Хан или пахан?

Реальный портрет Рамзана Кадырова. Часть 3-я

26 января 2007 в 00:00, просмотров: 3323
  (Продолжение. Начало см. в “МК” от 24 и 25 января 2007 года.)
     Сегодня развенчаем миф о чудовище. Или о богатыре — кому что нравится. Миф, который создали сами. Все, что мы думали о Рамзане, зиждилось на усвоенном с колыбели атавистическом страхе перед “злым чеченом”. Если обратиться к фактам, сказка уйдет. А страха прибавится.

Чеченский цирюльник

     Рамзана либо хвалят, либо ругают, не разбираясь в мотивах его поступков. Анализ его личности — набор глухих штампов. Амбициозен, жесток, деспотичен. А почему? Окажись на месте Рамзана русский парень, мы бы всё про него разнюхали. А с Рамзаном весь анализ: он чечен, и это многое объясняет.
     На официальном сайте чеченского правительства перечислены все его регалии: Звезда Героя России, орден Мужества, медали “За заслуги в проведении переписи”, “За службу на Кавказе”. “Почетный член академии естественных наук”, “Человек года” и т.д. и т.п.
     Одни считают, что заслужил, другие говорят — “недостоин”, но среди прочего есть звание, ни у кого не вызывающее сомнений: мастер спорта по боксу. Очень важное звание для мужчины. Боксер — значит, боец, значит, сильный, значит, не трус. Почетный академик может не разбираться в естествознании. Героя России могут дать в политических целях. А боксерское мастерство измеряют конкретно: турниры, бои, победы, нокауты.
     Опрошенные мною спортсмены Южного федерального округа, в том числе ровесники Рамзана — не слыхали о боксере Кадырове. Чтоб получить мастера, нужно попасть в российский финал или побить других мастеров. Если б Рамзан это сделал, боксеры бы знали.
     Важно не то, что он не боксер, а то, что он хочет, чтоб его так называли. Слыть сорвиголовой, а не домашним ребенком из семьи священнослужителя. Если же допустить, что Рамзан робок и закомплексован, его действия обретают смысл.
     Он не знает, как вести себя сильному человеку. Изображает силу как может. Швыряет пачки денег под ноги артистам. А еще, наверное, слышал, что сильные убивают. Убивал ли Рамзан — не знаю, но в интервью хвастался: “Я участвовал в уничтожении людей…” Фраза, странная для убийцы.

Маленькое условие

     Те, кто считает его диктатором, льстят. Власть Рамзану досталась без боя. Основы режима заложил старший Кадыров, но он действовал в военных условиях, при живом Басаеве. Как всякий диктатор, Ахмад Кадыров боролся с инакомыслящими; разница лишь в том, что эти инакомыслящие были неплохо вооружены. Ахмад Кадыров и собрал несколько тысяч “кадыровцев” — перевербованных боевиков, которые одним своим существованием определили кандидатуру преемника. Если бы Москва знала, что обделенный властью Рамзан не способен поднять на мятеж всю эту банду, его бы в расчет не взяли, но сын унаследовал репутацию сильного и волевого отца, не обладая ни волей, ни силой.
     Никак не проявивший себя на поле боя, Рамзан выказал диктаторские способности в мирной жизни. Но, чем бы он ни занимался (восстановлением Грозного, амнистированием боевиков или борьбой с коррупцией), его главная цель — укрепление собственной власти. А это при его дюжинных способностях возможно только при отсутствии конкурентов. Главным доводом в пользу Рамзана является то, что он якобы взвалил на себя все заботы о республике. В отличие, например, от многих состоятельных чеченцев, предпочитающих комфортную и безопасную Москву, Рамзан, ежедневно рискуя жизнью, ютится со своим народом среди руин своей несчастной родины. На самом деле он живет в роскошном особняке в Хосиюрте и от лавров спасителя республики никому не уступит ни листочка.
     Потенциально Чечня очень привлекательна для бизнесменов, особенно чеченцев с их традиционной привязанностью к малой родине. Вся экономика республики разрушена, на ее восстановление будут выделяться огромные деньги, есть возможность поучаствовать в государственных подрядах и просто затеять бизнес с нуля. Миллион жителей — огромный рынок. И еще один существенный плюс: все ветви власти сжимает одна рука — достаточно договориться с Рамзаном, и ни один чиновник — ни местный, ни московский — не посмеет тебе помешать. За такую “крышу” придется, конечно, регулярно пополнять фонд Кадырова, но от налогов нигде не скроешься.
     Есть, правда, еще одно маленькое условие, совсем пустяковое, но неприемлемое для чеченских предпринимателей. Работая в Чечне, ты должен знать свое место, не лезть в политику и следить, чтоб твоя голова всегда была чуть ниже головы Рамзана Кадырова. Случайный залетный делец легко такое переживет, но серьезный бизнесмен-чеченец, который хочет инвестировать в республику не только в расчете на быстрый куш, но и ради будущего благополучия своего рода, на подобное унижение не пойдет. Смысл теряется: зачем обустраиваться там, где тебя опозорили? А снесенное унижение передается в Чечне по наследству.
     Выстроив этот непреодолимый психологический барьер, Рамзан обезопасил себя от будущих политических конкурентов, которые быстрее всего могли бы выйти именно из среднего чеченского класса. Для Кадырова это самая опасная часть общества, почти вся состоящая из сообразительных и состоятельных лидеров. Рамзан способен удержаться у власти только при отсутствии соперников. Это говорит о его слабости и неуверенности в себе.

Тупик имени Кадырова

     В чем же тогда его сила, благодаря которой Рамзан так прочно обосновался в республике? А сила его — в тысячах вооруженных сторонников. Я точно знаю из первых уст, что негласным, но обязательным условием амнистии является согласие бывшего боевика на работу в милиции. Можно, конечно, не согласиться, но тогда вообще останешься без работы. В цивильную контору тебя не возьмут, а уж заняться бизнесом и подавно не позволят. Официально это объясняется тем, что бандитский опыт бесценен в борьбе с преступностью. Но более вероятным кажется иное объяснение. Рамзан культивирует нацию бюджетников. Людей, целиком зависимых от местных и федеральных правителей, камуфлированных иждивенцев с автоматами, выданными для поддержания ложного чувства собственного достоинства.
     Рамзан, неспособный на равных конкурировать с сильным и умным соперником, нащупал простую схему, которая может работать годами, пока в Чечню поступают бюджетные деньги на ее бесконечное восстановление и борьбу с терроризмом. Если умеренно и умело отщипывать от бюджета, этих денег Рамзану как раз хватит и на имитацию возрождения, и на борьбу с ваххабитами, и на поп-звезд, и на содержание личной армии, которая, в свою очередь, будет охранять его и себя от кровников и от политических конкурентов, которые могут разрушить безответственную идиллию.
     Впрочем, Кадырова можно понять. В обычной жизни у Рамзана было немного шансов занять место, соразмерное его амбициям. А после всего, что он натворил за последние годы, и шансов выжить после отставки у него немного. Выход один: как можно дольше править бесконечно восстанавливаемой Чечней, попутно плодя недовольных, пополняющих ряды подполья. И это куда страшнее, чем сказка о сильном Рамзане.
     Миф о Рамзане-воине будем опровергать в понедельник.


Партнеры