Что еще можно запретить в Москве?

В последние годы идет борьба за искоренение тяжкого наследия петровского режима

28 мая 2007 в 00:00, просмотров: 608

  В свое время Петр I повелел “всем пить вино, курить табак”. Нынче другие пришли времена, и появились другие критерии цивилизованности. И в Москве скоро будет нельзя распивать на улице даже пиво, а мест для курения станет меньше. Но скорее всего этим приобщение нас к цивилизации не ограничится. Отсюда вопрос: ЧТО ЕЩЕ МОЖНО ЗАПРЕТИТЬ В МОСКВЕ?
     От идей отбоя не будет. Мировой опыт тому свидетельство. СМИ, например, очень любят публиковать под рубрикой “Это интересно” пассажи типа “а знаете ли вы, что в штате Коннектикут с 1830 года запрещено выгуливать енотов без поводка и ошейника”. Из чего следует, что во все времена и во всех странах были люди, готовые без устали обдумывать возможность сделать жизнь сограждан еще более уютной и комфортной путем разного рода запретов.
     Это актуально и для Москвы. Депутаты столичного законодательного органа уже запретили детям до 16 гулять после 22 часов без сопровождения взрослых, а всем горожанам — носить нижнее белье с символикой города, использовать на демонстрациях и шествиях потрепанные столичные флаги, оставлять включенной на ночь автосигнализацию, торговать в переходах и т.п.
     Но осталась еще куча вещей, не замеченных законодательством. Есть что обсуждать и принимать на сессиях. Давно пора, например, официально запретить сидеть на городских лавочках, вознеся зад на спинку, а ноги на сиденье. Еще неплохо бы покончить с громкими разговорами по мобильным в общественных местах — кафе, ресторанах, автобусах. Это без иронии говорится. Уж больно надоело пить кофе под получасовой аккомпанемент разговора, состоящего из грудных протяжных звуков типа: “М-м-м-м”, “Н-у-у-у” и “А т-о-о-о”.
     Воспитание подрастающего поколения — тоже благодатная почва для запретов. Просто непонятно, почему до сих пор обойдены вниманием татуировки и пирсинг среди подростков. Дело это модное, но не совсем незамутненное с точки зрения нравственности, которую неустанно отстаивают московские законодатели. Стоит, наверное, установить жесткие нормативы на количество металлических изделий, повешенных на тело (скажем, от 14 до 16 лет — не более 5 граммов, от 16 до 18 — до 10 г и т.д.). И точно дать понять подросткам, какой тематики татуировки они не имеют права носить. Например, из “идеологических и эстетических соображений”.
     Кстати, об эстетике. Личная просьба. Пусть запретят наконец в пределах МКАДа носить мужчинам носки в ансамбле с сандалиями. Или хотя бы пусть носки будут целыми. Сами модники-анархисты до этого вряд ли дойдут. Может, хоть запреты помогут?
     Ну а в первую очередь можно будет ввести простенькие запреты. Например, на плевание и использование жвачки на улицах. Чтобы было как в Сингапуре — давно признанном одним из самых благоустроенных городов.
     Но кажется, что как в Сингапуре у нас не будет. А будет вот как. Сначала закон о плевании вынесут на обсуждение Думы. Первая формулировка будет радикальной: “Запретить плевки во всех общественных местах”. Начнутся дискуссии: стоит ли, например, считать больницу общественным местом? И если да, то как быть с кабинетами стоматологов, где сплевывать обязательно?
     Или, скажем, громкое чихание? Можно ли его приравнять к плевкам или нет? В таких принципиальных спорах пройдет первое чтение, затем второе, третье… Наконец закон будет принят. На следующий же день в ряде изданий появятся злободневные репортажи о том, как корреспонденты до посинения плевались в поле зрения милиционеров и им ничего за это не было. А потом все успокоится. И москвичи продолжат плеваться на улицах, как, впрочем, и пить пиво в сквериках, торговать в неположенных местах и плодить неврастеников, вынужденных слушать, как в три часа ночи трудно умирает чья-то оставленная включенной сигнализация.
     Все, что не запрещено в Москве, — то разрешено. И что запрещено — тоже.



Партнеры