система для рождения евсюковых будет работать и дальше.......ура
Равняйсь! Смирный!–2
Московский Комсомолец № 25274 от 9 февраля 2010 г.
Маразм милицейской реформы продолжает крепчать 
Уже первые же шаги показали ее полную оторванность от реальной жизни. Собственно, теперь это очевидно не только нам. Большинство новаторских предложений МВД не нашли поддержки в Кремле и Белом доме. Руководство ведомства — и в первую очередь главный “перестройщик”, замминистра Александр Смирный — судорожно пытается теперь сохранить хорошую мину при плохой игре; но вновь — не слишком удачно… О начале милицейской реформы было объявлено 24 декабря, когда на свет появился соответствующий президентский указ. Его содержание для большинства сотрудников и руководителей МВД стало полнейшей неожиданностью. Как выяснится позднее, проект указа готовился в тайне и спешке, без привлечения специалистов и экспертов. Его не согласовали даже с профильными ведомствами. Скажем, ни Минтранс, ни РЖД не были извещены о планах по упразднению транспортной милиции, с которой они связаны теснейшим образом. По словам наших источников, уже в день указа главный железнодорожник страны Владимир Якунин ринулся в Белый дом и Кремль, доказывая ошибочность этого решения. Аналогичную позицию занял и министр транспорта Игорь Левитин. (В распоряжении редакции имеется его письмо, где он прямо заявляет о негативных последствиях реформы.) Резко против выступили Генпрокуратура и думский Комитет по транспорту. Точно так же о ликвидации другой милицейской службы — департамента МВД на режимных объектах — не знали Росатом, Минпромторг и Минобороны, в чьих интересах работает спецмилиция. Поразительно, но и по прошествии полутора месяцев эта пелена секретности с реформаторских планов не спала. Лишь изредка в печать урывками просачивается информация о готовящихся шагах: передача медвытрезвителей и изоляторов временного содержания; ликвидация главков МВД в федеральных округах. На самом деле все очень просто: МВД просто нечем похвастаться. Под завесой молчания прячется откровенная неподготовленность. До сегодняшнего дня не внесена ясность в большинство ключевых вопросов. Главки в федеральных округах, чьи похороны уже успели справить, на минувшей неделе решено было сохранить. (Хотя это как раз было бы и логично: не имея четко закрепленной зоны ответственности, они превратились в едва ли не самые коррупционные и бесполезные подразделения. Хорошо знаю это на примере ГУ МВД в Приволжском округе, где во взятках и “крышах” погрязла добрая половина сотрудников вместе с руководством.) По нашей информации, отменяется решение и о ликвидации транспортной милиции. Единственно, число межрегиональных управлений (УВДТ) может сократиться с 20 до 10—12. Казнь УВДТ была едва ли не самой серьезной ошибкой неореформаторов. Транспортная милиция — своего рода государство в государстве. Подразделения здесь построены не по территориальному, а по линейному принципу и выведены в параллельную вертикаль. В ее составе 20 межрегиональных управлений, 815 линейных подразделений, 50 тысяч личного состава. В зоне обслуживания — свыше 85 тысяч километров железных дорог, 508 вокзалов, 167 аэропортов, 96 речных и морских портов. Только за прошлый год по железным дорогам проехало в общей сложности 2,5 миллиарда человек. Подобные службы есть в большинстве стран мира: в Америке, Франции, Англии. Несколько лет назад в Казахстане и на Украине их пытались уже сократить, но через год признали оплошность и вернули на круги своя. Аналогичной неудачей закончился и эксперимент с упразднением транспортных прокуратур; позже их пришлось восстанавливать. До недавнего времени — транспортная милиция находилась в фаворе. Меньше года назад с помпой был отмечен 90-летний юбилей, по всей стране гремели концерты, вручались награды. Полномочия УВДТ год от года возрастали; после громких терактов и взрывов самолетов она заменила и службу авиационной безопасности. И вдруг — известие о ликвидации. Дай Бог, чтобы транспортную милицию удалось-таки отстоять. В противном случае — преступность на дорогах и портах вырастет в разы. Ухудшится взаимодействие с иностранными коллегами: сегодня с полициями других стран транспортный департамент работает напрямую, контакты и механизмы отлажены. Самое интересное: в МВД теперь заявляют, что и не собирались ликвидировать линейный принцип работы на транспорте. Так, по крайней мере, объявил мне замминистра генерал-полковник Смирный. Александр Смирный отвечает в МВД за всю штабную и организационную работу, а также тыл. Именно его называют главным идеологом реформ. Сам он, впрочем, от этих сомнительных лавров отказывается. “Если б указ готовил я, — уверяет Александр Михайлович, — сделал бы все по-другому”. Правда, раскрыть истинного автора он так и не решился. Нашу предыдущую публикацию Смирный читал очень внимательно; газета на его столе сплошь исчеркана маркером. Статья Смирного явно задела — особенно те ее пассажи, где писал я про губительный дилетантизм теоретиков, никогда не топтавших “земли”. Я и вправду считаю, что реформы необходимо готовить не оторванным от реалий штабистам, а тем, кто знает службу не понаслышке. Тот же Смирный — из 30 лет стажа и пары годков не прослужил на оперативной работе: инспектором уголовного розыска. (В первой статье я ошибочно указал, что он был участковым.) Потом — комсомолил, был секретарем райкома, инструктором ЦК ВЛКСМ. Когда комсомол развалился — перешел в штаб, после — НИИ, паспортно-визовая служба, аппарат. Смирный уверяет, что, разрабатывая преобразования, они внимательно обсуждали их с начальниками территориальных и оперативных управлений, только верится в это с трудом. Примерно 10 генералов с возмущением говорили мне, что если б им позволили сократить свои структуры самостоятельно, они б это сделали без особого труда; каждый прикинул уже, как урезать 22% личного состава — ровно столько, сколько требуется сегодня. Нет же, им не дают этого сделать. Какой смысл, например, ликвидировать систему ДРО, если в общей сложности служит здесь всего-навсего 17 тысяч человек: примерно 1% от численности МВД. Никто не задумывается, насколько важна специфика спецмилиции, которая обеспечивает правопорядок в закрытых городах. Это, в конце концов, вопрос национальной безопасности. Под контролем ДРО — 42 ЗАТО, 368 особо режимных объектов, 10 АЭС. Все сотрудники в обязательном порядке имеют допуск к гостайне и прошли особую проверку. А теперь представьте, если Евсюков окажется на АЭС… У милицейской реформы в том виде, в каком она сейчас существует, нет главного: конечной цели. Реформы ведутся исключительно ради реформы: ни идеологии, ни задач. Генерал Смирный (или кто еще?) действуют строго по принципу Шарикова: взять всё да и поделить. Одни службы — сократить, другие — объединить, третьи — упразднить; но от механической кастрации МВД не станет работать лучше. Если миллион человек откровенно били баклуши и хапали взятки, почему полмиллиона поведут себя по-другому? Напротив, нагрузка на них только возрастет. Сокращение — это та же бездумная кампанейщина; причем вести ее предполагается преимущественно за счет милиции общественной безопасности — той самой службы, которая больше других работает с населением (ГАИ, вневедомственная охрана, ППС, участковые, лицензионно-разрешительная система, потребительский рынок). Штабные подразделения под резкое сокращение почему-то не подпадают; свои эксперименты Смирный предпочитает ставить на других. Штаб не может быть главнее уголовного розыска или следствия — это аксиома. На железной дороге стрелочник не командует машинистами или начальниками дистанций; он — для них, а не наоборот. В МВД же — стараниями Смирного — все перевернуто с ног на голову. Старый лозунг: “Сократим аппарат, удлиним змеевик” — актуален здесь как никогда. Под эгидой “оптимизации” численности в МВД попытались даже… увеличить центральный аппарат. “МК” удалось познакомиться с официальной перепиской МВД и Главного правового управления президента. Из документов четко следует, что МВД ходатайствовало о расширении своего аппарата с 2970 до 10 тысяч человек. К счастью, Кремль их не поддержал, справедливо указав, что это противоречит идеологии реформ. Прочитав документы, я окончательно понял, почему в МВД не спешат раскрывать свои планы. Большинство предложений выглядят сомнительно, а то и вовсе утопично. Полномочия Службы авиационной безопасности, например, МВД собралось передавать Ространснадзору — организации сугубо гражданской и реальных рычагов не имеющей. Научные институты и вузы — планируется сократить вдвое. Подразделения по борьбе с незаконным оборотом наркотиков — ликвидировать; даром что большинство преступлений в этой сфере выявляется именно милицией. Переход к 2012 году на одноканальное финансирование, когда милиция будет существовать исключительно за счет федерального бюджета, — из того же разряда. Сейчас регионы тратят на софинансирование МОБ 204 миллиарда в год. Следовательно, эти деньги придется с боями перераспределять. С помощью, которую губернаторы оказывают милиции, получится и того сложнее. В Москве и области, допустим, сотрудники ежемесячно получают региональные добавки. Во многих областях милиционерам выделяют жилье и транспорт, ремонтируют и строят здания. Когда губернаторов окончательно отсекут от милицейских дел, они просто перекроют эти живительные краники; какой смысл помогать тем, за кого ты не отвечаешь? Все действия реформаторов из МВД направлены лишь на одно: сократить количество штыков. Резать при этом предпочитают по живому, не думая о последствиях, не просчитывая экономическую составляющую. Настоящим ударом для системы стал подготовленный Александром Смирным предновогодний приказ №1008, которым полностью было остановлено укомплектование всех без исключения милицейских подразделений. Говоря проще, любые кадровые перемещения отныне запрещены. Уволить сотрудника — можно, а подобрать ему замену — нельзя. Если бы речь шла только о реформируемых службах, это еще можно было б как-то объяснить, но запрет введен для всех сразу, без разбора. Сделано это с единственной целью: искусственно вымыть кадры. По подсчетам оргштатников МВД, ежегодно из милиции увольняется 95 тысяч человек. Следовательно, к 2012 году “естественная убыль” составит почти 200 тысяч; вот вам и искомый результат. Между тем шаг этот приведет к последствиям совершенно необратимым. В результате “смирных” реформ резко сократится количество сотрудников, выполняющих практические задачи. Вырастут нагрузки — и, как следствие, упадет качество. (Один участковый уволился — значит, другому придется обслуживать два участка кряду.) Перестанут выполняться нормы выставления нарядов. По прогнозам специалистов, уже к середине текущего года может возникнуть всплеск чрезвычайных происшествий. Невозможно будет даже круглосуточно охранять изоляторы временного содержания. Вырастут потери среди личного состава. Милицейские экипажи будут приезжать на происшествие с опозданием. Резко возрастет текучесть. А как, интересно, быть с УВД Приморья и Сочи, где кипит подготовка к событиям мирового масштаба: форуму АТЭС и Олимпиаде? Там не только преступно сокращать сотрудников; напротив — их нужно набирать дополнительно. Волна недовольства достигла такой силы, что дошла даже до стен Кремля. Нам доподлинно известно, что приказ №1008 стал уже предметом специального разбирательства руководства президентской администрации. Наши источники говорят, что к середине февраля он может быть отменен как “несвоевременный”. В тот день, когда это наконец случится, последние иллюзии насчет мудрости милицейской реформы окончательно рассеются, точно утренняя дымка… …МВД не в первый раз пытаются реформировать; едва ли не каждый новый министр, засучив рукава, пытался навести в своем хозяйстве порядок. Но всякий раз — приводит это к последствиям прямо обратным. При Щелокове, во времена СССР, когда страна была не в пример больше, весь центральный аппарат МВД помещался в одном месте: на Огарева, 6 (ныне — Никитский переулок). Теперь здесь сидят лишь кадры и следствие. Даже огромной, построенной в 1980-е годы штаб-квартиры на Житной сегодня на всех не хватает. Едва ли не каждый из 15 департаментов МВД располагается в своем собственном здании. Плюс еще — самостоятельная миграционная служба. Чем больше было пертурбаций, тем лишь хуже начинала работать милиция. Впрочем, нынешняя “смирная” реформа — затмевает все ошибки предшественников. Она грозит вылиться во всеобщий коллапс. Реформировать МВД силами МВД — все равно что предложить тяжелобольному лечиться самостоятельно, особенно если этого он совсем не хочет. Чем закончится такое “самолечение” — нетрудно предугадать… материал:
Александр Хинштейн |
