Большой брат?

Мачеха Киркорова предположительно беременна

16 августа 2002 в 00:00, просмотров: 814
  После Ялты — переправа через Керченский пролив, остановка в Новороссийске. На семь вечера назначен концерт. На пять — штормовое предупреждение о смерче. Смерч, к счастью, прошел мимо. Концерт состоялся, хотя эмоции были сдержанными. Потрепанный предыдущим ударом стихии, Новороссийск залечивал раны после пережитого бедствия.
     Но утром по Москве пронесся другой смерч — информационный. Москва уже шушукалась по углам, а Интернет разрывался сенсацией: Людмила, вторая жена Бедроса Киркорова, отпраздновавшего недавно свое 70-летие, беременна. Филипп в этот момент еще досматривал последний сон, чему-то блаженно улыбался и почти по-детски посапывал. Его разбудила противная телефонная трель. В трубке раздались экзальтированные причитания московского администратора Коли. Филу Коля поведал о том, о чем уже больше суток судачит вся Москва. Следующим оказался звонок от “ЗД”. Больше с прессой ФК не общался. Его комментарий для “МК” — единственное заявление Филиппа, сделанное для СМИ.
     — Это неправда, неправда, неправда. Не знаю, откуда они это взяли, — не дождавшись вопроса, затараторил Филипп.
     — Что неправда?
     — Про беременность.
     — А тут говорят — правда.
     — Да я сам сегодня узнал с утра. Из офиса звонили: “Филипп Борисович! Что делать? У нас скандальная ситуация... Звонили журналисты. Все сошли с ума”. “Возьмите себя в руки, вашу мать!” — рявкнул я. А сам замер у телефона. Думаю: блин, неужели он (Бедрос. — Прим. “ЗД”) пошел на то, что ничего не сказал, и я как последний идиот узнаю это из газет. Звоню в Новгород. Как назло полчаса не могу прозвониться.
     — Дозвонился?
     — Да... Ну, ни бэ, ни мэ, ни кукаре... Он (Бедрос. — Прим. “ЗД”) все отрицает. Но я чувствую, что-то тут не так. Я-то его хорошо знаю. Его интонации. “Да нет, ля-ля-тополя...” А я его раз, возьми на понт, и говорю: “Я разговаривал с врачами, они сказали, что беременна”. И он тут раскололся, конечно: “Ну, да, сына, беременна. Понимаешь, только два месяца, мы тут хотели...” “Ах, ты!” — говорю. “Как ты мог, вообще?” — говорю... В общем, не знаю. Наверное, факт имеет место быть.
     — Может, они так осторожничают, потому что все-таки возраст? Мало ли что?
     — Это у Бедроса возраст. А ей-то там сорок сколько-то, я не знаю... В общем, хохма. Утро Филиппа началось с того, что ему позвонил его сотрудник, чтобы сообщить та-акую вещь... В общем, чувствую себя круглым дураком и до сих пор толком не понимаю, правда это или неправда.

* * *

     Надо сказать, в семействе и прежде случались трогательные ситуации, когда о судьбоносных событиях в жизни друг друга они узнавали то от посторонних людей, то из прессы, то еще откуда-то. Кристина вот узнала о бракосочетании своей маман с Филом в 1994 году из телерепортажа, когда лежала на массажном столе в салоне красоты. Сильно удивилась — не меньше, чем Филипп вчерашним утром. “ЗД”, со своей стороны, все-таки разыскала Бедроса Киркорова, зная уже о разговоре Филиппа с отцом.
     — Бедрос, здравствуйте! Здесь все волнуются. Не проясните ситуацию — появится-таки у Филиппа братик или сестренка?
     — Артур, дорогой, это кто, Филипп тебе сказал?
     — Да все уже говорят.
     — Боже, господи! Ты будешь первым, кому я позвоню и об этом скажу, когда будет ясность.
     — Как первым? А Филипп с Аллой?
     — Ну, да, сперва Филипп, а потом — тебе.
     — Спасибо большое, Бедрос. А из-за чего весь сыр-бор? Анализы какие-то противоречивые?
     — Пока еще ничего нет. Женские дела. Ну, знаешь. И уже раздули. Филиппу один раз по просьбе покупал лекарства от рака, и заговорили, что у Филиппа — рак. Вот такие газетчики. Сегодня я уже выгнал здесь одного корреспондента. Пришел с букетом цветов. Я ему сказал: “Давайте уходите, нечего тут околачиваться”...
     — Когда же все прояснится?
     — Не знаю. Не надо говорить гоп, пока не перепрыгнул...
     — Желаю вам и Люде удачи и здоровья.
     С Людмилой, впоследствии ставшей его второй женой, Бедрос Киркоров познакомился в 1992 году, когда гастролировал по Новгородской области. Людмила была тогда председателем передового колхоза и показывала Бедросу местный музей. Долгие годы они потом не виделись, а после смерти Виктории, мамы Филиппа, случайно встретились в Москве. “Разговорились, — как вспоминает сейчас Бедрос. — Она одна, я один. Я подумал-подумал: она симпатичная такая. Почему не попробовать?”. Ныне они живут в Новгороде и владеют фермой. Молоко, мясо — все свое.
     Вторая женитьба Бедроса вызвала в Семье сдержанную реакцию. Но там, в Новгороде Великом, говорят, они живут душа в душу и вполне счастливы. Далеко уже не юноша с девушкой. В таком возрасте возможны серьезные осложнения, в случае, например, беременности, из-за которой так сильно здесь разволновались. Скорее всего они и не хотели никого тревожить до тех пор, пока сами не убедятся, что все идет хорошо. Вполне понятный и логичный мотив. Загадка лишь в том, откуда произошла столь нежеланная для них утечка информации. “ЗД” предполагает, что из больницы, где Людмила сдавала анализы.
     Если же все в итоге сложится удачно, то у Филиппа появится либо братик, либо сестра, которые, только родившись, сразу станут двоюродным дедом (или бабушкой) сыновьям Филовой падчерицы Кристины Орбакайте — Никите и Денику. Во, блин! Вспомнилась былая веселая тусовая шутка о статусе Петровича (Владимира Преснякова-старшего): “Отец мужа дочери жены Филиппа Киркорова”...
    



    Партнеры