"Корней Макаров как Расул Мирзаев": эксперты разобрали избиение в парке Горького

Смерть блогера Станислава Думкина очень похожа на гибель студента Ивана Агафонова

28 августа 2017 в 19:16, просмотров: 19091

Смерть Стаса Думкина дала повод для дискуссий юристов. Как правильно квалифицировать этот случай? Убийство? Причинение смерти по неосторожности? Или как-то еще? Что грозит актеру Макарову, который, скорее всего, не собирался убивать оригинально одетого блогера? В этом попытался разобраться «МК», сравнив нынешнюю историю с подобными громкими случаями, произошедшими еще в пору СССР.

фото: Геннадий Черкасов
Расул Мирзаев.

— В УК есть три статьи, которые могут описывать происшедшее, — говорит бывший прокурор Управления по надзору за рассмотрением уголовных дел в судах Прокуратуры СССР, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Юрий Костанов. — Это умышленное убийство, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшие смерть потерпевшего и причинение смерти по неосторожности. Я их специально расположил по степени тяжести.

— Иногда это можно квалифицировать еще и как «превышение пределов необходимой самообороны», — добавляет заслуженный юрист России, доктор юридических наук Анатолий Кучерена.

— Первым делом обращают внимание на место нанесения удара и чем он был нанесен, — продолжает Костанов. — Понятно, что если били топором по голове, то ни о какой неосторожности речи быть не может. Но не всегда все очевидно. Приведу вам несколько примеров. Женщина нанесла обидчику сына обыкновенную оплеуху. Но попала в висок. А у него оказалась аномально тонкая височная кость. Он умер. Что тут вменить? Следователь и суд пришли к выводу, что она, конечно же, не желала смерти, что сама сила удара и способ нанесения не способствовали гибели, просто произошло трагическое стечение обстоятельств. А вот совершенно другая история: один мужчина ударил другого, тот упал на железную трубу. Он поднялся, но получил еще удар, снова упал на трубу. И так шесть раз. Суд сначала наивно счел, что не было умысла на причинение тяжких повреждений, я с этим был не согласен.

Что касается места удара — тут очень показательна история с бойцом ММА Расулом Мирзаевым. Он в ходе перепалки летом 2011 года возле ночного клуба профессиональным ударом в челюсть отправил в нокаут 19-летнего студента Ивана Агафонова. А тот упал и умер. Многие юристы были уверены: поскольку спортсмен не дрался с ему равным да и вообще не было как таковой драки, то преступление следует квалифицировать по ч. 4 111 статьи УК «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть». Изначально так и было, но потом дело переквалифицировали на 109 УК «Причинение смерти по неосторожности» (якобы удар был небольшой и к смерти привело падение на асфальт) и дали два года ограничения свободы.

В случае с блогером в парке Горького, с одной стороны, была явно не оплеуха, с другой, никакой железной трубы. Но с делом Мирзаева действительно есть некая связь. Значит ли это, что актер хотел убить блогера?

— Другой пример, — снова говорит Костанов. — Когда я еще был следователем, то расследовал дело по факту смерти бывшего циркового борца. Под подозрение попала его гражданская жена — удивительная красавица, работавшая медсестрой. Эта женщина ради любви бросила больную маму, дочку и переехала жить к борцу. А он часто напивался, вел себя непристойно. И вот когда в очередной раз это случилось (в этот момент он лежал на диване у окна), она схватила фарфоровую статуэтку под названием «Хозяйка медной горы» и метнула в него. Попала в висок. Он умер. Прокурор считал, что было умышленное причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть, я настаивал на причинение смерти по неосторожности. Он основывался на том, что рана была нанесена с близкого расстояния со стороны окна, я опирался на ее слова — что она метнула издалека со стороны дверного прохода. Я провел следственный эксперимент: свернул туго матрас, расположил на том же диване и просил женщину бросать в него статуэтку (кстати, она была весом в 666 граммов — дьявольское число!). Все это мы с экспертом снимали и поразились тому, что статуэтка крутилась в полете. В 12 случаев из 15 она упала под таким углом, будто ее бросили со стороны окна. Суд пришел к таким же выводам, как я. И ей вместо 10 лет дали лишь 3 года. Потом, когда она освободилась, я спросил: «Ну, теперь у вас все хорошо?» Она ответила: «Ну как же хорошо, Миши-то нет...» Это только подтвердило мою убежденность, что не было никакого намеренного убийства.

Еще, по словам юристов, смягчающим может быть обстоятельство, если потерпевший вел себя провокационно.

— Быть в «странной» шляпе и очках — это не провоцирующее поведение, — объяснение Костанов. — Если бы он бросался на людей, стрелял по ним — это другое дело. Факт того, что виновник скрылся, — это не отягчающее обстоятельство. Если бы потерпевший был связан, был ребенком, если бы само преступление совершено из корыстных побуждений — тогда да. А он просто ушел. То есть в случае с актером я не вижу ни смягчающих, ни отягчающих обстоятельств.

— Вообще в такой ситуации может оказаться каждый, — рассуждает Кучерена. — И тут важно предпринять меры по спасению человека — вызвать «скорую», оказать первую помочь. Понятно, что все зависит от совести, воспитания, мужества, в конце концов. Но по крайней мере это исключило бы подозрение в умышленном причинении вреда здоровью.





Партнеры