Раб-сила

17 февраля 2002 в 00:00, просмотров: 2855
  Покупатели, заходившие в магазин на улице Декабристов, даже не предполагали, что творится в его подвалах и подсобных помещениях. Людям было невдомек, что красиво оформленные витрины и аккуратно расфасованные продукты — дело рук самых настоящих рабов, которые трудятся по 20 часов в сутки, получая в качестве вознаграждения побои и объедки с хозяйского стола. Недавно сыщикам Московского уголовного розыска и сотрудникам Бутырской межрайонной прокуратуры удалось разоблачить 40-летнюю уроженку Казахстана, которая импортировала в Москву рабочую силу и средневековые традиции.
   
 
     Шолпан Истанбекова родилась в Чимкентской области, где узбекские кишлаки перемежаются с казахскими. Здесь даже в советские времена неофициально процветали феодальные обычаи. После окончания школы Шолпан получила профессию медсестры и некоторое время работала в местной поликлинике. В медицинском учреждении она и познакомилась с будущим мужем — колхозным экономистом Булатом Мухамедсалиным.
     Десять лет назад супруги-казахи перебралась в Москву, куда вскоре Шолпан переманила двоих сестер. Выходцам из Средней Азии удалось “раскрутиться” — они занимались торговлей. А для работы в своих магазинах приглашали жителей Узбекистана и Казахстана, полагая, что труд темных земляков обойдется дешевле, чем работа капризных москвичей или своенравных украинок.
     Первый раз Шолпан попала в поле зрения правоохранительных органов в 1997 году. Тогда милиционеры получили информацию о том, что в подвалах магазинов восточных бизнесменов в нечеловеческих условиях содержатся приезжие из Средней Азии, которые бесплатно выполняют тяжелую работу. Хозяйка не считала пленников за людей, била и издевалась над ними. В 1998 году в отношении узурпаторши было возбуждено уголовное дело, рабов освободили, и они вернулись домой. А вскоре родители несчастных написали встречные заявления о том, что никаких претензий к Шолпан не имеют. Очевидно, женщина просто заплатила землякам за молчание.
     Дело закрыли, и хозяйка ушла от уголовной ответственности. Ходили слухи, что у Шолпан имеются связи в высокопоставленных кругах Узбекистана. Якобы поэтому ей удалось выйти сухой из воды. На самом деле ни посольство этой страны, ни ее спецслужбы не вмешивались в следственные действия. К чудесному избавлению Шолпан приложили руку чиновники Казахстана.
* * *
     Некоторое время Шолпан жила тихо-мирно, а потом отправилась в Узбекистан за новой партией рабов, обещая им за труд по 100 долларов в месяц. Одна из них, 17-летняя Надира Рустамбекова (все имена и фамилии потерпевших в тексте изменены), угодила в невольницы в марте 2001 года. Она была тихой и доброй девочкой из семьи, в которой росли четверо детей. Мать Надиры, работавшая в колхозной школе преподавателем географии и биологии, поддалась на агитацию односельчанина — отца Гульнары Сарсынбаевой, которая работала у Шолпан с 1999 года. Мол, девочка будет хорошо зарабатывать и не встанет на плохой путь.
     Поначалу Шолпан хорошо относилась к работавшей у нее девочке, а потом та “проштрафилась” — не сказала хозяйке, что другие сотрудницы потихоньку взяли деньги из кассы и купили себе немудреную косметику. Женщина избила несчастную и с тех пор регулярно поколачивала ее всем, что попадалось под руку — то половником, то шумовкой, а иной раз — жестким рулоном фольги.
     Однажды Шолпан в очередной раз избила Надиру и заперла ее в темном складе. Девушка от отчаяния вскрыла вены на руке. Испуганные продавщицы вызвали “скорую помощь”, но хозяйка отправила врачей назад. Она взяла девушку домой и там еще раз жестоко избила истекавшую кровью узницу.
     — Зачем ты не сказала мне, что хочешь умереть?.. — вкрадчиво поинтересовалась женщина. — Я бы сама тебя убила!
     Шолпан отвезла несчастную в травмопункт, где сообщила врачам, что девушка повздорила с мужем и решила свести счеты с жизнью. Те почему-то поверили россказням и даже не отправили в милицию телефонограмму о попытке суицида.
     Через три дня после этого инцидента в Москву позвонила мать Надиры. Прежде чем позвать девушку к телефону, Шолпан предупредила ее: “Если дрогнет голос или изменится интонация — изобью”. И девушка бодрым тоном рассказывала матери, как хорошо ей живется. А жестокая хозяйка слушала беседу по параллельному телефону.
     Рабы жили в подвале, где в одном помещении вповалку на коробках и полу спали и девушки, и юноши. Они трудились в магазинах и в квартире Шолпан, обихаживали четверых ее детей. Одних били хозяйка и ее сестры, других — товарищи по несчастью. Может, в иной ситуации они не подняли бы руку на таких же, как сами, узников, но в случае отказа им самим досталось бы от Шолпан. Рабочий день пленников начинался в шесть часов утра, а заканчивался далеко за полночь. Шолпан кормила рабов объедками со своего стола и продуктами с истекшим сроком годности.
     Это существование казалось беспросветным. Но не все пленники смирились со своей участью. Некоторым удалось бежать, а одна из рабынь сумела вызволить из плена остальных.
* * *
     Казашка Роза Баязетова в прошлом году только-только закончила школу. Она была старшей из шестерых детей. Родственники считали Розу доброй, но упрямой девочкой. Уж если она решит что-либо сделать, то переубедить ее было невозможно. Вскоре после выпускного вечера в семью Баязетовых пришла односельчанка Фатима. Она хвасталась, что два года назад отправила свою дочь в Москву, работать продавцом в магазине одной знакомой.
     — Хорошие деньги дает Шолпан моей девочке! — рассказывала Фатима, а сама поглядывала в сторону Розы, которая мечтательно слушала гостью. — Получает 100 долларов в месяц, живет у хозяйки в квартире, ходит на дискотеки и в кино. Пустите дочку в Москву — будет вам деньги присылать...
     Мать слушала и не верила, а Роза сразу загорелась и решила: еду! В течение десяти дней Фатима регулярно захаживала к Баязетовым и другим односельчанам, заманивая детей. В конце концов родители решили: пусть дети попытают счастья. Когда в кишлак через некоторое время приехала за работниками сама Шолпан с сестрой и подругой, в дальний путь собрались пятеро, в их числе и 17-летняя Роза. Девушка надела в дорогу нарядные босоножки и новое платье, в котором красовалась на выпускном вечере.
     Вскоре после отъезда мать позвонила Розе в Москву. Девочка говорила, что у нее все в порядке. А в октябре в колхоз из Москвы привезли тело Гульнары. Когда отец забирал останки дочери, к нему подошли несколько мужчин и посоветовали помалкивать, если он не хочет отправиться следом за нею. Гроб публично не открывали, но в кишлаке поговаривали, что тело девушки буквально истерзано. Мол, убили в магазине сестры Шолпан. Вину на себя якобы взяла одна из продавщиц, но дело-то темное...
     Матери начали названивать в Москву. Дочери односложно отвечали, что все хорошо. А в январе одна из девочек сообщила по телефону, что Баязетова якобы бежала, прихватив деньги из кассы магазина. (Позднее выяснилось, что это неправда.) А потом в колхоз пришла телеграмма из московской милиции, что Баязетову задержали на столичной улице. Дехкане назанимали у соседей денег на дорогу и отправились за детьми в далекий город.
     В центре временного содержания несовершеннолетних преступников, куда милиционеры поместили девочек, мать сразу даже не узнала Розу. Затравленный взгляд, на руках и голове — ссадины и шрамы. Девушка поведала матери свою историю...
* * *
     Злоключения искателей счастья начались прямо в поезде, на который посадила их Шолпан. Она дала в дорогу четверым девушкам и юноше четыре буханки хлеба и палку колбасы. Сама женщина полетела самолетом и не видела, как нелегко дались землякам трое суток поездки. Однажды Роза даже упала в голодный обморок.
     На вокзале обессиленных путешественников встретили хозяева, которые быстро распределили пятерку по рабочим местам. Поначалу Розу привезли в магазин на улице Декабристов, где ее заставили заняться уборкой. Девушке даже не дали переодеться, и она надраивала помещение в выпускном наряде, которым очень дорожила...
     После своеобразного “экзамена” Розу отвезли в квартиру на Алтуфьевском шоссе, где жила хозяйка. Отныне Баязетова стирала, убирала, ездила с Шолпан за продуктами на рынок, где исполняла роль грузчика. Когда девушка заканчивала домашние дела, рабовладелица “конвоировала” ее в магазин, где Роза тоже делала грязную работу. Поздно ночью обессиленная девушка возвращалась в квартиру. Спала она по четыре часа в сутки на кухонном полу, куда “щедрая” Шолпан бросила для пленницы подушку и одеяло.
     Хозяйка вечно корила рабыню за нерасторопность и била девушку деревянной скалкой. Иной раз, когда Роза готовила еду, хозяйка хватала нож и с непонятным наслаждением полосовала руки и голову девушки. По окончании экзекуции несчастная бежала в ванную, где смывала кровь. Раны не разрешалось ни обрабатывать, ни бинтовать. Когда мучительница входила в раж, она выкручивала девушке груди, приговаривая, что теперь Роза испорчена, и никто не возьмет ее замуж.
     В августе Роза решилась на побег. “Будь что будет, — думала она. — Может, я умру где-нибудь в Москве, а может, вернусь в Узбекистан”. Неопытная девушка не продумала как следует пути отступления. Она лишь сумела забрать свой паспорт и добралась до Казанского вокзала, где ее уже поджидали Шолпан и Булат. Они схватили Розу и отвезли в магазин, ставший для нее тюрьмой.
     В декабре непокорная Роза снова отважилась бежать, и ей это удалось. Она добрела до Ботанического сада, села на автобусной остановке и задумалась: идти было некуда. На ее счастье, неподалеку остановилась милицейская машина. Роза подошла к стражам правопорядка и рассказала им о своих несчастьях.
* * *
     В отношении Истанбековой было возбуждено уголовное дело по статье 117 УК РФ (истязание). Оперативники МУРа нагрянули в магазины Шолпан и ее сестер и освободили пленников. Женщины снова пытались запугать или подкупить рабов, чтобы те не сболтнули лишнего. К сожалению, пока неизвестно, все ли узники вернутся на родину...
     В коридоре Бутырской межрайонной прокуратуры корреспонденту “МК” удалось побеседовать с мужем Шолпан. Мужчина заявил, что его супруга ни в чем не виновата и что за решетку ее отправили злодеи-конкуренты, которым не терпится прибрать к рукам магазин. По словам Булата, девушек запугали, и работницы дали показания, которые выгодны правоохранительным органам России. “Когда они вернутся домой, то в присутствии юристов расскажут, как все было на самом деле”, — заявил он.
     Блюстители правопорядка немного опасаются, что запуганные девушки, как и их предшественницы, откажутся от своих показаний. Впрочем, для московских детективов дело чести — добиться того, чтобы садистка наконец получила по заслугам. Иначе насилие будет бесконечным...
     Увы, в российском Уголовном кодексе до сих пор отсутствует наказание за привлечение к принудительному труду, который между тем запрещен Конституцией. Этот пробел в законодательстве надо заполнять. Примеров рабства в современной России, стремящейся стать правовым государством, предостаточно. Взять хотя бы “кавказских пленников” в Чечне. Теперь же феодальные традиции подобрались ближе к Кремлю.
     P.S. Всех, кому что-либо известно о злодеяниях Шолпан Истанбековой и кто опознал ее по фотографии, просят звонить по телефону 979-66-28.
    


Партнеры