Возможно ли создание антитеррористической коалиции Запада и России

Что окажется сильнее – разногласия или желание победить ИГИЛ?

19 ноября 2015 в 12:27, просмотров: 2376

Так случилось, что террористы оказались успешнее дипломатов. Им, казалось бы, удалось то, что дипломатам до сих пор не под силу. Создается впечатление, что Соединенные Штаты, Россия и Франция, сплотившись, выступят вместе против террористического «халифата» ИГИЛ.

Возможно ли создание антитеррористической коалиции Запада и России
фото: AP

У каждой из этих трех держав имеются свои резоны на то, чтобы разгромить ИГИЛ, совершивший ряд терактов в Париже и взорвавших самолет с российскими туристами.

Как известно, президент Обама передал разведывательные данные французским властям, чтобы облегчить их удар по столице запрещенной в России террористической группировки ИГИЛ Ракке. Одновременно он сделал несколько заявлений о том, что он открыт для более глубокого сотрудничества с Москвой.

Однако возникновение тройственного антитеррористического союза всё ещё носит, скорее, теоретический характер. Правда, президент Франции Олланд собирается, как бы перебросить мост через Вашингтон в Москву и обратно. На следующей неделе он посетит американскую и российскую столицы.

Как известно, и президент Обама, и президент Путин, несмотря на целый ряд примирительных заявлений, тем не менее, не могут пока что устранить те фундаментальные разногласия, которые существуют между ними и, которые трагедия Парижа отнюдь не ликвидировала.

Соединенные Штаты не могут согласиться с тем, что Крым стал российской территорией. Кроме того, события на Восточной Украине тоже не способствуют американо-российскому сближению. Также нельзя сбрасывать со счетов российскую пропаганду, которая пытается посеять среди членов НАТО сомнение в том, что пятая статья Северо-Атлантического договора сработает. (Смысл 5-й статьи — один за всех, все за одного.) Противоречия между Вашингтоном и Москвой связаны и с будущим президента Сирии Асада. Как говорит Строуб Тэлботт, президент Бруклинского института и бывший заместитель государственного секретаря США, создание реального союза потребовало воистину сейсмических изменений в отношении России к Сирии и её президенту Асаду. Как известно, Запад обвиняет Россию в том, что она, спасая Асада, бьет по тем группировкам, которые не имеют отношения к ИГИЛ, а выступают под эгидой американцев против Асада.

Насколько усложнена проблема создания коалиции против ИГИЛ показали действия французских дипломатов в ООН. Они начали проводить переговоры среди своих коллег по Совету Безопасности о принятии таких резолюций, которые допускали бы применение силы против «Исламского государства». По словам французского посла Франсуа Делаттра, Франция добивается резолюции, которая была бы «краткой, сильной и сфокусированной на борьбе против нашего общего врага».

Однако не дремлют и российские дипломаты, которые муссируют принятие резолюции, повторяющей проект резолюции о создании антитеррористического блока, смысл которого — спасение режима Асада. Как сказал российский представитель Виталий Чуркин, отсутствие связи с правительством Сирии ослабляет возможности объединенной борьбы против терроризма.

Сопровождавшие президента Обаму в Турцию лица говорят, что за последние дни президент и его государственный секретарь Джон Керри выражают определенный осторожный оптимизм по поводу объединения с Россией против «Исламского государства». После встречи с Путиным в Турции президент Обама заявил в Маниле, что Россия являлась «конструктивным партнером» на переговорах в Вене во время поисков дорожной карты для установления перемирия в гражданской войне в Сирии. Однако для дальнейшего развития сотрудничества, подчеркнул президент, Путин должен обращать меньше внимания на сирийских повстанцев, поддерживаемых Вашингтоном, и больше сосредотачиваться на борьбе против ИГИЛ. «Проблему, безусловно, составляет военное вторжение России в Сирию, где Россия больше фокусируется на поддержание президента Асада. Если мистер Путин поменяет фокус своих вооруженных сил и сосредоточится на главной опасности, которую представляет ИГИЛ, тогда создастся ситуация, которую мы хотели бы видеть».

Президент Франции Олланд, находящийся под огромным прессом дома после атаки ИГИЛ на столицу Франции, пытается также выступать с определенными дипломатическими инициативами. Ощущая, что в воздухе витают шансы для сближения между Вашингтоном и Москвой, Олланд решил посетить Вашингтон во вторник и встретиться с Обамой, а затем Москву для переговоров с Путиным. В прошлую среду Олланд заявил, что он хотел бы выковать «большую коалицию» для решительных действий против Исламского государства.

Нельзя не обратить внимание на такое явление. Президент Олланд не призывает страны НАТО на помощь Франции и не упоминает статью пятую Северо-Атлантической хартии. (Эта статья была введена в действие только единожды — после 9/11 2002 года, когда атаке террористов подверглись США.) Французские дипломаты исходят из того, что президент Обама не хочет втягивать свои сухопутные войска в военные действия в Сирии или Ираке. Как заявил один высокопоставленный французский дипломат, Париж не хотел бы конфуза президента Обамы. Поэтому от Обамы «не требуют невозможного».

Вместо обращения в НАТО президент Олланд вспомнил забытую всеми статью Лиссабонского договора, который трактует деятельность Европейского Союза. Речь идет о статье 42.7, в которой говорится, что если член ЕС становится объектом «вооруженной агрессии на своей территории», то другие члены ЕС обязаны оказать ей помощь и поддержку всеми средствами, которые находятся в их распоряжении.

Когда французского посла в Вашингтоне Жерара Арно спросили по Твиттеру: почему Франция воспользовалась договором Европейского Союза, а не Северо-Атлантической хартией, то посол ответил, что одна из причин — «диалог с Россией». Смысл этой причины состоит в следующем. Россия враждебно относится к НАТО и поэтому ссылки на НАТО вызвали бы только провокационное раздражение в Москве.

Страны единогласно голосовали за поддержку с Францией. Однако договор ЕС не диктует им военные действия. Кроме того, ни одно европейское государство не выражает своего желания конфронтировать с ИГИЛ, как это делает Франция — на своей территории, а также в Мали, Ираке и Сирии.

Даже Великобритания, всё ещё отряхивающаяся от участия в интервенции в Ираке 2003 года, не высказывает особого желания наносить удары по ИГИЛ в Сирии. Премьер-министр Дэвид Кэмерон обещал, что он будет добиваться от парламента участия в акциях на территории в Сирии, только в том случае, если он получить «явное большинство». Однако избрание лидером лейбористской партии Джерми Корбина твердокаменного «левака» сделало получение парламентского большинства почти что невозможным.

Соединенные Штаты, Европа и Россия после окончания «холодной войны» иногда выступали единым фронтом. Однако в отношении Сирии, точнее режима Асада, такое единство не наблюдается. Администрация Обамы подозревает, что в Сирии Россия не только поддерживает режим Асада. Её реальные цели заключаются в том, чтобы вывести из-под фокуса мирового внимания украинские дела. «Готовы ли мы сдать Украину? — спрашивает Айво Даалдер бывший обамовский посол в НАТО, а ныне президент Чикагского совета по международным делам. «Меня беспокоит то, что мы начинаем попадать в эту ловушку», — говорит он.

Как известно, на «поле» ИГИЛ в Сирии кроме Соединенных Штатов, России и Европы играют Турция, Иран, Ирак и Саудовская Аравия. Госсекретарь Керри потратил много времени на то, чтобы добиться консенсуса между ними. Однако, как говорит тот Даалдер: «Помимо Франции и Соединенных Штатов в нынешней ситуации ни один из этих игроков не считает борьбу против ИГИЛ своим первейшим приоритетом». А без этого, продолжает он «я не вижу, что сложилась новая коалиция». А жаль.



Партнеры