМИ не проходят фамилии погибших, пока о трагедии не узнают их близкие.