Куда идет наш «южный брат»

Казахстан на фоне России

25 ноября 2014 в 15:32, просмотров: 28416
Куда идет наш «южный брат»
фото: Наталия Губернаторова

В середине ноября, изменив традиции обращаться к парламенту и народу Казахстана в начале года, президент Н.Назарбаев огласил послание на 2015 год и на следующую пятилетку. Самый опытный и амбициозный из постсоветских политиков, он начал свою речь с того, что «ближайшие годы станут временем глобальных испытаний, будет меняться вся архитектура мира, [и] достойно пройти через этот сложный этап смогут далеко не все страны». Вероятно, Н.Назарбаев прав — и Казахстану, который, как он корректно заметил, «находится в непосредственной близости к эпицентру геополитического напряжения», придется очень постараться, чтобы его путь через очередные сложности оказался не слишком тернистым.

Казахстан — не столько страна, которую россияне, согласно соцопросам, видят в первой тройке «союзников России», но и, безусловно, одна из самых перспективных стран постсоветского пространства. За годы независимости она сумела довольно успешно развиться экономически, хотя и осталась страной, к которой у сторонников европейской демократии может быть много претензий. Бессменное лидерство вкупе с многочисленными примерами клановой борьбы, однако, не помешали Казахстану совершить подлинный рывок в развитии своего основного — сырьевого — сектора.

К примеру, в 2013 г. тут добыли в 3,2 раза больше нефти и в 3 раза больше газа, чем в Казахской ССР в 1990 г., — в то время как Россия едва вышла на уровни РСФСР того времени. Кроме того, Казахстан создал довольно оригинальную модель экономики, в которой в условиях политической сверхцентрализации бóльшую часть сырья (59% нефти и 53% урана) добывают частные компании — в большинстве своем со значимой долей иностранного капитала. Это единственная из постсоветских стран, которая начала работу в направлении создания новой индустриальной базы, понимая, что ограничиваться одной лишь добычей сырья — большая ошибка.

Казахстан показывает пример России и в области либерализации экономики: налоги здесь существенно ниже наших (налог на прибыль — 15%, НДС — 12%, НДФЛ — 10%, страховые платежи — 15% от полученного дохода). А профессионализм управленческой элиты, формируемой в соответствии с законом «О государственной службе» — где в единственном среди аналогичных актов государств бывшего СССР закреплен меритократический принцип отбора кадров (согласно которому руководящие посты должны занимать наиболее способные люди), — постоянно растет.

Однако сегодня наступает тревожное время. В своем «внеочередном» послании президент Н.Назарбаев привычно говорит о «новой масштабной программе развития», о мерах поддержки «проектов в пищевой и химической промышленности, машиностроении, а также в сфере услуг», оздоровлении банковской системы и финансовой сферы, о строительстве автомобильных дорог и аэропортов, развитии свободных экономических зон на границе с Китаем, совершенствовании энергетической и транспортной инфраструктуры. Огромное внимание уделено созданию нового транспортного коридора из Китая в Европу, который может дать работу двумстам тысячам человек.

Все эти меры предполагается, как и прежде, проводить с широким привлечением иностранного капитала, осуществлять их эффективно и с расчетом на быструю окупаемость — доля бюджетных средств в капиталовложениях не превысит 15%, причем будут привлечены инвесторы из десятков стран. В то же время бросается в глаза, что в детальном изложении планов развития находится место для упоминания ЕС, Китая и Ирана, Европейского банка реконструкции и развития, Азиатского банка развития и Всемирного банка — но при этом только один раз вскользь упоминается Россия. И ничего не говорится ни о Таможенном союзе, ни о Евразийском экономическом союзе, ни об иных формах взаимодействия (тем более интеграции) с северным соседом.

Мне кажется, это умолчание не случайно. Принимая самое деятельное участие в постсоветской интеграции, Казахстан пока не получил от нее очевидных плодов. Отрицательное сальдо в торговле Казахстана с Россией за 2010–2013 гг. выросло почти на 40%. За январь—август этого года объем торговли с Белоруссией сократился на 8,5%, а с Россией — на 22,1%. Доля стран ТС в экспорте Казахстана снизилась до исторического минимума в 6,1% с 9,2% еще в 2011 году.

Казахстанские энергетические компании не получили доступа к российским транзитным возможностям и активно переориентируются на Китай и на экспорт сырья через Каспийское море в Турцию. Россия, несмотря на декларируемое союзничество, строит новый космодром на Дальнем Востоке — и хотя его создание обойдется в 95–110 раз дороже ежегодной аренды «Байконура» (а может, и еще дороже, учитывая последние расследования СК и Счетной палаты), выбор был сделан в пользу новой площадки. Что подозрительно напоминает желание Москвы избежать транзита газа через Украину посредством строительства «Южного потока».

Определенную напряженность наверняка вызовет и набирающая темп перерегистрация российских компаний в Казахстане, что позволяет нашему бизнесу экономить на налогах, но иметь неограниченный доступ на российский рынок. Я уже не говорю о том, что Казахстан может стать идеальным местом для создания европейских или китайских индустриальных парков, продукция которых может продаваться в России. И даже каналом импорта «подсанкционных» товаров.

В общем, противоречий между нашими странами не становится меньше.

Президент Н.Назарбаев умело обходит политические проблемы — как он, собственно, делал это и раньше. Однако «эпицентр геополитического напряжения» все более накаляется. Ответом сомневающимся в наличии у казахов государственной истории стало заявление Н.Назарбаева на недавней встрече с активом Астаны — о том, что в 2015 г. будет отмечено 550-летие этой самой государственности. И этот тезис был повторен в послании. Судя по всему, подчеркивание этого обстоятельства выступает в нынешних условиях реакцией на украинские события, из которых в Астане пытаются сделать выводы.

Казахстан — страна, которой четверть века удавалось избегать многих перегибов, случавшихся в истории постсоветских государств. Его руководство на протяжении всего этого времени выступало самым последовательным сторонником и локомотивом постсоветской интеграции. Но если такая интеграция будет принимать вид восстановления СССР, то президенту, парламенту и народу Казахстана стоит задуматься не только о методах экономического развития, но и о перспективах своего суверенитета. Сегодня Казахстан многовекторно сотрудничает с самыми разными, порой находящимися в сложных отношениях между собой державами: тесно взаимодействует с США и входит в ОДКБ, председательствовал в ОБСЕ и выстраивал прагматичное союзничество с Китаем. Это единственная постсоветская страна, армия которой оснащена не только российским, но также европейским, американским и даже китайским вооружением. В наши дни такая «многополярная» внешняя политика может казаться кое-кому беспринципной — и это тоже нельзя не учитывать.

Осознают ли это в Астане? Я почему-то уверен, что да. Не исключено, что послание было озвучено раньше обычного срока отчасти и для того, чтобы убедить граждан и бизнес-сообщество: в экономике у нас все будет нормально (и скорее всего, действительно будет — ведь в том же 2009 г. казахская экономика выросла на 1,2%, тогда как российская упала на 7,8%; а в текущем тенге обесценился на 19,6%, тогда как рубль — уже почти на 28%). Озвучив амбициозную программу хозяйственного развития, сейчас в Астане, судя по всему, следует перейти к осмыслению стратегических политических перспектив — которые, на мой взгляд, стали за этот год намного менее ясными.



Партнеры