mk.ru : Московский комсомолец

Чем дальше в лес, тем толще партизаны. Стоило Владимиру Путину выразиться о никудышной миграционной политике, как чиновники рангом пониже взяли под козырек. Но лучше бы этого не делали... Удивительно, но чем ниже по служебной лестнице, тем быстрее изначально здравые идеи превращаются в абсурд.

Глава Федеральной миграционной службы Константин Ромодановский предложил в целях борьбы с «резиновыми» квартирами отменять регистрацию граждан по месту жительства, если они... отсутствуют дома более трех месяцев и больше нигде не встали на учет. «Я предлагаю, — заявил Ромодановский, — ставить в розыск и наделить миграционную службу полномочиями обращаться в суд за отменой регистрации».

Идея главы ФМС сразу породила немало вопросов. Непонятно, как ведомство будет узнавать об уехавших куда-то гражданах. Вести такой учет невозможно, как невозможно в большинстве случаев и доказать в суде отсутствие граждан по месту регистрации в течение 90 дней. Трудно будет привлечь к ответственности и зарегистрированных в стихийных общежитиях гастарбайтеров, подавляющее большинство которых никогда и не бывали по месту своей фиктивной регистрации. При этом органы ФМС часто знают об этих квартирах. Но те продолжают функционировать из-за коррупции в самих миграционных органах.

Зато предложение главы ФМС может сделать бомжами половину страны. Многие граждане вынуждены снимать жилье. Особенно остро эта проблема стоит в Москве и Санкт-Петербурге, куда стремятся уехать многие молодые специалисты. Рынок аренды в нашей стране регулируется слабо, и арендаторам зачастую бывает сложно уговорить хозяев съемных квартир сделать временную регистрацию.

Также непонятно, как будет осуществляться учет «появления» по месту постоянной регистрации. Предположим, я снимаю квартиру в Юго-Восточном административном округе Москвы, а мои родители живут в Северном, где я и прописан. Я несколько раз в месяц навещаю родителей. Будет ли это считаться «появлением»? Или прежде чем зайти к родственникам, мне теперь нужно будет наведаться в местный паспортный стол и сделать соответствующую отметку?

Ромодановский предложил запретить депортированным нелегалам въезд в Россию сроком на десять лет. И опять возникают вопросы: со странами Средней Азии, например, у России визового режима нет. Как будет осуществляться запрет?

Впрочем, я бы не советовал искать общечеловеческую логику в словах уважаемого Константина Олеговича. У российских чиновников особенная стать. Открою страшную тайну — два главных принципа работы российского чиновника: угодить начальству и отстоять выгоду своего ведомства. И Ромодановский, как человек опытный, своим предложением убивает сразу двух зайцев. Он делает реверанс в сторону Владимира Путина, который на днях выступил с предложениями по изменению миграционной политики. Он отстаивает интересы своего ведомства. Ведь если предложения Ромодановского будут приняты, счастью сотрудников миграционной службы не будет предела. Разрастутся штаты, повысится значимость ФМС, рекой потекут бюджеты, а следом и — куда ж без них — взятки. Представьте, сколько миллионов людей окажутся фактически вне закона, сколько запечатанных конвертов смогут получить сотрудники миграционной службы. Это же золотое дно! Правда, проблема нелегальной миграции останется на том же месте, но кого это волнует?

Предложение Ромодановского показывает нам, как работает вертикаль российской власти. Чем ниже спускается инициатива, тем более абсурдно, выхолощенно она выглядит. Если уже на следующей после Путина ступени его предложение топится в таком демагогическом болоте, то что ждать от заместителя Ромодановского? А рядовые сотрудники ФМС и вовсе не будут долго думать и с автоматом в руках возьмутся отстаивать миграционное законодательство? Какого-нибудь несистемного националиста за призывы, аналогичные тем, что высказал Ромодановский, объявили бы экстремистом и запретили. Но Ромодановского никто не запретит.