Частная жизнь против свободы слова

Власти придумали, как спрятаться от гласности

16 мая 2012 в 16:48, просмотров: 12307

Накануне майских праздников Госдума приняла в первом чтении проект поправок к Гражданскому кодексу, который большинство депутатов вряд ли даже читали по причине его объема — 800 страниц печатного текста. Прочитать, однако, стоило. Помимо безусловно полезных нововведений проект содержит абсурднейшие поправки, реализация которых уничтожит науку об истории человечества и окончательно похоронит свободу слова.

Частная жизнь против свободы слова
фото: Сергей Иванов

Абсурднейшие поправки касаются частной жизни гражданина. Кроме семейной и личной жизни к ней, по новому закону, будет относиться информация о происхождении гражданина, месте пребывания или жительства, фактах биографии, а также его участии в судопроизводстве. Без согласия гражданина данные сведения нельзя распространять в СМИ или использовать для создания литературных произведений (независимо от срока давности), а содержащие такую информацию документы, видеозаписи и иные материальные носители могут изыматься из оборота и уничтожаться «без какой бы то ни было компенсации».

Если данная норма будет принята, вся историческая литература, по идее, должна быть изъята из магазинов, библиотек, а также личных собраний.

Книги о Сталине, Берии, маршале Жукове, Юрии Гагарине и прочих великих людях, содержащие ранее неизвестные сведения об их жизни, окажутся вне закона, поскольку никто из них не давал согласие на «использование сведений о фактах своей биографии», а спросить его уже не у кого.

Новый закон, однако, дозволяет «сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни физического лица в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, когда информация о частной жизни физического лица ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле». Но при этом понятие «государственных, общественных или публичных интересов» в новом законе никак не конкретизируется.

Если в газете опубликовать информацию о том, что у Рамзана Кадырова четыре жены, — это будет «в общественных интересах» или нет? Отношение к подобным сведениям всегда очень субъективное. Общество обычно считает, что ему полезно знать такие вещи о лидерах. Но если суд, не имея четкого определения «общественных интересов», встанет на сторону многоженца, по закону надо будет уничтожить весь газетный тираж, в котором данная информация была опубликована.

Но как его уничтожать? Как осуществить это технически? Ходить по всей стране по квартирам и изымать соответствующие газетные номера у подписчиков?

Кто это будет делать, какие структуры? Не слишком ли дорого обойдется государству их содержание? Думали об этом законодатели или нет?

Признание «участия в судопроизводстве» частной жизнью гражданина, закрытой от публики, также вызывает сомнения в том, что законодатели сильно задумывались над этим вопросом.

Судебные процессы у нас гласные, имена участников судебного разбирательства скрывать нельзя. Они известны и не могут не фигурировать в отчетах СМИ. Но новый закон запрещает их называть, и как тут связать одно с другим — совершенно непонятно.

Правозащитники считают, что абсурдность поправок к Гражданскому кодексу, принятых депутатами в первом чтении, объясняется прежде всего стремлением властей ограничить свободу слова. Поставить СМИ в такие условия, когда они не смогут раскрывать обществу правду о людях, от которых зависит общество, поскольку все то, что их может даже не дискредитировать, а хотя бы как-то индивидуализировать, будет скрываться от общества под тем предлогом, что это, мол, частная жизнь.

Поправки к Гражданскому кодексу на заседании Госдумы представлял их автор и разработчик — советник президента Вениамин Яковлев, бывший министр юстиции СССР, занимавший этот пост с августа 89-го по декабрь 90-го.

Возможно, кому-то будет интересно узнать, что Вениамин Федорович родился в Курганской области, в селе Петухово, в семье рабочих. Сейчас мы еще можем об этом сказать в газете. Но с 1 сентября, когда поправки к Гражданскому кодексу вступят в силу, за «семью рабочих» весь сегодняшний тираж нашей газеты будет подлежать изыманию и уничтожению «без какой бы то ни было компенсации».

Сам же Вениамин Федорович, по всей видимости, этим и займется. Больше просто некому.



Партнеры