mk.ru : Московский комсомолец

28 февраля в «МК» был опубликован материал «Преданные дважды», где была описана чудовищная история, случившаяся с Таней Кораблевой (имена и фамилии героев изменены).

Зимой 2003 года Таня возвращалась домой из института. В подъезде дома в Одинцове на нее напали. Кто — неизвестно. Таню изнасиловали, страшно избили и ограбили. Причем добычей нападавших оказалась матерчатая сумочка с дешевым мобильным телефоном и блеском для губ. Девушку били головой и лицом о металлический наличник лифта. Лицо изуродовали. Выбили зубы, а еще открытая черепно-мозговая травма, результатом которой стало травматическое косоглазие. Таня перенесла 5 операций. А главное — тяжелейшее психическое расстройство, из-за которого у нее до сих пор повторяются панические атаки. И поэтому войти в подъезд своего дома спустя семь лет она может, только приняв тяжелый антидепрессант.

И тогда мама и дедушка с бабушкой, с которыми живет Таня, решили, что ей нужно другое жилье. Обошли с шапкой родных и друзей. Заняли денег, которых хватило только на квартиру в строящемся доме на Большой Очаковской улице, 42, корпус 7.

25 февраля 2004 года Танина мама, Анна Васильевна Кораблева, заключила соглашение с агентством недвижимости «Азбука Жилья». Схема сделки выглядела следующим образом. Агентство резервирует за покупателем выбранную им квартиру и обеспечивает подписание договора с инвестором ЗАО «Сиболь». Из офиса «Азбуки Жилья» Анну Васильевну, можно сказать, за руку привели в «Сиболь» на Делегатской улице. После заключения договора долевого участия в строительстве дома она внесла в кассу деньги. Сказали, что дом будет сдан в декабре. Дом сдали, но выяснилось, что квартира принадлежит ЗАО «Морель», о котором Кораблева никогда раньше не слышала. Оказалось, что директор фирмы «Сиболь» Ольга Альбертовна Волкова взята под стражу по подозрению в совершении мошенничества в особо крупном размере: по мнению следствия, Волкова увлекалась двойными продажами квартир. А вот квартира Кораблевой, как виделось следствию, и вовсе не принадлежала фирме «Сиболь», поэтому и продавать ее она не имела права. Но продала. В суде Волкова рассказала, что она была директором фирмы «Сиболь» и одним из двух учредителей фирмы «Морель», офис которой располагался в офисе «Сиболя» — удобно и бежать никуда не надо. Тем более что никто к ним и не рвался, потому что с гражданами, которые хотели купить квартиру, всегда «работала» Волкова. Дело в том, что «Морель» был близнецом «Сиболя», о котором до поры до времени никто не должен был знать. Именно существование близнеца и обеспечивало возможность двойных продаж: «Морель» просто заключал с «Сиболем» агентский договор. Потом человек, который внес деньги в «Сиболь», узнавал, что его квартира принадлежит совсем другой фирме. Известно как минимум о четырех таких сюжетах. И это не фантазии следствия, а информация, полученная на допросе директора «Мореля» Аллы Алексеевны Перфильевой. Этот человек заслуживает доверия, как всякий деревенский житель, тяжким трудом заработавший квартирку на Арбате.

Так вот, в суде Волкова рассказала, как действовали иллюзионисты из трех организаций: «Сиболь», «Морель» и «Фирма «ЗИС».

«Фирма «ЗИС», получившая квартиры от застройщика, сначала передавала их фирме «Сиболь». А через три месяца эти же квартиры были переданы фирме «Морель». Видимо, удовольствие состояло в том, что это обеспечивало двойной доход. Но люди, которые внесли деньги за квартиры на Большой Очаковской улице, еще долго об этом не знали. Сюрприз, поняли?

Кораблева звонила в «Сиболь», но там никто не отвечал. И вскоре выяснилось, что директор фирмы под стражей, а ключи и свидетельство о праве собственности на квартиру не выдают. И в марте 2006 года Кораблева пошла в суд.

* * *

26 марта 2007 года судья Никулинского районного суда Г.В.Михалюк признала за Кораблевой право собственности на квартиру.

Но 30 августа Мосгорсуд решение отменил и направил дело на новое рассмотрение, указав на необходимость проверить существование договора между «Фирмой «ЗИС» и «Сиболь».

19 ноября 2007 года судья Никулинского суда И.В.Борисова Кораблевой в иске отказала. Суд пришел к выводу, что «Сиболь» не имела права продавать квартиру Кораблевой на Большой Очаковской улице, а значит, сделка ничтожна. И прав на квартиру Кораблева не получила.

13 марта 2008 года Мосгорсуд вновь отменил решение по делу Кораблевой. На этот раз суд счел необходимым выяснить, откуда взялась копия договора, заключенного между «Сиболь» и «Фирмой «ЗИС».

Дело в третий раз возвращается в Никулинский суд, теперь к судье О.Н.Диордиевой. В ответ на запрос суда Волкова, находившаяся в СИЗО, прислала письмо с подробным описанием обстоятельств заключения договора. В нем содержались подробности, дающие исчерпывающий ответ на все вопросы, связанные с квартирой Кораблевой. Договор был подписан в кабинете генерального директора «Фирмы «ЗИС» Е.М.Залешина. Всего было два экземпляра. Оплату по договору гарантировал председатель АКБ «Новый русский банк» Козлов, который присутствовал на переговорах, предшествующих подписанию договора. По истечении месяца стало очевидно, что этот банк не сможет выполнить взятые на себя обязательства. По словам Волковой, Залешин с пониманием отнесся к сложившейся ситуации. По ее просьбе право распоряжаться частью квартир перешло к ЗАО «Морель», акционером которого, как мы помним, оно и являлось. Номер договора был сохранен. А после подписания этого документа первоначальный договор между ЗАО «Сиболь» и «Фирмой «ЗИС» был уничтожен. То есть его давно нет в природе. Остались только копии. И еще. В письме говорилось о том, что продажа всех квартир осуществлялась ЗАО «Сиболь», а не ЗАО «Морель».

	Квартира в этом доме оказалась дороже человеческой жизни. фото: Ольга Богуславская

Несмотря на письмо Волковой, Диордиева отказала Кораблевой в иске — не представлен несуществующий подлинник договора.

Вот чудо! Во-первых, Кораблева не была участником договора. И по этой причине оригинала у нее и быть не могло. А во-вторых, из письма Волковой следовало, что договора просто давно нет в природе.

Однако 9 апреля 2009 года Мосгорсуд оставил это решение в силе.

И тогда Кораблева обратилась в суд с новым иском. Она просила признать недействительным договор, заключенный между «Фирмой «ЗИС» и «Морелем» в части, касающейся ее квартиры.

8 ноября 2010 года до начала судебного заседания Кораблева подала помощнику судьи Борисовой ходатайство об отложении дела в связи с занятостью адвоката. Ей сказали, чтобы во второй половине дня она позвонила и уточнила дату следующего заседания. А вечером выяснилось, что дело рассмотрели в ее отсутствие. Кораблевой в иске отказали. В решении судья написала, что Кораблева и ее адвокат в суд не явились.

В ответ на адвокатский запрос о том, проходила ли Кораблева 8 ноября в здание суда, администратор Никулинского суда О.В.Тиль ответила, что не проходила и не записана в журнале посетителей. Но вскоре пришел второй запрос, на который Тиль ответила, что «согласно журналу регистрации посетителей гражданка Кораблева А.В. 8 ноября 2010 года в 9 часов 20 минут вошла в здание суда и проследовала в 300-й кабинет». А в протоколе судебного заседания указано, что Кораблева и ее адвокат явились в судебное заседание.

Узнав об этой истории, я записалась на прием к председателю Мосгорсуда О.А.Егоровой. За сто лет работы в «МК» я сделала это впервые. Просто потому, что я впервые столкнулась с такой безбожной наглостью.

Ольга Александровна при мне позвонила председателю Никулинского суда Верзилиной и спросила, приходила ли в тот день Кораблева. Верзилина ответила, что приходила. Ольга Александровна сказала, что ей все ясно. И я ушла, уверенная в том, что теперь Кораблева уж точно получит свою квартиру.

8 апреля 2011 года Мосгорсуд отменил решение Никулинского районного суда и отправил дело на новое рассмотрение. А 7 июля 2011 года судья Никулинского суда Н.В.Самороковская в иске Кораблевой отказала на том же основании, что и судья Борисова. Представляете, я подумала, что ослышалась...

* * *

Между тем после публикации в «МК» СУ при УВД по Одинцовскому муниципальному району, спустя 7 лет возобновило расследование уголовного дела о нападении на Таню. Правда, это громко сказано, поскольку до настоящего времени в деле кроме заявления потерпевшей и телефонограммы из больницы ничего не было. То есть дело, которое нужно было расследовать по горячим следам — тем более что в таком маленьком городе, как Одинцово, все про всех всё знают, — просто сунули под сукно. Таню даже не признали потерпевшей. И вот теперь, спустя целую жизнь, полиция возобновила расследование. Вызвали всех героев: маму, бабушку, дедушку и саму Таню, которая по сей день не может ни работать, ни учиться. Спустя 7 лет родственники дали показания, понимая всю бессмысленность этого события, но втайне отчаянно надеясь, что преступников все же поймают.

На всякий случай хочу процитировать текст постановления о возбуждении уголовного дела 9 декабря 2004 года. «Рассмотрев сообщение о преступлении, следователь установил: примерно в 21 час 3 декабря 2004 года неустановленное лицо, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, в подъезде дома... в г. Одинцово открыто похитило у гражданки Кораблевой сумку... причинив потерпевшей значительный материальный ущерб в размере 6500 рублей».

Уже тогда следователь И.Н.Бабанова признала, что изнасилование, открытая черепно-мозговая травма, травматическое косоглазие, выбитые зубы, изуродованное лицо и психическая травма — насилие, совершенно не опасное для жизни и здоровья.

О том, что следователь Бабанова всё это время, видимо, находилась без сознания, свидетельствует и постановление о приостановлении предварительного следствия от 9 февраля 2005 года. Там написано, что «установить личность лица, совершившего незаконный сбыт наркотического средства, не представилось возможным». Так все-таки личность какого лица не смогли установить?

Понятно, что, печатая это постановление, следователь не глядя влепил в него фрагмент из другого постановления по другому делу.

Полагаю, такая работа должна быть вознаграждена. Медальку бы какую-нибудь или звездочку на погоны... За то, что не испоганили отчет о проделанной работе. Нет, лучше звездочку...

* * *

А как поживают граждане, которые дважды, а глядишь, и трижды продали чужие квартиры? И вам того же желаем. Не повезло только Волковой. А «Фирма «ЗИС» и «Морель» по-прежнему успешно освобождают граждан от ненужной им недвижимости. Нет, ей-богу: с них и пушинка не слетела, работают в поте лица. Правда, «Морель» теперь называется «Старбилдинг» — должно ведь в жизни что-то меняться. А так всё по-старому.

Можно, конечно, задать очень глупый вопрос: неужели государство не знает об этих выродках? Умный ответ: есть дела и поважнее. Таким образом, следует признать, что покупка жилья в нашей стране представляет собой смертельный номер. Ни от кого не скрываясь, на глазах у всех нам продают жилье, которое неизвестно кому принадлежит и может быть отобрано в любое время дня и ночи. Безопасность сделки осуществляется на высшем уровне. Поскольку, видимо, именно там, на самом верху, закрывают глаза на любые преступления, связанные с недвижимостью. Эти преступления приносят такой бешеный доход, что тут уже не до церемоний. Речь идет о легкодоступных миллионах. Любая вшивая «фирма» с уставным капиталом в 10 тысяч рублей имеет право продавать нам квартиры. Случись что, с кого спросить? Да хоть с президента Обамы. Вернуть деньги невозможно. Так что да, гарантия на высшем уровне. К примеру, Сергей Анатольевич Козлов, возглавлявший АКБ «Новый русский банк», который выступал гарантом при продаже квартиры Кораблевой, основал мини-футбольный клуб «Дина». Награжден орденом за заслуги перед Отечеством II степени и благодарностью Верховного главнокомандующего России. А куда же делся «Новый русский банк»? Туда. Этот адрес не меняется уже много лет, вот что значит стабильность.

По этому же адресу находятся и страховые компании, которые сопровождали сделки по приобретению квартир на Большой Очаковской улице.

Все письма, которые мама Тани Кораблевой рассылала по инстанциям, еще на что-то надеясь, были благополучно сплавлены в Никулинский суд. Круг замкнулся.

Прошло семь лет. Таня по-прежнему не в состоянии войти в тот подъезд. Она не может учиться, не может работать. Все эти годы Таня, получившая неизлечимую психическую травму, заново учится жить. И пока это не очень получается. Ее судьба оказалась значительно дешевле, чем квартира на Большой Очаковской улице. Точнее, не квартира, а возможность по-прежнему грабить нас среди бела дня.

В Москве много улиц. И каждый день кто-то становится жертвой, даже не догадываясь о том, что помощи ждать неоткуда.

* * *

В последнее время большую часть моей корреспонденции составляют душераздирающие письма от людей, у которых украли квартиры. Вот и сейчас передо мной полтора десятка таких писем. Что с ними делать? В подавляющем большинстве случаев суды принимают решение в пользу тех, у кого есть деньги. То есть рейдеров и всякого рода виртуозов бизнеса с недвижимостью. Людям, лишившимся крыши над головой, больше не на что рассчитывать. Если не найдут какого-нибудь угла — конец. И вот я пишу об этом, обиваю пороги судов, депутатов, чиновников с фанерными глазами, которые плохо слышат и плохо видят. Все слушают, сочувствуют — и ничего.

Меня спрашивают: тогда ты для чего всё это пишешь? С просьбой помочь этой девушке обращалась к президенту. Ответа, конечно, никакого не было. И зачем всё это? Чтобы успокоить мать? Так это невозможно. Ну и?

А вот не знаю. Буду писать — а там посмотрим.