mk.ru : Московский комсомолец

— Чем вы занимались до того, как организовали поисковую бригаду?

— Раньше я занимался коммерческим дайвингом. Сейчас я директор-распорядитель в дайвинговой компании.

— Когда и почему вы решили заняться поиском затонувших кораблей?

— В детстве я играл в водолаза на полу в кухне. Искал кораблекрушения, которые сам же строил из конструктора. Наверное, какое-то влияние на меня оказал Жак Ив Кусто. Его фильмы середины семидесятых годов часто показывали по шведскому телевидению. Мне было лет 14-15, когда я захотел уехать за границу на поиски кораблекрушений, чтобы вернуться домой с кучей денег и открыть свой собственный ресторан. Где-то с 1992 года я окунулся в поиски по-настоящему. У меня были разные компаньоны...

Прежде чем отправиться в экспедицию в прошлом июне, после рассмотрения многочисленных вариантов мы решили, что название команды должно быть «Океанический исследователь». У нас работают три человека в группе управления. Когда мы выходим в море, на борту нас от 7 до 9 человек.

— Что вам удалось найти в результате ваших подводных исследований?

— Пока на моем счету лишь один затонувший корабль, с которого мы извлекли спиртное. Это было в 1997–1998 годах. Мы нашли шведскую шхуну Jönköping. Основным грузом корабля было спиртное, заказанное ко двору царя Николая II: шампанское в бутылках, бочки с вином и коньяком. Но из всего, что мы подняли со дна, хорошо сохранилось лишь шампанское «Heidsieck & Co MONOPOLE Gôut Américain 1907».

— И много вы на этом заработали?

— Я не выручил такого количества денег, о котором было бы интересно услышать. За пять лет я заработал всего 100 тыс. евро. Это очень далеко от той суммы, которая необходима для открытия ресторана. Шампанское продавалось через агентов и несколько специальных аукционов — на этом наша компания заработала 500 тыс. евро. Посредники же в итоге заработали около 2,5 млн. евро, может, больше. Если примерно подсчитать все доходы, полученные благодаря многочисленным продажам находок с Jönköping, то получится где-то 5 млн. евро.

— Вам доводилось когда-нибудь пробовать ваши «сокровища»?

— Мне много раз выпадал шанс попробовать «Heidsieck & Co MONOPOLE Gôut Américain 1907». И я могу лишь сказать, что ваш царь сделал хороший выбор! Но если серьезно, у этого шампанского был великолепный вкус, фруктовый, сладкий, немного кисло-яблочный. Запах может быть отвратительным, как только вытаскиваешь пробку из бутылки, но он достаточно быстро уходит. Кстати, знаете, что в Москве в гостинице «Ритц Карлтон» есть бутылки этого шампанского, которые мы добыли в 1997–98 годах? Я слышал, они продаются по «скромной» цене 21 тыс. евро за бутылку.

— Какова была цель вашей последней экспедиции?

— Мы искали пару шведских кораблей, потопленных немецкой подлодкой во время Первой мировой войны. В их трюмах было шампанское и другие алкогольные напитки, также предназначавшиеся ко двору царя Николая II. Нашей целью было найти это шампанское и продать его. Мы надеемся, что это может быть знаменитое «Cristal» Луи Редерера. После революции в России Луи Редерер потерял 80% своего рынка. Мы знали, что очень много ящиков с шампанским экспортировалось через Швецию в Финляндию, а затем в Петроград.

— И как же вы нашли произведший сенсацию неопознанный объект?

— Как я уже говорил, мы искали затонувший корабль. Время поджимало, и нам нужно было возвращаться домой в Швецию. И вдруг на мониторе гидролокатора появился объект круглой формы. Я подумал, что он выглядит достаточно странно из-за своего размера — примерно 60 метров в ширину. Но мы ведь отправились туда искать кораблекрушение, поэтому мы продолжали следовать первоначальной задаче, вместо того, чтобы остаться и изучать непонятный объект. Ведь все это занимает много времени: надо остановиться, заякорить судно, спустить телеуправляемый подводный аппарат (которого у нас просто не было) — на это уходят часы. Спустя примерно два часа после того, как мы увидели этот объект, мы, вероятно, нашли затонувшее судно. Однако нам надо было уже возвращаться, поэтому тайны кораблекрушения должны были подождать, впрочем, как и круглая аномалия.

— На вашем сайте говорится, что странный объект в Ботническом заливе вы обнаружили в июне. Вы сообщили о ней незамедлительно?

— Мы подождали около двух недель, прежде чем показать находку шведской прессе. Надо сказать, что в Швеции ее встретили достаточно холодно. Ну, мы и не стали ничего предпринимать. Однако в конце июля начался какой-то сумасшедший дом. Американский сайт, посвященный теме НЛО, нашел эту новость и сделал какие-то свои далеко идущие выводы. Неожиданно на нашу интернет-страничку стали заходить по полмиллиона посетителей в день.

— Были ли какие-то официальные комментарии по поводу этого объекта от научного сообщества?

— Полно! Идей и предположений о том, что это может быть, поступало примерно столько же, сколько имеется ученых. Большинство из них сходятся на том, что это большая находка, но, как всегда, никто не может сказать ничего определенного.

	Так выглядел неопознанный объект на мониторе гидролокатора.

— Правильно ли я понимаю, что поначалу вы не испытывали большого энтузиазма по поводу дальнейшего исследования этого объекта, но потом стали приходить пожертвования на развитие проекта, и теперь вы планируете вернуться туда?

— Именно так, я осознал ценность этого объекта с самого начала, но я охотник за сокровищами, а не за странными штуками и внеземными объектами. Для меня важно быть внимательным, и я должен смотреть на нашу находку в научном и академическом ключе. Теперь, когда я увидел интерес и желание людей узнать больше, я понял, что действительно имеет смысл проверить то место. Если там нет ничего особенного, я думаю, люди должны об этом знать, иначе это будет новый «Розуэлл», только на дне моря.

— Каково ваше личное отношение к феномену НЛО?

— Что я могу сказать: существует 15 млрд. галактик, в каждой из которых 100 млрд. звезд, наше Солнце одно из них. Одни ли мы во всей Вселенной? Не думаю, что стоит так полагать, но я и не утверждаю, что та штука на дне Ботнического залива — НЛО. Я просто не знаю, что это.

— Какие-нибудь уфологи предлагали вам свое сотрудничество?

— Да многие хотели с нами сотрудничать, спрашивали права на фильм и т.д. Звонили даже люди из религиозных организаций, которые предупреждали нас, что мы можем разбудить дьявола... Эти сообщения были не очень-то дружелюбными и больше походили на угрозы. Я думаю, если Бог есть, то он заботится о любых формах жизни во Вселенной.

— Когда вы планируете вернуться к загадке?

— Я не могу сказать, когда именно это произойдет. Мы ведем несколько переговоров о возможном финансировании, но пока еще ничего не готово...